Читаем Войны былинных лет полностью

Для испытательного удара Иван Тимофеевич скрепя сердце пожертвовал «Крохой». Однако заряд в бомбе был неполный. Уж больно опасался оружейный затейник внимание врага привлечь, в особенности ежели на Лысой Горе рванет как следует.

С другой стороны, трудно было предсказать, как поведет себя бомба с полным зарядом. Левша, правда, обещал все высчитать, но с волшебными силами любые расчеты — пустая трата времени. Одно дело порох и уж совсем другое дело военная магия.

«Кроху» осторожно погрузили на горынычеплан, затем на борт взошли князь Всеволод и оба изобретателя, чье детище, возможно, было способно изменить ход изнуряющей Русь войны.

— Утро доброе, князюшка, — приветствовал Ясно Солнышко Иван Тимофеевич.

— И тебе день добрый, оружейный затейник, — кивнул Всеволод, с сомнением поглядывая на бомбу.

Круглый ладный «Кроха» покоился в прочном коробе на мягкой пахучей соломе.

Отец Ильи Муромца сделал неуловимое движение руками, и бомба со щелчком раскрылась. Внутри князюшка с удивлением обнаружил тонкий проволочный каркас. Еще там было маленькое шестиконечное зеркальце, напротив которого висел угольно-черный кристалл, заключавший в себе разрушительное проклятие.

Иван Тимофеевич вытер руки куском рогожи и с удовольствием принялся объяснять.

— Вот здесь вы видите самое сердце бомбы. Енто, как вы уже, наверно, догадались, и есть носитель ядреной силы — «сторожевой» камень, способный хранить в себе от двух до десяти всевозможных проклятий разной силы. Сегодня мы ограничимся двумя небольшими проклятиями типа: «чума на оба ваших дома» и «чтоб тебе косым уродиться». У «Толстопуза»же, напротив, заряд будет значительней, в восемь с половиной раз больше, нежели у «Крохи». Там будут заключены уже более мощные родовые проклятия, кои и вслух-то лучше не поминать.

— Гм… — заинтересованно кашлянул Всеволод, склонившись над бомбой.

Князь Осмомысл на его месте уже бы давно валялся в обмороке.

— Далее вы видите волшебное зерцало односторонней направленности. Оно специально размещено точно за «сторожевым», который прочно закреплен на маленькой наковальне.

Ясно Солнышко узрел и наковальню. Магический кристалл и впрямь лежал на чем-то очень схожем.

— Теперь о принципе действия! — повысил голос оружейный затейник. — Как только я произнесу простую колдовскую формулу, вот отсюда выскочит небольшой молоточек и ударит по наковальне, разбивая «сторожевой» и высвобождая ядреную силу. Зерцало же концентрирует заряд в нужной нам точке боевого удара.

— Славно придумано! — похвалил Всеволод. — Смекалисто.

— Рады стараться, — расплылся в улыбке Иван Тимофеевич.

— Ну что ж, — расправил плечи князюшка, — готовьте бомбу. Сейчас, значитца, взлетаем.

— А что с мишенями? — забеспокоился отец Муромца. — Что вы с ними решили?

— Поначалу я думал использовать в качестве мишени провинившихся дровосеков из штрафной роты, — задумчиво изрек Ясно Солнышко, — но впоследствии передумал. Дровосеки, конечно, мерзавцы, но сбрасывать на них ядреную бомбу в качестве експеримента… Это будет, пожалуй, слишком.

— Но нам же необходимо ее на кого-нибудь сбросить, дабы проверить магическое воздействие, — в отчаянии всплеснул руками Иван Тимофеевич. — Ну хоть бы на какого пленного мериканца.

— Всех пленных мериканцев мы отпускаем. — Всеволод сделал неопределенный жест в сторону заснеженного леса. — Даем на посошок кружку лыкового первача и поминай как звали. Но ты, Тимофеич, не переживай, мишень будет, вернее, она уже на месте. Просто отличная мишень, уверен, тебе она понравится…

По палубе горынычеплана тут же засуетилась летная команда. Горыныч в трюме был разбужен, механические крылья раскрыты, стрельцы на всякий случай у бортов выстроены.

Заметно поправившийся за последнюю неделю Змей недовольно взрыкнул, ибо снилась ему в этот момент симпатичная двухголовая дракониха по имени Эльза. Дракониха была иностранкой из далекой Скандинавии. И три головы Горыныча, которым снился один и тот же сон, жутко поссорились, так как у прекрасной дамы голов было на одну меньше.

Ссора из сна тут же перешла в реальность. Но подраться меж собою шипящим головам Горыныча не позволили трюмовые, вылившие на проснувшегося Змея несколько ведер холодной воды.

— Небольшие технические неполадки, — успокоил Всеволода воротившийся из трюма оружейный затейник, и горынычеплан наконец благополучно взлетел.

— Наша цель с обратной стороны Лысой Горы! — предупредил князюшка, и воздушный корабль стал неспешно разворачиваться, плавно огибая огромную, занесенную снегом гору.

Через несколько минут летающая ладья зависла над тщательно расчищенной поляной, кое-где уставленной образцами захваченной в боях вражеской машинерии.

Прямо по центру поляны в землю был вбит крепкий столб.

У столба корчился и извивался странный мужик в собольей шапке. Узрев зависший над головою горынычеплан, он злобно скривился и попытался плюнуть в корабль, заплевав, однако, при этом самого себя.

Видя, что ладья висит достаточно высоко, странный мужик принялся неистово ругаться, но за гулом дышащего огнем Горыныча ничего не было слышно.

Перейти на страницу:

Похожие книги