Но у них было очень мало времени. Он предложил ей успокоиться и прийти в себя уже под одеялом. Ведь именно под одеялом мы прячемся от всех жизненных невзгод. У нее были большие мягкие груди, все тот же узкий таз, и она все так же широко открывала рот. Она должна была поехать на свадьбу знакомых, прикатила к нему прямо из парикмахерской, потом от его прически не осталось и следа…
Но она не смогла добиться оргазмы. Он огорчился. Предложил попробовать еще разок, но ей уже нужно было срочно ехать.
– Один ноль, – сказала она ему на прощанье.
Они договорились встретиться в сауне. Это ей понравилось больше. Сауна тоже была сравнительно неподалеку от ее дома. Она выпила немного мартини, он ничего не пил, потому, что был за рулем. Сауна была довольно приличного вида, но в туалете уже лежали коробочки из-под презервативов. Вообще-то считается, что сауну и секс здравомыслящие люди – не соединяют. Но они только чуть-чуть погрелись и занялись любовью. Он шептал ей: «Я люблю тебя». Она ему отвечала: «Я тебя хочу».
Сауна в их отношениях повторилась. На этот раз это была более роскошное заведение, с джакузи. Но вот беда. Оказалось, что, хотя им было приятно общаться, разговаривать, обсуждать что-то, они не совсем подходили друг другу сексуально. Ей не нравились презервативы, и не нравилось быть снизу. Ей хотелось доминировать, и вот, когда она забралась на него сверху, в клокочущей гидро-массажной ванне, случилось то, что должно было случится. Она забеременела при счете 4—2.
Она это ему сказала во время телефонного разговора. «Я ни за что на свете не буду отговаривать тебя рожать», – сказал он. Однако рожать было невозможно, она ведь по-прежнему не жила с мужем. Сразу бы выяснилось, что она этому гордому арабу, изменяет. Она пошла на миниаборт.
Георгию казалось странным то, что он, никогда не изменявший жене, вдруг стал встречаться с замужней женщиной? Это было против его правил. Объяснение было только одно. Психическая связь с женой – была сильнее, чем он подозревал. Только тогда когда бывшая жена его «отпустила» он смог найти подругу.
Но он мучился оттого, что сам невольно попал в положения человека разрушающего чью-то семью. После второй сауны он с ужасом обнаружил, что у него на теле появились какие-то пятна! Не СПИД ли это? Он тут же полетел в кожвендиспансер, но оказалось, что это был нейродермит – нервное заболевание.
Потом их связь медленно сошла на нет. Он пару раз позвонил ей, она все время была занята. Потом по ее мобильному телефону ответил какой-то мужской голос. Он понял, что больше ей не нужен.
Царица и радуга
Тысяча вторая сказка Шахерезады, рассказанная после того как мудрая невольница наконец потеряла терпенье
На ее счастье самый большой любитель сказок уже уснул к тому времени, и сказка была рассказана впустую. Мне кажется, она была посвящена первому Шахерезадиному любовнику. Царь бы умер от ревности. Нет, что это я? цари не умирают от этого. Умирают те, кто неосторожно вызвал эту ревность. А цари умирают от ревности более могучих царей. Да и вообще ревновать – глупо, а сказителей и подавно…
В одной восточной стране жила-была прекрасная царица, кажется, ее звали Клеопатра, но дело не в имени. Для нас с тобой это будет просто Царица. Милее ее в то время не было на Земле женщин…
Но красота, так привлекавшая многих, ее саму нисколько не занимала. Иначе и быть не могло, ведь это была царица. Они немного отличаются от прочих, но и они – женщины. Может быть только в одном – желании любить.
Царица не замечала влюбленных в нее мужчин. Этих предметов до поры для нее как бы не существовало, как если бы их не было вовсе. Истории о возвышенных чувствах, рассказываемые возвышенным слогом для нее придворными поэтами – нисколько ее не занимали, потому что сочинялись для нее ее рабами. Они ничуть не воспитали ее чувств, но, я думаю, не испортили их. Царице было предуготовлено другое.
Она жила во дворце и не думала, что можно обитать в другом месте, например, зверем в лесной норе, и, поэтому, ничуть не поколебавшись, променяла бы при случае дворец на нору, или гнездо птицы; но, подумав немного, она, наверно, предложила бы переселиться туду придворным, а уж они усладили бы ее существование где угодно.
Родившись царствовать, она не была при этом жестокосердным человеком. Нисколько. Единоличная правительницф страны, редко допускала страшные жестокости, предпочитая прощать даже заведомо виновных, не говоря уж о несчастных, попавших на ее суд по стечению обстоятельств. Она инстинктивно, по-женски, наверно, стремилась к добру. Вообще-то, считается, что доброта не прививается во дворцах, словно бы она обязана жить в хижинах. Вовсе не обязана без хороших наставников, завести которых во дворце – легче.
Так же неосознанно она ждала любви. И вот однажды, да-да – однажды, – невозможно обойтись без этого слова, рассказывая сказку – Любовь нашла ее.