— Оттуда… — сказал охранник. — На службу пора. Игорь Юрьич вызывает.
Пронырнув через лазейку, они выбрались из бетонных недр еще не размороженной стройки на божий свет, где за белесым забором их ждала «девятка» цвета «мокрый асфальт». На щите у входа крупно значилось: «ПОМОЖЕМ НАШИМ ДЕТЯМ! Строительство реабилитационного центра производится на средства…» Дальше Влад прочесть не успел. «Девятка» тронулась.
Кажется, прошлой ночью в городе погуляла буря. В мокрой листве сахарно сверкали на солнце открытые переломы тяжелых веток. Машина то и дело влетала в подобные озерам лужи, каждый раз надолго расплескивая два белых трещащих крыла.
Ждать в приемной на этот раз не пришлось, да и сам Игорек был совершенно в ином настроении: свеж, бодр, приветлив. Без пиджака, но при галстуке. Лицо разгладилось; если и отливает желтизной, то самую малость. На обширном столе ни бумаг, ни телефонов — один компьютер типа «ноутбук», и тот закрытый.
— Что-то соскучился я по тебе… — признался Игорек, обнажая безупречные зубы. — Про Андрюшку там ничего не слыхать?
— Пока ничего, — сдержанно отозвался Влад, опускаясь в предложенное кресло. — Весь Ана-Тарау обыскали — нету.
— Ну, это понятно… — Глава торгового дома покивал. — Они ж не дураки — на Ана-Тарау бежать.
— А куда? — поинтересовался Влад. Словно совета спрашивал.
— Куда-нибудь туда, где Самсоныч не достанет. — Игорек смотрел на него, чуть вздернув брови. Должно быть, и впрямь соскучился. — Кстати, о Самсоныче… Он вас там по Платону еще не выстроил?
— Нет, — вполне серьезно ответил Влад, то ли не услышав шутливой нотки, то ли не пожелав услышать. — Ему сейчас не до Платона.
Желтоватые глаза Игорька погрустнели. Бывший собутыльник вел себя с ним скованно, ни на минуту не забывая, кто здесь главный.
— Еще кто-нибудь сбежал?
— Да все разом… — Влад наконец-то скривил. свой и без того кривоватый рот. — На Герреро сейчас четыре человека — базу сторожат… Я — на Сувенире — пятый… А остальные с Самсонычем — на Ана-Тарау…
— Свят-свят-свят! — сказал Игорек. — Он что, совсем с ума стряхнулся? Ишь, озорник! Неужели Алана ловить поплыл?
— Да нет, — сказал Влад. — За жемчугом… Игорек запнулся. Лицо его дрогнуло и застыло. Примерно с таким беспомощно-растерянным выражением историк из котельной пережидал когда-то очередной приступ зубной боли.
— А ну-ка подробнее…
По мере того как Влад излагал в деталях события двух последних дней, глава «Торгового дома Челканова» становился задумчивей и задумчивей.
— Всю взрывчатку, говоришь, прихватил?.. А зачем?
— Да это его Тупара подбил. Если верховный жрец на Ана-Тарау рыпаться начнет — главное святилище рвануть.
— Вместе с жемчугом?
— Нет. Жемчуг Тупара как-то там вынести обещал…
— Ах, сукин сын! — с восхищением подивился Игорек. — И знал ведь, чем поманить! Самсоныч этот жемчуг уже во сне, наверное, видит… Да, молодец Тупара, ничего не скажешь! Быть ему первосвященником… Значит, говоришь, три короба? А жемчуг крупный?
Влад показал.
— Сам видел?
— Нет. Стас видел, астроном…
Игорек поморщился.
— Вот еще тоже балабол! — с досадой изронил он и, пошарив за спиной, извлек из кармана висящего на спинке пиджака трубку сотовика. — Автандил?.. Здравствуй, дорогой! Вот у меня к тебе какой неожиданный вопрос… Ты ведь у нас все на свете знаешь… Сколько может стоить черный жемчуг?.. Конкретно: одна жемчужина. Да, крупная. Очень крупная… Да, предлагают партию… Сколько, ты говоришь? Ах, даже так? Но это точно?.. Ну спасибо…
Дал отбой, рассеянно поиграл трубкой. В желтоватых глазах обозначилась непонятная Владу печаль. Игорек, казалось, глядел на него теперь с сожалением. Или с сочувствием…
— А знаешь что? — внезапно предложил он. — Поехали в кабак, а?.. Ты ведь, как я понимаю, никуда не торопишься. И Самсоныч в отлучке…
Влад в смятении оглядел свой небрежный наряд и исцарапанные, дочерна загорелые руки.
— Прямо так?..
— Да хоть как… — Игорек поднялся и надел пиджак. На светлом лацкане тускло, солидно блеснул депутатский значок.
Глава 13
Флагманский катамаран, название которого в один прием не выговоришь, играючи резал пологие волны. Брызнувши серебром, выпрыгнула по левому борту стайка летучих рыб, преследуемая, видать, каким-то хищником, и тут же была атакована с воздуха прожорливыми крупными чайками. Везде одно и то же…
Самсоныч вздохнул и оглянулся, хотя вполне мог этого не делать. Океан был одинаков во все стороны. Черт его знает, как туземцы находили в нем дорогу — не по памяти же! Что тут запоминать? Вода — она и есть вода.
Стоило кронам пальмовых рощиц погрузиться за горизонт, стало как-то не по себе. Не на шутку обеспокоенный, Самсоныч подозвал Тупару и, развернув выведенную на принтере карту архипелага, начал выпытывать, где они сейчас находятся.
Не уловив связи между прямоугольником непрочной узорчатой тапы и местоположением флотилии, Тупара отстранил листок и принялся своими словами объяснять, как следует добираться от Уну до Ана-Тарау. Куда плыть и когда сворачивать.
Такое впечатление, что он тут каждую волну знал по имени.