Читаем Бесплотные герои. Происхождение образов "Илиады" полностью

Представляясь друг другу, вожди обменялись рассказами о своей генеалогии. Генеалогия Главка, вождя ликийского, возводит род его и его кузена Сарпедона к греческому континенту, к Арголиде. Линия, ведущая к Главку, выглядит так: сын Эола (родоначальника золийцев) Сизиф, обитая в Арголиде, породил Главка-старшего, тот — Беллерофонта, коего царь местности вследствие козней царицы отправил в Ликию с целью погубить, но царь Ликии отдал Беллерофонту в жены дочь, а с нею к тому перешло и наследование трона. От Беллерофонта у ликийской царевны родилось трое детей. Из них сын Гипполох стал отцом Главка-младшего, а у дочери Лаодамии от Зевса родился Сарпедон. Таким образом, это генеалогия не только Главка, но и Сарпедона, что, учитывая значение Сарпедона в «Илиаде», вероятно, в значительной мере и определяло функцию этой генеалогической схемы в эпопее. Правда, не только это. Чувствуется еще и желание оговорить и обосновать особые, мирные отношения Аргоса с ионийско-ликийскими династиями (Главкидами), очевидно, Милета или соседних с ним городов. Но это вторично: в самой генеалогии обоснования нет, приходится придумывать некие традиционные узы гостеприимства. Так что генеалогия создана все-таки ради образа Сарпедона.

Поражает другое: эта генеалогия вступает в резкое противоречие с иной генеалогией Сарпедона, широко распространенной в Греции и не погибшей, несмотря на авторитет Гомера. По ней (Геродот, I, 173, VII, 92; Страбон, XII, VIII, 5), Сарпедон тоже сын Зевса, но родился он не у Лаодамии, а у Европы, жены критского царя Астеропея, на Крите, наряду с Миносом и Радамантом. По этому мифу, Сарпедон был изгнан своим братом Миносом в Азию и там стал царем термилов и основателем Милета. Миф этот был известен и авторам «Илиады» — он упоминается в песни XIV. Но в качестве сыновей Европы там указаны только Минос и Радамант — тройственность, столь любезная мифотворчеству, не соблюдена. Или, проще говоря, третий сын изъят. Но в связи с ним в XII песнь проскользнуло имя того, чьим приемным сыном он был по мифу о Европе: войсками союзников Трои Сарпедон руководит рядом с Астеропеем.

Почему же потребовалось такое решительное цензурирование мифа о Европе и создание особой, гомеровской генеалогии ликийских царей? Причины не столь уж туманны. Желание ввести основателей некоего царского рода в Троянскую войну вошло в противоречие с традиционной и до той поры пропагандировавшейся их древностью: ведь Минос и Сизиф — фигуры начального этапа мифической истории, а Троянская война — это уже конец мифического времени, начало легендарной истории. Вот и пришлось придать Сарпедону новую генеалогию, то есть создать, по сути, нового Сарпедона (замалчивая наличие прежнего) и откровенно раздвоить Главка на древнего (старшего) и нового (младшего) — последнего и сделать участником Троянской войны. Материалом для этого послужили какие-то эолийские генеалогии: все начинается с Эола. Отсюда и вкрапления эолийских форм имени Сарпедона. То есть создавались некоторые эпизоды с Сарпедоном уже в эолийских землях. Возможно в Троаде.

А в исходе — образы, которые считались очень древними и восходящими к исконным греческим корням — Сизифу, сыну Эола, и критскому Зевсу. Главк — имя греческое (означает «светлый», «синий», «сияющий»), Сарпедон — с греческих корней не читается. Имя это либо заимствовано в Малой Азии, либо вошло в греческий язык от догреческого населения Балканского полуострова и островов Эгейского моря. В ликийской надписи оно передано как Зрппеду(ни).

Культ Сарпедона был распространен очень широко. В Ликии почиталась могила Сарпедона уже во времена создания «Илиады» — для того певцу и понадобилось переносить труп героя в Ликию, чтобы, локализовав его гибель в Троаде, не войти в противоречие с известностью ликийской его могилы. Но Сарпедона почитали и в других местах: в Киликии — там существовали Сарпедоновы камни (скалы), мыс Сарпедон и оракул, а также культ Артемиды Сарпедонии, да и еще одна могила Сарпедона; во Фракии — Сарпедоновы камни (скалы) в нескольких местах, Сарпедонова возвышенность, мыс у города Эн, там же и святилище героя; недалеко от Кипра — остров Сарпедония.

Обращает на себя внимание, что большей частью все культовые места Сарпедона — горы, скалы у берега или скалистые острова. И эти места разбросаны по восточным районам ранней греческой колонизации — Фракия, Ликия, Киликия, Кипр. Возможно, первоначально почитание Сарпедона было связано с остережением береговых скал. Это был чудесный покровитель, предохранявший мореплавателей от опасностей у этих скал.

В разные места «Илиады» попали песни о Сарпедоне, исходящие из разных обстоятельств его почитания: в «Диомедию» и «Каталог» — из вражды родосцев с ликийцами, в XII песнь и «Патроклию» — из сведений о династии Главкидов и о культе Сарпедона в Ликии.

<p>15. ПАНДАР</p>

Среди троянских героев, пожалуй, самая загадочная фигура — Пандар, сын Ликаона. Если вчитаться в поэму, не понятны ни его функция в сюжете, ни его происхождение, ни истоки образа.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология