Читаем Вещий Олег полностью

– Не в этом ли заключается тайна гибели Берсира? – Посол встал. – Я выеду рано, чтобы встретить зарю в своих землях. Ты исполнил свою клятву, Хальвард, а мне остается надеяться, что с отравительницей ничего не случится по дороге и она предстанет пред палачом. Ты дашь мне двух женщин, чтобы они приглядывали за убийцей в пути. Они – все трое – должны быть в одинаковых одеждах.

Биркхард поклонился и неторопливо направился в свои покои.

<p>6</p>

Ставко не взял предложенных коней, сразу сообразив, что Хальвард хочет следить за его путями. Он не знал, какой именно знак несли на подковах кони грозного боярина, но не сомневался, что какой-то знак должен быть, потому что еще дружинником точно определял след коней Олега и его стражи по отпечаткам их подков. Поэтому, ничего не сказав охране, он неторопливо миновал ее, вышел из усадьбы и тут же растаял в ночи. Ему нужен был верный друг – и как советчик, и как помощник, – и такой у него имелся: раненный в сече на Ильмене Кари. Старший дружинник личной охраны конунга Олега, левая рука которого уже не могла удержать щит.

Олег подбирал свою охрану, исходя только из преданности воинов лично ему. Многочисленные внезапные стычки и ожидаемые битвы в равной степени требовали обязательной взаимовыручки, без которой невозможно было выстоять ни в одном добром бою. Именно она сплачивала стражу, придавая ей стойкость в обороне и стремительность в нападении, потому что каждый дружинник знал, что может положиться на соседей как слева, так и справа. Эта взаимовыручка всегда поощрялась, равно как отвага и умение, и множество раз проверенный в боях Кари унес из Ильменьской схватки не только перебитую руку, но и возможность спокойно доживать свой век, получив в награду добрый надел за твердость в споре с самим конунгом. Олег никогда не забывал тех, кто личным бесстрашием обеспечивал его могущество и славу.

Кари очень обрадовался внезапному ночному гостю. Понимая, что занятый службой Ставко пришел неспроста, сам накрыл гостевой стол.

– Твои стрелы весело поют, как ты всегда говорил, – сказал Кари, поднимая заздравный кубок. – Одна из них спела песню победы, и я сделаю добрый глоток за то, чтобы ты никогда не промахивался.

– Ты всегда угадывал, о чем я думаю, Кари, – усмехнулся Ставко, отхлебнув темного пива. – Наверху любят игры, правил которых не знают вчерашние дружинники. Я ничего не могу рассказать, но, боюсь, без твоей помощи мне не выпутаться.

– Спрашивай, что тебе надо знать, и говори, что я должен делать.

– Конунг даровал тебе право на охоту в своих угодьях. Простираются ли эти угодья до земли рузов?

– До самого рубежа.

– Как выглядит берег земли рузов? Я был там всего один раз.

– Я помню, это была веселая поездка, – улыбнулся Кари, но тут же убрал улыбку. – Брод выходит на высокий мыс крутым подъемом. На мысу – луг с отдельными дубами и рощицей вязов, от которой идут кустарник и лес.

– Брод глубок?

– Надо вести коней в поводу.

– Откуда появляется солнце?

– Погоди, надо вспомнить. – Кари задумался. – Утренние лучи били мне в лицо. Я щурился от их света.

– Мне тоже так казалось. – Ставко подумал. – Мне нужны два неподкованных коня, моток крепкой веревки и десяток хазарских стрел. Мы выедем, пока не рассвело.

– Надолго мы едем, друг Ставко?

– Два раза поедим без костра. На это хватит припасов в моей сумке.

Выехали в предрассветном тумане, направляя коней по росистой траве, где солнце должно было высушить все следы. Держались глухих троп, прижимаясь к кустам. Спешили расчетливо и осторожно и к закату достигли границы. Кари спрятал коней в густом ольшанике, а потом оба залегли в прибрежных кустах, внимательно вглядываясь в противоположный берег.

– Вроде стражи нет, – тихо сказал Ставко.

– Стража может ждать на опушке леса. – Кари был поопытнее. – Я переправлюсь и осмотрюсь.

Кари шумел, идя через брод, громко звал коня. Выйдя на другой берег, открыто ходил по нему, продолжая окликать коня. Остановился под вязами, сказал негромко:

– Далековато до берега.

– Они тоже так думают, – тихо отозвался Ставко откуда-то сверху. – Я сброшу веревку. Привяжи конец к кривой березе, что позади тебя. Потом пройди к броду и немного постой: я прикину расстояние. И уходи к лошадям. Если не появлюсь вовремя, уходи немедленно.

– Бросить тебя, друг?

– Так надо, Кари, это – их игра.

– Удачи тебе, воевода.

Кари проделал все, о чем просил Ставко, и тем же бродом ушел на свой берег. Солнце уже село, с каждым часом густели сумерки, затихли и лес, и река, и прибрежные кусты. Оставалось ждать рассвета, но ждали они его по-разному. Сорокалетний израненный бывший дружинник так и не сомкнул глаз, тогда как двадцатилетний воевода немного вздремнул, пристроившись в развилке вязовых стволов.

Проснулся Ставко мгновенно, еще в дреме расслышав далекий перестук копыт. Осторожно отделившись от ствола, всмотрелся в берег.

Перейти на страницу:

Все книги серии Романы о Древней Руси

Княжеская Русь. Книги 1-7
Княжеская Русь. Книги 1-7

 "Вещий Олег" — о нем мы знаем с детства. Но что? Неразумные хазары, кудесник, конь, змея… В романе знаменитого, писателя Бориса Васильева этого нет. А есть умный и прозорливый вождь  славян, намного опередивший свое время, его друзья и враги, его красивая и трагическая любовь… И еще — тайны и интриги, битвы и походы, а также интереснейшие детали жизни и быта наших далеких предков. События, кратко перечисленные в эпилоге романа, легли в основу второй части исторической дилогии Бориса Васильева, продолжения книги «Вещий Олег» -«Ольга, королева русов»."Ольга, королева руссов" - продолжение романа Бориса Васильева «Вещий Олег» Ольга, дочь Олега, вошла в историю как первая славянская княгиня, принявшая христианство Но путь ее к вере был отнюдь не легок, а судьба – воистину трагична. В самом начале жизни – брак с нелюбимым. В зрелые годы – яркая и короткая, как вспышка, любовь, обреченная на разлуку И ненависть единственного сына, ради которого было принесено столько жертв. Исторические персонажи, знакомые нам по учебникам, в романе Бориса Васильева обретают плоть и кровь, говорят живыми голосами и решают вечные проблемы -так же, как решаем их мы и будут решать наши потомки. "Князь Святослав" — очередной роман в цикле известного писателя Бориса Васильева о правителях Древней Руси.  Сын княгини Ольги и князя Игоря вошел в историю как отважный воин, победивший хазар, успешно воевавший с Византией и присоединивший к Великому Киевскому княжеству множество земель. Автор не ограничивается описанием подвигов Святослава, его герой — личность трагическая, испытавшая и нелюбовь матери, и предательство друзей. Мучительные раздумья о судьбе родной земли не покидали его вплоть до случайной и загадочной гибели."Владимир Красное Солнышко". Выдающийся российский прозаик продолжает свой цикл исторических романов о князьях Древней Руси. К ранее вышедшим книгам «Вещий Олег», «Ольга, королева русов», «Князь Святослав» добавился роман о киевском князе Владимире. Его называли не только Красное Солнышко, но и Святым или Крестителем, ибо в годы его правления Русь приняла христианство. А утверждение новой религии неминуемо сопровождалось укреплением государства, а также борьбой с многочисленными врагами Руси — внешними и внутренними."Князь Ярослав и его сыновья".  Новый исторический роман известного российского писателя Бориса Васильева переносит читателей в первую половину XIII в., когда русские князья яростно боролись между собой за первенство, били немецких рыцарей, воевали и учились ладить с татарами. Его героями являются сын Всеволода Большое Гнездо Ярослав Всеволодович, его сын Александр Ярославич, прозванный Невским за победу, одержанную на Неве над шведами, его младший брат Андрей Ярославич, после ссоры со старшим братом бежавший в Швецию, и многие другие вымышленные и исторические лица. Читается с неослабевающим интересом до последней страницы"Александр Невский".  Главный герой этой книги – князь Александр Невский, легендарная личность в отечественной истории. Всю свою недолгую жизнь он посвятил сплочению Руси и освобождению её от участи покорённой страны. Победив шведов на Неве и немецких рыцарей в Ледовом побоище, он обезопасил западные границы Руси. Умелой политикой предотвращал разорительные нашествия монголо-татар. За свои деяния был причислен Православной церковью к лику святых."Владимир Мономах". Новый роман Бориса Васильева, примыкающий к циклу его романов о князьях Древней Руси («Вещий Олег», «Ольга, королева русов», «Князь Святослав», «Ярослав и его сыновья»), повествует о драматичных моментах в жизни великого князя Киевского Владимира Мономаха (1053–1125), не только великого полководца, не проигравшего ни одной битвы, но и великого дипломата: в решающий момент он сумел объединить русские удельные княжества для отпора внешнему грозному врагу — половцам, а затем так выстроить отношения с ними, что обратил их из злейших врагов в верных союзников. За эти воинские и мирные дела половецкие ханы преподнесли ему знаменитую шапку Мономаха, которой, уже после смерти князя Владимира, короновали на Великое княжение всех русских владык Содержание:1. Борис Львович Васильев: Вещий Олег 2. Борис Львович Васильев: Ольга, королева руссов 3. Борис Львович Васильев: Князь Святослав 4. Борис Львович Васильев : Владимир Красное Солнышко 5. Борис Львович Васильев: Князь Ярослав и его сыновья 6. Борис Львович Васильев: Александр Невский 7. Борис Львович Васильев: Владимир Мономах

Борис Львович Васильев

Историческая проза
Вещий Олег
Вещий Олег

Библиотека проекта «История Российского государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.Роман «Вещий Олег» открывает масштабный цикл Бориса Васильева, автора известных книг о князьях Древней Руси.Давным-давно князь Рюрик захватил свое место под солнцем, перешагнув через горы трупов друзей и врагов, но сейчас он стар, руки с трудом держат меч, тело измучено былыми ранами, а разум затуманен одурманивающими зельями. Малолетний сын Рюрика, княжич Игорь, немощен и слаб. Бывший воспитанник князя – конунг русов Олег – хитер, умен и очень дальновиден. Недаром его прозвали Вещим. Клубок интриг, месть, заговоры, убийства, битвы не пугают Олега, он знает, в какую вступил игру – ведь победителю достанется всё!

Борис Львович Васильев

Историческая проза
Ольга, королева русов
Ольга, королева русов

Библиотека проекта «История Российского Государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.Княгиня Ольга стала первой правительницей Киевской Руси, принявшей крещение, хотя и дружина, и древнерусский народ при ней были языческими. В язычестве пребывал и сын Ольги, князь Киевский Святослав. Судьба Ольги, женщины мудрой и проницательной, намного опередившей свое время, была нелегка, а порой и трагична. Она всю жизнь стремилась обрести любовь, но вступила в брак с Киевским князем Игорем лишь по политическим соображениям. Всегда хотела мира между славянами, но была вынуждена жестоко подавить восстание племени древлян. Сделала все, чтобы увидеть Святослава на княжеском престоле, но в ответ получила лишь ненависть единственного сына, ради которого было принесено столько жертв…

Борис Львович Васильев

Историческая проза / Историческая литература / Документальное

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза