Наша мародёрка прервалась на третьем толчке, гораздо сильнее предыдущих. Некоторые кристаллы пошли трещинами, а часть химических фонариков, что расставляла девушка, упали в трещины и расселины. Нас настойчиво просили на выход.
— Давайте сюда! — поманила нас Аня, раскрыв синюю воронку.
Через мгновение мы уже были на вершине горного хребта. Трясло и здесь, но это уже было не так страшно. Главное — не спускаться рядом со скальными обнажениями, чтобы камни не прикатились сверху. День был в самом разгаре, поэтому мы с Женей имели все шансы отплыть до темноты. Парень горел желанием поговорить с опростоволосившимся Глебом, даже больше меня, так что с ним вопрос был решённый.
— А ты куда теперь? — спросил я Анну.
— Что значит, куда? — растерялась девушка.
— Ты свободный человек, — напомнил я ей. — Тебе нужны все эти божественные разборки?
— Я с тобой! — выпалила она, схватив меня за руку. — Не в Каневскую ж мне возвращаться, в самом деле…
83
Быстро добраться до Новороссийска, увы, не получилось. Вместо катера нас поджидала свежая воронка, заполненная водой. Возможно, Игорь нарочно его заминировал, или сюда наведались мстить за собрата другие элементали. В любом случае нам пришлось искать себе новый транспорт.
За этим мы направились в одно из придорожных поселений-спутников, и неожиданно наткнулись там на выжившую семью, уже потерявшую всякую надежду на спасение. К счастью, глава семейства Коноваловых был знаком с местными фанатами рыбалки, и в одном из их гаражей мы обнаружили надувную моторную лодку с жёстким дном, закреплённую на прицепе. Разместились в ней с большим трудом, благо помимо исхудалого мужчины и его супруги все остальные были подростками и детьми. Половина даже не родными, а подобранными кто где.
Отплывать решили следующим утром, потому что топливо мы нашли уже в сумерках. Попутно истребили всю нехорошую живность в посёлке. На удивление здесь обитала всего парочка серьёзных тварей, а остальные предпочли откочевать в более перспективные места или вообще не интересовались людьми. Так что ночью нас никто не побеспокоил.
Хоть найденная плоскодонка могла двигаться даже по самой неглубокой воде, остальные её характеристики оставляли желать лучшего. Прежде всего — скорость. По сравнению со спортивным катером мы практически ползли. При этом расход топлива был катастрофическим, а заправки по пути, понятное дело, отсутствовали. Всё что мы могли, это прихватить с собой парочку канистр.
Вдобавок в черте города на нас решили напасть какие-то приставучие ящерицы, неплохо чувствовавшие себя в воде. Нам едва удалось от них отбиться, значительно облегчив боезапас. Дальше проблемы только нарастали — на море оказалось сильное волнение, и бескилевую лодку мотало из стороны в сторону. Если бы не поддержка многочисленных репшнуров, пристёгнутых карабинами к специальным креплениям по бортам, часть пассажиров точно вылетела бы от такой тряски. Но и так мы несколько раз едва не перевернулись на волнах. Многие вымокли и продрогли до костей.
В общем, те ещё водные аттракционы получились.
Ну и понятное дело, топливо подошло к концу задолго до Цемесской бухты. Остаток пути пришлось идти на вёслах, попеременно меняясь. Вымотались мы до предела, потратив в итоге двое суток. Я готов был бежать по воде, лишь бы поскорее добраться до города, но приходилось держать себя в руках, а нервное напряжение выплёскивать во время гребли. К концу нашего путешествия спина ныла так, будто туда раскалённый лом вставили. И это при моей-то регенерации.
Однажды вдалеке мелькнула гигантская черепаха, на чьём горбу устроилось несколько представителей морского народа, но они не посчитали нашу посудину серьёзной добычей и не стали преследовать. Либо почувствовали, что там их не ждёт ничего, кроме бесславной смерти, потому что к тому времени я готов был рвать врагов голыми руками.
А вот уже на подходе к бухте нам наперерез выдвинулся боевой катер, чей экипаж оказался хмур и неразговорчив. Проверив каждого при помощи штатного жреца, они заарканили лодку и потащили её на буксире.
Увы, самые худшие мои опасения подтвердились. Мы безнадёжно опоздали.
Первое, что бросилось в глаза — плавучий комплекс пропал с привычного места. В бухте плавала лишь огромная куча мусора и разнокалиберных обломков. Часть судов я обнаружил пришвартованными в портовой зоне, но их было гораздо меньше, чем в изначальной связке. Город тоже выглядел неважно — в некоторых местах что-то сильно чадило, хотя зачистка должна была давно закончиться. Да и на карте здесь теперь почти всё зеленело до самых окраин.
А самое поганое, что круизного судна, где окопался Глеб с компанией, нигде не было видно. Хотя вполне возможно он просто стоял слишком далеко. Местная портовая зона тянулась на многие километры, почти по всей протяжённости подковообразной бухты. И всё равно мои нервы напряглись до предела, но я не позволял себе проявлять эмоции до самого берега. Нас сопроводили в порт, где передали «на фильтрацию» в бывшее полицейское здание, занятое нынче угрюмыми безопасниками.