Читаем Жертвы Жадности IV: Последний довод королей полностью

Наше нападение заметили лишь тогда, когда тараны ударили с треском в брёвна частокола, а по пяти лестницам начали лезть ударники. Первая же пятёрка, оказавшись внутри защитного периметра, приняла оставшиеся пять лестниц и установила их с другой стороны. Я не слишком надеялся, что мы пробьём частокол, но понимал, что в этот раз отступать придётся — в отличие от местных, возрождаться нам придётся в Птичьей Скале.

На защиту Борисовска были брошены все резервы, которые имелись у посёлка. Даже некоторые женщины приняли участие в отражении агрессии. Я вообще никогда против женщин не воюю… Ну пока они сами против меня не воюют. Однако здесь на нас навалились так, что резко стало не до определения гендерных различий. Кому там молотом прилетело? В любом случае, некому «???» — без указания, мальчику или девочке.

Первый натиск мы выдержали, хотя казалось, что мирные поселенцы вот-вот нас размажут по частоколу, наплевав на прокачанную силу и телосложение. Тем не менее, строй устоял, а постоянный приток союзников из-за стены позволил нам расширить занятую область. Ещё и частокол заваливаться начал в том месте, где били без перерыва тараны, а в проём принялись просачиваться оставшиеся за стеной бойцы.

В нас пускали стрелы, кидали камни, бросали раскалённые угли из очагов, плескали кипятком, а в ответ мы кидали дротики, били из самострелов — и активно рубили, кололи и били строй врагов. Я вместе с Нагибатором был, как обычно, на острие атаки и с тревогой наблюдал, как медленно тает полоска моей жизни. Но мы всё-таки побеждали! Да, порой на нас набрасывались серьёзные противники, но большинство жителей были вообще никакими бойцами. Они кидались в битву, умирали, возрождались и снова кидались к нам, чтобы снова отправиться на перерождение…

Наконец, наши враги осознали, что в плане обороны у них всё как-то очень грустно — и против нас бросили Григория с его бойцами. Вот с этими нам пришлось действительно туго! Первый же их натиск отправил на перерождение сразу десяток ополченцев.

- Отходим! Отходим! — услышал я голос Борборыча.

И я с ним был полностью согласен — даже если мы Григория и победим, то цена может оказаться слишком высокой. Строй начал медленно пятиться к стене. Выходили мы через пробитую таранами брешь — и выходили довольно споро. Те, кто был в первых рядах, с противниками успевали обменяться одним-двумя ударами — а потом делали пару шагов назад, противники пару шагов вперёд — и вновь обменивались двумя ударами, и снова два шага назад…

Выходившие последними я и Нагибатор вынуждены были практически прыгать через огонь, который наши развели в проёме, чтобы жителям посёлка не захотелось нас преследовать. Кстати, я бы сам не додумался: отчего-то мне казалось, что как выйду за частокол — то больше бояться нечего. К счастью, кто-то был достаточно сообразителен, чтобы обеспокоиться вопросом тылового прикрытия. Так что вместо преследования нашего отряда жители принялись заливать новый очаг пожара.

А пожар со стороны нашего лагеря разгорелся ещё сильнее. Там явно не хватало рук для полноценного сдерживания огня — так что занялись ещё и несколько халуп вблизи частокола. По моему нескромному мнению, это была практически победа, но вот Борборыч со мной согласен не был.

- Жалко, что к утру они опомнятся… — заметил он, когда мы снова сидели на своём брёвнышке и смотрели на огонь. — Надо было не всех подряд выносить, а бойцов Григория заарканить и вытащить за стены, чтобы в плену придержать.

- Блин, ну да… — кивнул я, оценив коварство рейд-лидера. — Но это же сколько верёвок на такие туши надо?

- Хорошая мысля всегда приходит опосля! — Борборыч покачал головой и развёл руками. — Верёвок у нас столько нет, конечно… А могли бы ведь и взять! Ладно… Шёл бы ты спать и лечиться. И я тоже пойду бодрость восстанавливать…

Утром пожар ещё продолжался, хотя уже большей частью догорало то, что местные даже тушить не стали. Четверть частокола была полностью уничтожена. Остались только чёрные горелые пеньки — почти вровень с землёй. За пеньками лежало пепелище, по которому ходили люди, выискивая то, что могло уцелеть. Два ряда домов вообще выгорели дотла. Ещё один ряд построек местные жители сами раздеребанили за ночь, чтобы по ним огонь не перекинулся дальше. Дома тут строились из дерева, так что объём проделанных ночью работ впечатлял. Хотя, конечно, ломать — не строить…

Мы не спешили. Нам надо было восстановить силы, покушать, подготовиться. Защитники-то всегда появляются после возрождения полные сил и сытые. А вот нам такой благости никто не обещал!.. Так что мы не спешили, готовясь разобраться с посёлком одним махом и не откладывая дело в долгий ящик.

- Нападать будем по пожарищу! — поделился своим планом Борборыч. — Филя, Нагибатор, Рыжие, Кот, Барэл и Дно — вы пойдёте единым кулаком. Ваша задача — быть там, где особо тяжело, и успокаивать местных, решивших поиграть в героев.

- И как долго придётся штурмовать? — зевая, поинтересовался Барэл.

- Мы не знаем, — развёл руками Борборыч.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых харьковчан
100 знаменитых харьковчан

Дмитрий Багалей и Александр Ахиезер, Николай Барабашов и Василий Каразин, Клавдия Шульженко и Ирина Бугримова, Людмила Гурченко и Любовь Малая, Владимир Крайнев и Антон Макаренко… Что объединяет этих людей — столь разных по роду деятельности, живущих в разные годы и в разных городах? Один факт — они так или иначе связаны с Харьковом.Выстраивать героев этой книги по принципу «кто знаменитее» — просто абсурдно. Главное — они любили и любят свой город и прославили его своими делами. Надеемся, что эти сто биографий помогут читателю почувствовать ритм жизни этого города, узнать больше о его истории, просто понять его. Тем более что в книгу вошли и очерки о харьковчанах, имена которых сейчас на слуху у всех горожан, — об Арсене Авакове, Владимире Шумилкине, Александре Фельдмане. Эти люди создают сегодняшнюю историю Харькова.Как знать, возможно, прочитав эту книгу, кто-то испытает чувство гордости за своих знаменитых земляков и посмотрит на Харьков другими глазами.

Владислав Леонидович Карнацевич

Неотсортированное / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии