Читаем Clouds of Glory полностью

Его первые действия были достаточно разумными, учитывая небольшую численность его войск и разросшиеся размеры арсенала. Двое из его людей перерезали телеграфные провода, другие закрепили мосты через реки Потомак и Шенандоа - Харперс-Ферри находился на узком полуострове, где реки соединялись, и не был похож на остров, таким образом практически изолировав город. Браун взял в плен одинокого ночного сторожа арсенала в кирпичной пожарной каланче - прочном строении, которое он сделал своим командным пунктом, а затем отправил нескольких своих людей в ночь, чтобы освободить как можно больше рабов с близлежащих ферм и привести их хозяев в качестве заложников. Западная часть Вирджинии не была "страной плантаций" с большим количеством полевых рабов, но Браун сделал свою домашнюю работу - один из его людей прожил в Харперс-Ферри больше года, наблюдая за местностью, и даже влюбился в местную девушку, которая родила ему сына.

Браун был особенно решительно настроен захватить полковника Льюиса У. Вашингтона, местного фермера и мелкого рабовладельца, правнучатого племянника президента Вашингтона, и добиться того, чтобы церемониальный меч, который Фридрих Великий подарил Джорджу Вашингтону, был вложен в руки одного из его чернокожих последователей как символ расовой справедливости. Полковника Вашингтона (его звание было почетным) посреди ночи вывезли из его довольно скромного дома в Бил-Эйр, расположенного в пяти милях от Харперс-Ферри, и доставили к Брауну в его собственной карете, вместе с парой пистолетов, которые Лафайет подарил Джорджу Вашингтону, мечом Фредерика Великого и тремя несколько озадаченными рабами.

Вскоре привели еще больше рабов, которых вооружили пиками, чтобы они охраняли своих бывших хозяев в машинном отделении - большинство из них либо приняли это оружие с неохотой, либо отказались к нему прикасаться. Теперь у Брауна было тридцать пять заложников и оружейный склад, но восстание рабов, на которое он рассчитывал, не состоялось, и в течение ночи одно за другим события начали идти наперекосяк.

Первая проблема возникла, когда ночной сторож прибыл на свой пост на Потомакском мосту и обнаружил, что его удерживают вооруженные незнакомцы. Он запаниковал, нанес дикий удар Оливеру Брауну, одному из сыновей Брауна, а затем побежал, и в этот момент один из спутников Оливера выстрелил в него, в результате чего его шляпа разлетелась и пробила ему череп. Ночной сторож, истекая кровью, бросился в "Галт Хаус", салун напротив гостиницы и вокзала, и поднял тревогу, хотя звук выстрела посреди ночи в таком тихом захолустье, как Харперс-Ферри, сам по себе был достаточным, чтобы вызвать любопытство у тех, кто его услышал. Затем, в 1:25 ночи, поезд компании "Балтимор и Огайо", следовавший из Уилинга в Балтимор, прибыл на восток и столкнулся с мостом, заблокированным вооруженными людьми.

Прибытие поезда вряд ли стало для Брауна неожиданностью, ведь ему достаточно было ознакомиться с расписанием Балтимора и Огайо, но это должно было стать для него сигналом к тому, чтобы собрать заложников, их рабов и столько винтовок, сколько он сможет уложить в повозку, и убраться из города в горы вместе со своими последователями, пока есть такая возможность. Учитывая его действия в течение следующих нескольких часов, трудно не прийти к выводу, что где-то в глубине души он уже догадывался о том, какой эффект произведет на общественное мнение Севера мужественное последнее выступление и мученическая смерть.

Тем временем инженер и начальник багажного отделения поезда вышли вперед, чтобы посмотреть, в чем проблема на мосту, и были обстреляны. По здравом размышлении они вернулись и отогнали поезд за пределы досягаемости. Выстрелы привлекли внимание начальника багажного отделения станции Харперс-Ферри Хейварда Шепарда, вольноотпущенного чернокожего, которого все в городе любили и уважали. Он направился к мосту, чтобы посмотреть, что происходит, получил приказ остановиться, а затем был убит выстрелом в спину и смертельно ранен, когда отворачивался. Ирония в том, что первой жертвой рейда стал свободный чернокожий, занимавший ответственную должность, была бы болезненной новостью для Джона Брауна, который, однако, находился слишком далеко от моста, чтобы знать об этом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии