Я рассыпался в извинениях, но мастер махнул рукой, отметая мое покаяние. По его мнению, мой прорыв стоил риска. Да-да. Прорыв. То, как я раньше выкручивался, было жалким подобием того, что удалось мне совершить сегодня. К своему удивлению, я не только помнил все свои рассуждения по ходу схватки, но и сам бой запомнил до мельчайших подробностей. Помимо прочего, пока я каялся, часть меня уже вовсю анализировала итоги, выявляя ошибки, находки и некоторую «грязь» в исполнении приемов. Ошибки следовало не повторять, а грязь выводить, шлифуя технику.
После обеда я, помывшись и принарядившись, снова пошел на рынок. Угу. Туда, где встретил варварскую синеглазку. Сегодня мне повезло, и я успел увидеть, как девушка в компании знакомых телохранителей направляется с рынка, скорее всего домой. Я постарался попасться ей на пути и отвесил самый куртуазный поклон, на какой только был способен, но красавица, явно узнав меня, фыркнула, задрала носик к небу и сделала вид, что меня нет.
Так, склонившись в поклоне, я и провожал ее взглядом, пока процессия не скрылась за углом. Выпрямившись, увидел перед собой три персоны, которые принял сперва за тайных, настоящих, телохранителей моей незнакомки, но тут же убедился в ошибочности выводов.
— Департамент охраны короны, — тот, что стоял по центру, показал жетон, на котором замерцала аббревиатура «ДОК». В это же время двое его коллег «незаметно» сместились в стороны, встав от меня по бокам. — Вы должны проследовать с нами.
В голове зашумело, а сердце часто-часто забилось в груди. Признаюсь, я испугался. Хотя ничего такого, угрожающего короне, вроде не делал, но кто их знает?
— В чем меня обвиняют?
— Нам приказано не говорить с вами на эту тему, ньор маг. Пройдемте. Там все разъяснится.
Уважительное «ньор» меня немного успокоило, но… кто бы в подобной ситуации смог остаться спокойным и не тревожиться?
— …Что вы, что вы! Ни о каком задержании, ни о каком аресте не может быть и речи, ваше сиятельство! Что вы, что вы! — говорил мне длинный, худой и нескладный человек, облаченный в белый с золотыми пуговицами мундир полковника. Он был коротко стрижен, седоват, носил бородку клинышком по гиспарской моде и напомаженные усики стрелочкой. Глядел он добродушными карими глазами сквозь старомодное пенсне на витом шнурочке. Пенсне, впрочем, представляло собой довольно дорогой артефакт старинной работы, а шнурочек скрывал в себе нить магической энергии от мощного и дорогого накопителя в нагрудном кармане мундира. Одну из функций амулета я смог разгадать с ходу — изменение цвета и даже разреза глаз носителя, позволяющее интересным образом придавать его лицу нужное выражение. Сейчас со мной разговаривал немного рассеянный школьный учитель-интеллигент. — Мои люди немного перестарались. Каюсь, всему виной было мое нетерпение увидеть вас. Позвольте представиться: полковник департамента охраны короны его величества Козельс. Нет-нет, не трудитесь представляться. Вы ведь Гаррад зи Сонтез, князь Бахрийский? Ну, вот видите?.. Мои люди заметили вас в момент… скажем так, вашего несколько необычного контакта на рынке с объектом внимания департамента. Сколько потом пришлось проделать работы, чтобы установить вашу личность. Мы же не знали — случайный был контакт или намеренный? Если намеренный, то с какой целью? Любовара Закраевская! Вам что-нибудь говорит это имя?
— Нет. Ничего не говорит.
— Я так и думал. Так и думал… А ведь это имя той красавицы, с которой вы имели честь сегодня раскланиваться… неужели неизвестно? Или все-таки вы с ней знакомы?
— Нет. К сожалению, незнаком. Имя услышал впервые. И вообще, я маг-конструктор…
— Что вы, что вы! Никаких претензий, но согласитесь… Ваше якобы случайное знакомство на рынке в таких условиях… можно сказать, идеальных условиях для контакта. Все происходит вроде совершенно случайно, никаких подозрений. Столкновение. Что может быть случайнее в такой давке на рынке? Но я вам верю. Абсолютно верю! Что может связывать уважаемого мага королевства и эмиссара мятежников? Ни-че-го.
— Как эмиссара?! Как мятежников?! Она совершенно не похожа на мятежницу…
— Ах, юноша-юноша. Сколько нам довелось видеть заговорщиков по виду, как говорится, «сама невинность». И ваша красавица отнюдь не исключение. Я бы сказал… отнюдь! Вы меня понимаете? Но я верю вам. Верю.
— Ну, если верите, значит, я могу идти?
— Разумеется, можете. Разумеется. Вы совершенно свободны. Нам нечего вам предъявить. Пока нечего. Но. Вы могли бы снять все подозрения, оказав нам небольшую помощь.
— И чем же я могу вам помочь? Я ведь не агент, не воин…
— О, что вы, что вы! Таких специалистов у нас хватает, а вот мага, да еще специалиста по обезвреживанию ловушек, найти крайне сложно. Крайне. Если вообще возможно. То есть, конечно же, возможно, но все известные нам маги — почтенные грандмастера в возрасте. А вот такой молодой, энергичный, грамотный мастер — во всей столице один-единственный.
— Почему вы считаете меня таким уж специалистом по ловушкам?