Генерал-лейтенант Феофанов прибыл на полигон Северный после звонка контролера Кардопольского, который сообщил о прибытии вагонов с вооружением вечером 8 сентября, а также о переговорах генерала-«оборотня» с продажным московским чиновником, суть которых сводилась к неожиданному требованию третьего участника преступной цепи по нелегальной продаже оружия, Юлдаша Рашидова, о переносе промежуточной контрольной посадки самолета «Ил-76» из Ташкента в Самарканд. Начальник ГУБТ тут же, 7 сентября, вылетел на полигон – точнее в центр региона, на территории которого размещался секретный испытательный центр Министерства обороны. На сам полигон Феофанов прибыл в 5 утра на машине Серова, высланной за ним в аэропорт. И по прибытии приказал доставить к нему Кардопольского. Впрочем, доставка была условной – начальник испытательного центра не содержался ни под стражей, ни под домашним арестом и для подчиненных продолжал оставаться прямым начальником. Но все свои действия продажный генерал, согласившийся на сотрудничество с антитеррористической спецслужбой, обязан был согласовывать с контролером ФСБ майором Серовым. Последний и пригласил в столь ранний час Кардопольского в его же штабной кабинет, где уже находился генерал Феофанов. «Оборотень» прибыл в штаб спустя 15 минут после вызова. Войдя в кабинет, удивленно взглянул на начальника Главного управления:
– Вы? Честно говоря, вашего личного присутствия здесь не ожидал.
– Доброе утро, Эдуард Максимович.
– Да какое оно, к черту, доброе... Для меня сейчас ни в чем радости нет.
– Раньше об этом надо было думать, перед тем как продать свою честь и страну, которая доверила вам высокий пост. Но достаточно лирики. Когда конкретно на полигон должны прибыть вагоны с вооружением?
Кардопольский указал на стул:
– Разрешите присесть?
– Садитесь.
– Благодарю... Точное время прибытия двух вагонов я назвать не могу. Эшелон прибудет в районный центр по расписанию, в 17-40. Во время стоянки мои люди должны будут отделить нужные вагоны и перегнать их на ветку, ведущую сюда, подцепить к тепловозу; ну, и сам путь обычно занимает около получаса. Думаю, вагоны подойдут на полигон не ранее 21-00.
– Караул снимете здесь?
– Нет, на станции, он проследует с эшелоном.
– Ваши люди в курсе, что за груз находится в вагонах?
– Да. Они должны будут принять его у караула. Но подчиненные мне люди не имеют ни малейшего понятия, зачем прибыл груз и что с ним будет дальше. Маневровый тепловоз доставит вагоны в ангар аэродрома. Оттуда взвод обеспечения проведет его погрузку на борт «Ил-76».
– Понятно! А люди поставщика, господина Аладьева, могут прибыть на полигон для контроля погрузки?
– По-моему, мы уже говорили об этом. Аладьев только формирует эшелон и отправляет груз. Здесь им занимаюсь я.
– Значит, людей Аладьева на полигоне быть не может?
– Не должно быть... По крайней мере, до сего дня никогда не было.
Феофанов прошелся по кабинету.
– С этим определились. Скажите, Эдуард Максимович, а что за переговоры состоялись у вас с Рашидовым?
– Так я уже докладывал майору, – Кардопольский кивнул в сторону Серова, присутствующего при беседе, – Юлдаш неожиданно затребовал контрольной посадки в Самарканде.
– Почему? Ведь вы наверняка интересовались причиной изменения обычного маршрута?
– Естественно. И объяснение решению Рашидова простое. 9 сентября в Узбекистан с официальным визитом прибывает президент Армении, в связи с чем в аэропорту введены повышенные меры безопасности. Принимать и отправлять наш «Ил-76» в такой обстановке возможно, но рискованно. Поэтому Рашидов и затребовал промежуточной посадки самолета с оружием в Самарканде.
– Соответственно, там он будет проверять груз.
– Естественно.
– Сколько с ним может быть человек?
– Двое.
– Почему двое?
– Рашидов очень осторожный человек, по-восточному хитрый и коварный. В дело, связанное с продажей оружия, он привлек только двух самых верных ему человек. К тому же двоих и контролировать проще...
– И незаметно убрать в случае необходимости, – добавил Феофанов.
– И убрать проще... – машинально кивнул Кардопольский, но тут же опомнился: – Извините, о чем это вы?
– Ни о чем. Как эти двое проверяют груз?
– Они вскрывают два-три ящика в разных местах, на остальных проверяют наличие специальных пломб. Этого вполне достаточно.
– И далее самолет пойдет прямиком в Пакистан?
– Да. А Рашидов посмотрит, как борт улетит. Он обязан проконтролировать вылет и сообщить об этом Али Чаранди, мне, а также Аладьеву по спутниковому телефону.
– Ясно! Предупреждаю, мое присутствие здесь не должно быть известно никому... – Генерал взглянул на Серова: – Вы подготовили мне место ночевки?
– Да, люксовый номер в гостинице.
– Люкс в местной гостинице не пойдет! Я же сказал, мое присутствие не должно привлечь ничьего – подчеркиваю, ничьего – внимания. А в гостинице всегда полно народу.
– Ну, тогда могу предложить свое жилище.
– Что за жилище?