В общем, не за тем Аналитик остался тогда в живых, чтобы проигнорировать похожее чувство сейчас, в месте, прямо скажем, далеком от Центрального Фронта Народной Республики Ангола. Недолго думая, он материализовал ярко горящие факелы на двадцать метров вперед и увидел, что вдалеке пол коридора покрыт тонким слоем костей, среди которых виднелись еще сохранившиеся куски тела существа, похожего по размерам, скорее, на ангела. Не тратя время на размышления о том, кому принадлежали кости, Аналитик материализовал ресторанную тележку с целым жареным поросенком и с силой толкнул ее вперед, надеясь, что неровности пола все же не помешают ей доехать до ловушки. Судя по тому, что произошло вслед за этим, опасения оказались напрасны. Тележка была рассечена двумя параллельными лезвиями, подобными ножам индустриальной мясорубки, появившимися из стены на уровне ног и головы. Ножи не успели спрятаться, когда посланные Аналитиком молнии легко и чисто срезали их. Путь был свободен, а ловушка нуждалась в серьезном ремонте.
Аналитик, пробиравшийся по таинственному коридору с взведенным «шпандау», был готов ко многому. Но то, что произошло вскоре после успешного преодоления западни, поразило его больше, чем, скажем, могло бы поразить второе пришествие Карла Маркса. Где-то невдалеке, в подземелье Рая, играла музыка. И ничего бы не было в этом странного (ведь даже в Библии ангелы занимались музицированием), если бы не некоторые обстоятельства. Услышанная Аналитиком песня не была псалмом, исполняемым под орган или, скажем, лютню сладкоголосым слугой Господа нашего. Это не был живой хор благочестивых праведников, поющий «Аллилуйю». Нет, в глуби мраморной скалы, плавающей на трех живых китах в огромной капле воды, расположенной по ту сторону Альфы Центавра, по вырубленным древним коридорам шли мощные волны настоящего рока. И даже если Бон Джови по какой-то причине уже успел сыграть в ящик и, что еще менее вероятно, выжулил при этом билет в Рай, «Destination Anywhere» нельзя было сыграть и спеть лишь при помощи лютни. Иными словами, донесшиеся до ушей нашего героя вульгарные звуки прославленной песни могли быть лишь результатом воспроизведения на аппарате, питаемом электричеством. А, как известно, как раз электричества в мире потустороннего измерения никогда и не было. Или по крайней мере не было до этого момента.
Заинтригованный Аналитик стал осторожно продвигаться вперед. Так — очень медленно, тихо и прислушиваясь — он прошел достаточно далеко. Коридор был таким же темным и пустым, хотя наш герой мог бы поклясться, что голос Бон Джови слышится теперь откуда-то сзади. Он шепотом спросил по-прежнему сидящих на его плечах крыс, и те подтвердили, что да, и у них сложилось такое же крысячье впечатление. Аналитик решил вернуться. Он чуть было опять не прошел мимо нужного места, но боковым зрением увидел, как засветился вдруг на часах желтый алмаз. Он несколько раз медленно прошелся вперед и назад по коридору, наблюдая за драгоценным камнем. Действительно, алмаз начинал светиться при пересечении определенной плоскости в пространстве. И именно в этом месте хриплый голос богопротивного грешника звучат особенно отчетливо. Равно как и другие звуки, которые казались странно знакомыми, но пока не поддавались узнаванию.
Что-то подсказало Аналитику снять часы и попробовать использовать алмаз как оптический прибор. Мысль оказалась чрезвычайно плодотворной, так как при прохождении уже упоминавшейся плоскости в свете опять вспыхнувшего камня он увидел искаженное изображение какого-то ярко освещенного помещения. Он не смог разобрать, что же именно было в комнате, но понял, что перед ним — хитроумная секретная дверь-невидимка. Он не знал, как ее сделали, но был уверен, что и здесь не обошлось без игр с измерениями. Теперь было бы неплохо понять, как попасть в эту щель в пространстве. Но эту проблему вместо него очень просто решил Альфред. В одну секунду, цепляясь за одежду когтистыми пальчиками, он спустился на пол, повернулся перпендикулярно к заветной плоскости и исчез в стене. Сюзанна при этом обеспокоилась и прошипела: «Куда ты, шуба для Барби, поперся?!» Аналитик цыкнул на ворчливую самку и, еще раз осмотрев свое снаряжение, повторил подвиг Альфреда. Сюзанна с недовольным ворчанием последовала за ними.
Шагнув в стену, он попал в достаточно большой прямоугольный грот, чем-то напоминающий индустриальное помещение начала девятнадцатого века. Сквозь пыльное нагромождение огромных паровых котлов, передаточных колес и приводных ремней, оплетенных столетней паутиной, пробивался мерцающий свет. Оттуда же доносились музыка и другие вышеупомянутые звуки. Туда-то и направился искатель приключений с пулеметом «МГ» наперевес, двумя крысами на плечах, на подгибающихся от страха и возбуждения коленях. Открывшаяся ему сцена была бы достойна застывших в краске кошмаров Гойи.