Читаем Заповедь Варяга полностью

— А она меня, красотулечка, двадцать пять лет на берегу ждала, — затужил вдруг капитан. — Так что пока я плавал да дурь юношескую из башки штормами выколачивал, она высохла, как вобла, — в голосе капитана чувствовалась нежность, которая никак не вязалась с его суровой внешностью.

— Ну-ну, послушаешь тебя, так подумаешь, что с праведником разговариваешь, — уколол смотрящий.

— Ладно, забудем об этом, — смиренно согласился Федорыч и резковато повернулся к морякам. — Подавай трап начальству! — прикрикнул он на здоровяков, вышедших за ним следом. И парни, качнув буйными головами, расторопно принялись вращать лебедку. Трап тяжело развернулся и плавно уткнулся в песок под ноги Тархану.

Аркаша Тарханов куражился. Взобравшись на катер, он стал рассказывать о том, как питерские братки славно провели время в прошлое воскресенье и сколько было выпито водки за один только вечер. А какие девочки с ними гужевались! Зная склонность Аркаши к хвастовству, никто его не перебивал.

Пусть выложится до хрипоты. Улыбку у присутствующих ему удалось выжать лишь однажды, когда он поведал о том, что студентки института культуры в самый разгар пьянки устроили такой классный стриптиз, какого ему не доводилось видеть ни в одной из западных стран. Вот что значит русская танцевальная школа!

Смеясь, Тархан добавил, что в тот вечер ему невероятно повезло и он познакомился с великим искусством не из кресла уютного зала, а с дивана, продавленного любовными упражнениями, и даже под самый конец сам стал непосредственным участником этой хореографии.

— Все готово? — неожиданно оборвал он свой рассказ, повернувшись к Федорычу.

— Да, все, — неожиданно хмуро кивнул Федорыч.

— Ну, тогда веди, чего лясы-то точить!

Двинулись гуськом, следом за капитаном. Шествие замыкал высокий сутулый парень в потертом тельнике. Он сказанул что-то ядреное, когда Касьян, зацепившись каблуком за ступеньку, едва не скатился по трапу головой вниз. Но, натолкнувшись на сердитый взгляд обезоруживающе улыбнулся.

На двери, к которой привел их капитан, был нарисован палач с красным капюшоном на голове, небрежно сжимающий в руке огромный топор. Через большие прорези капюшона были видны внимательные выразительные глаза, которые как будто бы высматривали очередную жертву среди вошедших. Смысл картины Ангел понял сразу, едва распахнув дверь. На большом металлическом крюке, укрепленном на потолке, был подвешен молодой мужчина, обнаженный по пояс. Выглядел он жалко: спина в кровавых полосах, лицо в кровоподтеках, глаза заплыли, вместо них на мир смотрели две влажные крохотные щелочки. Поймав настороженный взгляд Ангела, Тархан бодро произнес:

— Вот таким баловством мы здесь и занимаемся, дорогой мой Володя.

Отдыхаем как можем, рыбку ловим и руки нашим оппонентам выкручиваем. А уж если к согласию не приходим, так хороним их на дне морском. — Аркаша Тархан чувствовал себя в этой камере пыток вполне свободно. Верилось, что это тоже его дом. — Наши местные традиции, понимаешь. Вода кругом! Питер называют Северной Пальмирой, а ведь это не правда. Пальмира в переводе с латинского означает «город пальм», а Санкт-Петербург, в первую очередь, это город воды. Вот мы и стараемся с выдумкой использовать свое географическое местоположение.

Ангел подивился мгновенной перемене в его настроении. Тархан превратился в холодного расчетливого господина. Охотно верилось, что значительную часть своего времени Аркаша проводит на борту, а в перерывах между трапезой и сном выкручивает плоскогубцами пальчики многочисленным узникам.

— Чем же ты меня порадуешь, дорогой, — приблизился Аркаша Тарханов к пленнику, подняв длинную кожаную плеть. — Я ведь теряю терпение. А это может кончиться печально для тебя. Итак, кто мне портит кровь?

Пленник пошевелился и прошамкал разбитыми губами:

— Я бы хотел переговорить, но здесь много народу.

— Оставьте нас! — коротко обронил Аркаша через плечо.

Под строгим взглядом Тарханова попятились все. Нечто подобное можно наблюдать только в саванне, когда голодные гиены пятятся под хмурым взглядом царя зверей. Ангел увидел, как тень сомнения пробежала даже по лицу Касьяна, — а не отступить ли на шаг, как всем остальным, но уже в следующую секунду взгляд его затвердел.

— Как скажешь, Аркаша, — добродушно отозвался капитан, и, повернувшись к матросам, распорядился:

— Ну, чего встали? Пойдемте!

Ангел кое-что начинал понимать. Моряк оставил порт и подвязался к смотрящему на хлопотную, но денежную работу смотрителя плавучей тюрьмы. И, судя по тому, какой порядок царил вокруг и как было поставлено дело, со своими обязанностями он справлялся весьма неплохо — лентяев в своей «организации»

Аркаша Тарханов не переваривал.

— Со мной останется мой человек, — поспешил предупредить Ангел, указав на Касьяна.

— А ведь ты мне не доверяешь… полностью, — улыбнулся Аркаша Тарханов. — Ну да ладно, я на тебя зла не держу. Понимаю! Времена нынче мутные.

Ни на кого нельзя положиться без оглядки. А потом, ты находишься в другом городе, тебе ведь по статусу полагается быть подозрительным.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Абсолютное оружие
Абсолютное оружие

 Те, кто помнит прежние времена, знают, что самой редкой книжкой в знаменитой «мировской» серии «Зарубежная фантастика» был сборник Роберта Шекли «Паломничество на Землю». За книгой охотились, платили спекулянтам немыслимые деньги, гордились обладанием ею, а неудачники, которых сборник обошел стороной, завидовали счастливцам. Одни считают, что дело в небольшом тираже, другие — что книга была изъята по цензурным причинам, но, думается, правда не в этом. Откройте издание 1966 года наугад на любой странице, и вас затянет водоворот фантазии, где весело, где ни тени скуки, где мудрость не рядится в строгую судейскую мантию, а хитрость, глупость и прочие житейские сорняки всегда остаются с носом. В этом весь Шекли — мудрый, светлый, веселый мастер, который и рассмешит, и подскажет самый простой ответ на любой из самых трудных вопросов, которые задает нам жизнь.

Александр Алексеевич Зиборов , Гарри Гаррисон , Илья Деревянко , Юрий Валерьевич Ершов , Юрий Ершов

Фантастика / Боевик / Детективы / Самиздат, сетевая литература / Социально-психологическая фантастика