– Мы уточнили сводку, – негромко донеслось справа. – Прошу коллег и Теплейшего учесть новые данные. Сфера жизни планеты поражена на 3,22%. Если мы войдём в коридор 4,23-4,24% – вымирание доразумной подстилки усилится необратимо. Давление на экзофлору – 2,56%, давление на экзофауну – 3,47%. Риск потерять разумных вырос до 13,63%. Вторжение идёт!
Лысый поклонился. Взгляд его был устремлён исключительно на змею.
Молодой, что виднелся на экране слева, быстро открыл рот:
– Господин Мнге обязан понимать, что работа с… э-э… людьми сейчас – архиважная задача, – зачастил он. – И нет задач более неотложных, чем… Э-э…
Он запнулся и замолчал. Похоже, ораторствовать молодой только учился.
– Мы усиленно ищем способных. – Человек в синем костюме поднял глаза на змею, игнорируя боковых собеседников. – Делаем всё, что возможно. Мои сотрудники проводят отбор, обучение и тренировки. Но люди – глупы…
Змея зашипела, и человек в синем умолк.
– Вы ищете слишком медленно и шаблонно, Мнге, – холодно прошелестел её голос. – Ваши методы не годятся. Вы находитесь на территории, наименее заражённой личинками и вторженцами, и мне непонятна ваша смертельная осторожность. Вы понимаете, что после 4% поражения экзосфера уже не сможет восстановиться? Мы потеряем ментальную подстилку Земли. Даже если мы спасём людей, их эволюция, так же, как и наша, будет зависеть исключительно от личных генераторов и сархов. Но зачем нам люди, если они перестанут создавать экзосреду планеты?
– Мы ищем, – тихо повторил человек в синем. – Мы пробуем разные методы и тесты. Не моя вина в том, что сорок тысячелетий назад программы по работе с людьми на Севере были практически свёрнуты. Я знаю, тогда это решение казалось верным. Но сейчас я один не могу реанимировать работу, которая не велась столько лет!
Человек в синем костюме распрямился и посмотрел в глаза змее. Горло её раздражённо вздулось, но человек не отводил взгляд.
– Вы должны торопиться, Мнге. – Змея дёрнула головой.
– Мы торопимся. – Человек в синем нахмурился. – Мы удвоили усилия, но от этого наша работа с каждым днём всё опаснее. Нас могут раскрыть. Мы не должны рисковать так сильно!
– Напротив, вы должны научиться рисковать, Мнге!
Змея сердито зашипела, и с боковых экранов тоже донеслись вдруг звуки, похожие на шипение.
Человек в синем отшатнулся, натолкнулся на кресло, стоящее за его спиной, замер. Дальше отступать ему было некуда.
Глаза змеи горели холодной злой яростью:
– Вы забыли, что значит для нас Вторжение? – Воротник вокруг её шеи колыхался: горло раздувалось от гнева, и жабо мешало ему. – Или вы поддались непродуктивным эмоциям, Мнге? Вы – трус?
Человек в синем костюме быстро заморгал, не в силах контролировать страх и смятение. Он не знал, что ответить.
Теплейшему, веками не вступавшему в прямой контакт с людьми, легко было говорить, ведь это не он, а Мнге рисковал здесь каждый день!
Но ослушаться человек в синем костюме не мог. Это было противно его природе.
– Мы будем рисковать, – прошептал он. – Я… буду. Да.
– Сеанс связи окончен, – объявил человек справа.
– Сеанс связи окончен, – подтвердил левый.
Их экраны погасли.
– Вы должны научиться рисковать, Мнге. – Змея, прежде чем прервать контакт, сменила гнев на милость, спрятала зубы и слегка опустила голову, демонстрируя своё расположение.
– Я и так работаю с людьми круглосуточно, Теплейший, – пробормотал человек в синем костюме. – Я очень устал от их глупости, дерзости…
Но сочувствия он не дождался.
– Помните, Мнге, – равнодушно и холодно предупредила змея. – Проиграют они – проиграем мы. Да, рядом с людьми мы живём, постоянно скрываясь, морщась от их запаха, болея их болезнями, страдая от того, что они делают с разумом, данным им Аш Хааах. Да, антропосфера нам совсем не подходит, и если бы это было возможно, мы уничтожили бы их всех! Но пока на Земле нет других разумных, люди… Люди – наша надежда!
Экран погас.
Человек в синем костюме без сил опустился в кресло, закрыл лицо руками.
Раздался звонкий цокот – к креслу приблизился уродец, похожий на аквариум на ножках или водяного паучка, чьё тельце облачено в пузырёк воздуха.
– Нужно работать! – прошептал господин Мнге. Он улыбнулся странному созданию и решительно встал.
Он рискнёт. Он найдёт Единственного.
Так приказал Теплейший.
Глава 5
Вадим огляделся, с трудом ворочая онемевшей от страха шеей. Шевелиться не хотелось. Ничего не хотелось.
Куда угодно – в школу, к психологам, в летний лагерь… Только бы не стоять на бетонном полу и не видеть этот подвал!
Он словно бы лишился половины чувств, заступорился, забетонировался от страха.
И не он один.
Мирон и Лиза замерли, прижавшись друг к другу. Они сидели у дальней стены, на так и не исследованной куче не понять чего. А Илья…
Илья лежал ничком у стены рядом с тем местом, где появлялась дверь. Вроде бы целый, но какой-то обмякший, длинный.
Надо было подойти к нему… Но… вдруг там, под телом Ильи, – кровь? Вдруг он мёртвый и развалится на куски, которые только что летали в воздухе?