Читаем Будда полностью

Почему эти несчастные люди пошли за Гаутамой Буддой? Не потому ли, что их отщепенство он оформил созданием монашеского ордена? В этом ордене скитальцы, разрозненные, павшие духом, униженные нищетой, вновь обрели Семью и Отчий Дом. Именно авторитет, который они неуклонно приобретали в народе, изменил содержание слова бхикшу, бхиккху. До Гаутамы Будды оно относилось к побродяжкам, к тем, кто ходил от деревни к деревне, от города к городу и попрошайничал. Теперь же так называли монахов ордена, созданного Первоучителем. Гаутама Будда вернул этим людям чувство собственного достоинства и «узаконил» их свободу. На первых порах они воспринимались населением, среди которого появлялись как монахи одной из многочисленных индуистских сект. Такой взгляд на последователей буддийского учения просуществовал, однако, недолго.

Гаутама Будда предложил каждому из нас смотреть на окружающий мир не под каким-то особым углом зрения, а видеть его стереоскопически — объемно. Воспринимать мир осознанно, без предубеждений и иллюзий. С Совершенного Воззрения (санскр. — самьяк дришти) начинается предложенный буддизмом Восьмеричный путь, ведущий к нирване. Значение понятия самьяк шире, чем значение слова совершенный. Это и вся полнота, целостность и совершенство производимого действия, и альтернатива чему-то несовершенному и одностороннему. И главное — это не умственное, отстраненное признание Четырех Благородных Истин, а переживание их всем своим существом.

За Совершенным Воззрением следует Совершенная Мысль (санскр. — самьяк самкальпа). Человек, вступивший на буддийский путь, производит полную ревизию всего того, что содержится в его сознании. Он устраняет омрачения (клеши) рассудка, вызванные необузданными чувствами и ненавистью к окружающему миру, ко всему тому, что в нем находится.

Третий решительный шаг, сделанный буддистом, это Совершенная Речь (санскр. — самьяк вака). В ней отсутствуют ложь, клевета, грубость и ненормативная лексика.

Четвертое условие, содействующее обретению состояния нирваны, — Совершенное Действие (санскр. — самьяк карманта). Это действие избавлено от пяти грехов: от причинения вреда живым существам, воровства, порочного сексуального поведения, злоупотребления доверием путем лжи и обмана, пьянства и принятия наркотиков, приводящих к потере человеком самоконтроля.

Пятым условием является Совершенная Жизнь, или Образ Жизни (санскр. — самьяк аджива). Это жизнь, в которой ради ее улучшения не уничтожают и не гнобят себе подобных. Это жизнь, направленная к Просветлению и освобождению из сансары.

Шестое необходимое условие для достижения благой цели — Современное Усилие (санскр. — самьяк въяяна). Оно состоит из усилий человека уничтожить зло в собственном сознании, создать возможности для появления в нем благих качеств и развития их. Благие качества человека в буддийском учении также четко обозначены. Это собранный ум, умение распознать истинное, сохранение в себе энергичности, вдохновения, безмятежной ясности в действиях, сосредоточенности, а также равностности, то есть сохранения сбалансированности мыслей и действий и внутреннего баланса.

Седьмое условие — Совершенное Памятование (санскр. — самьяк смрити). Это постоянный самоанализ, способствующий преобразованию сознания, переходу его на более высокий уровень.

И, наконец, наступает Совершенное Самадхи (санскр. — самьяк самадхи). Благодаря ему преодолеваются в человеческом сознании существующие в нем понятийные представления. Человек достигает высшей мудрости. А дальше — нирвана.

Последние годы жизни Гаутамы Будды проходили в дороге, в движении и встречах со многими людьми. Он не представлял себя в роли домоседа. Истинносущий не задумывался о том, где закончится его земной путь. С подобным образом жизни он давно сроднился и ничего другого себе не желал. Его многолетний маршрут «Раджагриха — Шравасти» разнообразили частые посещения шести главных городов племен личчхавов, були, колийев, маллов, шакьев. Это были Вайшали, Аллакапа, Рамаграма, Пава, Кушинагар, Капилавасту и множество деревень в стороне от главных дорог. Наиболее известные из этих деревень — Наланда, родина Шарипутры и Маугальяяны, и Махатит-тха, родина Махакассапы, или Кассапы Великого. О деревенских жителях Просветленный никогда не забывал.

Гаутама Будда особенно ждал, когда с юга, со стороны Индийского океана придет муссон. Очередной сезон дождей означал благословенное время ритрита, когда Первоучитель щедро делился мудростью со своими последователями. Трехмесячное уединение, сопровождаемое непрекращающимся ливнем, создавало благоприятные условия для медитации и способствовало размышлениям.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Житнухин , Анатолий Петрович Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии