Буквально в дебрях лесов, в котловане, идеально круглом, словно полная луна, напоминающим кратер или вмятину от огромного пушечного ядра (от той же Луны, например), построен огромный Центр цивилизации (Це-це), практически городок, с имением Вени посередине (здание главной усадьбы исполнено в полузабытом стиле конструктивизма: напоминает летающую тарелку – так сказать, круг в круге, Центр в Центре) – по документам дурацки именуемое Дворец Натуры (про себя я называю этот бедлам Диктатура Натуры). ДээН. Официальное название – ДН «Планета Плутон». Здесь бывает достаточно много гостей, которых доставляют исключительно по воздуху, на частных самолётах (рядом с Центром – сверхсовременный аэродром), так что дороги сюда по суше они не знают.
Чаще всего, это бывают нужные и весьма важные люди, которые прилетают по делам; однако почти всегда они становятся участниками экспериментов, о которых даже не догадываются. Каких экспериментов?
Если бы я в точности знал об этом, то меня в лучшем случае ждала бы участь невыездного Васи Сахара (от которого – печальным облаком воспоминаний – осталось несколько забавных легенд). В кругах здешней властной элиты я считаюсь человеком малоосведомлённым, с ушами погружённым, как и положено замороченному гению, в свой сегмент деятельности, и, конечно, неспособным на подвиг элементарной систематизации – объять необъятное, охватить взором все структурные ячейки ДН (где, на взгляд постороннего, царит весёлый нестрашный хаос), представить себе Центр как целостный организм, работа которого подчинена определённой, тщательно законспирированной цели. Я считаюсь человеком не опасным, беззлобным, неамбициозным, который по капризу и слабости Босса незаслуженно занимает отчасти привилегированное положение, – чем-то вроде Марсика, только моя разновидность – сладкоговорящий кот-баюн. За глаза меня презрительно называют «Кот Платон». Меня побаиваются за то, что я пользуюсь уважением Барона, и не уважают за то, что я не стремлюсь использовать ниспосланный мне дар богов, то есть, своё влияние на него, в полной мере. Моё сомнительное бескорыстие раздражает, и, несмотря на то, что я не участвую в борьбе за власть, не лезу в дела, от меня рады были бы избавиться в любой момент – как от фактора риска. Положение моё сильным мирка сего представляется неустойчивым, и я, парадоксально наделённый статусом неприкосновенного, словно любимый шут, вызываю снисходительные улыбки, которые дурак должен принимать за доброжелательность.
Не уважают, презирают, ненавидят, побаиваются, не понимают (что вызывает некоторое уважение). Меня это вполне устраивает: положение моё – статус тёмной лошадки (всё-таки свояк самодура-босса, что ни говори) – в некотором смысле исключительно. Я один из немногих, у кого есть доступ к телу Барона и кто при этом не контролируется спецслужбами (как шлюхи Вени, например). Мой роман с властью волнует мне кровь.
Я знаю и вижу многое из того, что не должен видеть и знать. Веня, не стесняясь и не опасаясь меня (очевидно, босс во многом разделяет отношение ко мне своей челяди – возможно, бессознательно программирует
И действительно: что мне делать с этими секретами?
Я точно знаю: научное ядро ДН – система автономных лабораторий (только не знакомые друг с другом спецкураторы, подчинённые куратору Генеральному, ставленнику Барона, видят относительную взаимозависимость и взаимообусловленность исследований), где ведутся ничем не ограниченные эксперименты: разрабатываются новые технологии по всем магистральным направлениям современных знаний, поделённых на естественно-научный и гуманитарный блоки. Колоссальные исследования ведутся в области генной инженерии, на уровне ДНК; не забыт нано-уровень и информационные технологии; особый почет математике; в медицине, где активно используются наработки врачей Третьего рейха и японских нацистов – в частности, чудо-таблетки, местный продукт, содержат явный германо-японский компонент; в области психологии, где тайные разработки КГБ, связанные с экстрасенсами, телепатией, ясновидением – давно уже не тайна; сама психология давно стала уже нейропсихологией; массмедиа, политтехнологии – всё это также изучается в определённом ракурсе; наконец, создаются новые философии. Да, да, Шопенгауэру и не снилось: философии – на поток. Под прикрытием легальных исследований ведутся исключительно нелегальные. Проводятся бесконечные семинары для каких-то астрологов, шаманов, прорицателей – черт знает кого, вся экстрасенсорная муть и нечисть весьма даже жалует ДН «ПП» – Plutos, как изволят выражаться иностранцы.
Словом, есть только видимость хаоса, за которой легко различается точка приложения всех сил цивилизации: человек, homo economicus (тело и душа человека, и – отдельно – интеллект), но не личность, homo sapiens; в проблему разумно-духовных технологий, в проблему духовного производства личности, не вкладывается ни цента.