Девушке действительно стало страшно. Два неадекватных мужика с совершенно определенными намерениями темнота и ни души далеко вокруг. Даже если она будет кричать никто не услышит. Алёна набрала в грудь воздуха и побежала.
Преследователи не отставали. Их шаги совсем близко. Кто- то заломил ей руку.- Ух, какая прыткая, как козочка. Ну все, хватит ломаться. Раздевайся.- Да вы с ума сошли! Отпустите меня, я буду кричать!- Гы-гы, конечно будешь,- его руки уже расстегивали пуговицы на ее платье.Алёна оцепенела от ужаса.
Вдруг от кустов бесшумно отделилась серая тень. Глухой удар - и один из преследователей упал на асфальт. Тихий хруст - и второй валяется рядом.
- А я ведь предлагал домой проводить, как чувствовал, - раздался глубокий голос её утреннего знакомого.
- Оххх, Иван, - всхлипнула Алёна.Её спаситель деловито поднял с земли упавшую сумочку, отряхнул и подал девушке.
- Тебе разве мама не говорила, что не надо по ночам одной разгуливать? - спокойно осведомился он.
От пережитого стресса у Алёны пропал дар речи и она просто кивнула головой. Руки тряслись, в глазах стояли слёзы.
Иван приобнял её за плечи, успокаивая.- Ну, всё, всё... Они теперь не скоро оклемаются. Пойдем. Не бойся, все уже хорошо. Я отведу тебя домой.
-Иван, спасибо вам большое! Если бы не вы...
- Э, нееет, тут простым "спасибо" не отделаешься, - хитро улыбнулся спаситель,- Во- первых, давай на "ты". Во-вторых, теперь ты мне должна ужин. Завтра сходим куда-нибудь. - его тон не терпел возражений.
- Иван, я вам...тебе очень благодарна, - замялась а Алёна, -но, прости пожалуйста, поужинать не получится.- Это почему же?- удивился парень.- У меня есть молодой человек и это ему не понравится...
- Ерунда, я же тебя в ресторан зову, а не замуж, - в голосе Ивана слышалось явное разочарование,но сдаваться он не собирался, - Просто ужин, ничего больше. И вообще, почему твой парень позволяет хрупкой девушке бродить ночью одной?
- Он хирург, вызвали на срочную операцию.- Тогда понятно.
- А насчёт ужина... У меня есть предложение получше. В выходные мы с друзьями собираемся пожарить за городом шашлыки. Приглашаю с нами. Не ресторан, конечно, но будет весело.
14. Максим
В обеденный перерыв в больничной столовой собралось много народу. Максим честно отстоял очередь, набрал полный поднос, хотел было сесть за столик к Алёне, но наткнулся на её убийственный взгляд и не стал. Злится. Лукавая улыбка чуть тронула уголки его глаз. Это хорошо. Значит, не все потеряно.
Он пошел в угол, к Баграмову. Оттуда можно безнаказанно глазеть на Алёну, не опасаясь быть замеченным.
Красивая. Золотистые волосы до лопаток. Чуть припухшие розовые губы. Зеленющие глазищи, как далекие морские глубины в обрамлении темных ресниц. Глянешь в них и погибнешь, унесет, затянет, закружит смертельным водоворотом. Ну и пусть. Не жалко.
Подойти бы сейчас, уткнуться носом в шею, нежно пройтись губами по ключице, вдохнуть полной грудью запах её кожи и волос, ощутить под пальцами их шелк... И, главное, почувствовать как она отзывается на его прикосновения. Как раскрываются навстречу губы, учащается дыхание, сердца начинают биться в унисон...
- Что, Максим, на Аленку свою насмотреться не можешь? - спросил Баграмов с участием.- А? - вернулся в реальный мир Ларин, - Не моя она, давно уже не моя, Тимур Мансурович.
- Я ведь помню вас обоих несмышлеными котятами, - задумчиво проговорил Баграмов, - смотрел и радовался, даже, по доброму, завидовал. Представлял, какие замечательные у вас родятся детки. Вы ведь дышали друг другом, жили общими интересами, поддерживали, помогали друг другу расти, стать лучше. Помнишь, как вместе с Алёной на спор лечили всех сложных больных в двух отделениях? Сколько жизней спасли эти ваши мозговые штурмы? А как ты безошибочно чувствовал, что через пару минут она войдёт в кабинет? А как уговорили религиозную фанатичку на операцию? Вы были, как будто единым целым. Такая связь просто так не рвется. Не знаю, как случилось, что вы разбежались, но это не правильно. И счастья в жизни ни у кого из вас нет.
- Почему вы так думаете?- Ну, про себя, надеюсь, ты спорить не будешь? А про неё... Посмотри на Свету Кретову. Спокойна, уверена, находится в равновесии, в гармонии с собой. Кончится рабочий день, она соберётся и пойдет домой, потому, что ей там комфортно. Напечет пирогов, мужа и деток порадует. Потому, что внутренней энергии полно, и хочется её тратить на любимых. А они эту энергию восполняют. Когда женщина счастлива, она светится изнутри и готова перевернуть мир.А вот Алёна домой не спешит. Потому, что сосет из неё муж жизненные силы. С ним она напряжена, всегда думает что сказать, выбирает фразы, чтобы не разозлить. Взгляд неживой, потухший. Да и сын её, Матвей, практически вырос в больнице. Бежит к ней сюда после школы, здесь делает уроки, а потом они вместе едут домой. Тяжело ему с отцом один на один. Разве так должно быть? Дом - это место силы. А если там нельзя расслабиться и побыть собой, зачем он такой нужен?