«— Не волнуйтесь, пожалуйста! — поспешил успокоить ее Виктор Макарович. — Голос у него, безусловно, есть…
— Голос и слух есть у каждого человека. Кроме, конечно, глухонемых! — объяснила Маргарита Васильевна.
Мама опять выпрямилась.
Виктор Макарович остановил ее: кажется, ему не хотелось со мной расставаться.
— А ну-ка, произнеси еще раз: „Бизе!“ И так далее…
Я произнес.
Виктор Макарович победоносно взглянул на свою помощницу:
— Слыхали?! А вы говорите: „Нет голоса“. Нам ведь нужен ведущий программу — мальчик с открытым и приятным лицом!»
Как подсказало сердце…
Не надо думать, что Маргарита Васильевна какой-то вконец засохший, испорченный человек. Она поступает по-взрослому разумно, поступает строго по правилам (хотя и облекает эти правила в не слишком тактичную форму). А правила гласят: человека, не обладающего музыкальным слухом, в хор принимать нельзя.
Ну а Виктор Макарович — человек с душой ребенка — поступает так, как подсказывает ему его доброе сердце. Для него правила — это не тупик, из которого нет выхода, а лишь остановка для раздумья. Он видит: мальчик хороший, тянется к искусству, зачем же его отталкивать? Зачем портить ему настроение — надолго, может быть на всю жизнь? И руководитель хора находит гениальное в своей простоте решение — пригласить Мишу
«— Вы согласны, чтобы он стал ведущим? — спросил Виктор Макарович.
— Ведущим — согласна, — ответила мама».
А на «объявлялу» еще не известно, согласилась бы она или нет. Скорее всего, нет: только что обидели ее сына, а тут еще и объявлялой каким-то приглашают…
В хоре, кроме нашего Миши, было еще два. Но он заметил, что Виктор Макарович называет их просто Мишами, а его — Мишенькой. И чутким сердцем угадал, почему: «Может быть, потому, что только я один во всем хоре не пел, и он хотел своей нежностью как-то сгладить этот мой недостаток».
Над чем смеется Алексин?
«Детскость» взрослого человека и «взрослость» человека растущего — две важные темы творчества Алексина. Здесь источник многих его сюжетов и здесь же родник его юмора.
Над чем, по преимуществу, смеется писатель?
Едко, саркастично смеется он над излишней взрослой «упорядоченностью», переходящей в непорядочность, а заодно и над теми детьми, которые завтра обещают стать очень неприятными взрослыми.
Он вышучивает и высмеивает привычку взрослых и подражающих им детей к шаблонному, стереотипному мышлению и преклонению перед дутыми авторитетами.
Наконец, он добродушно, а порою трогательно, посмеивается над теми из юных героев, которые хотя и выдержали экзамен на духовную зрелость, но все же слегка переоценивают меру своей «взрослости».
Сейчас мы и рассмотрим именно эти случаи более подробно. Хотя есть, разумеется, у писателя и другие импульсы для поощрения или осуждения смехом.
Идеальные родители
«…Мои родители были очень добросовестными людьми: если кто-нибудь запевал, они сразу подхватывали и не шевелили беззвучно губами, как это делают некоторые, а громко и внятно пели всю песню от первого до последнего куплета; ну, а если фотограф просил их улыбнуться, всего-навсего улыбнуться, они хохотали так, будто смотрели кинокомедию».
Да, всё в жизни они делали как бы с перевыполнением. И это никого не раздражало, потому что все у них получалось естественно, словно бы иначе и быть не могло.
«…На душе у меня было легко и беспечно… И какие бы ни случались неприятности, я быстро успокаивался — любая неприятность казалась ерундой в сравнении с главным: у меня лучшие в мире родители!»
Если бы это говорил Карлсон, который живет на крыше, мы не придали бы значения таким восторгам: у него, как известно, все самое лучшее в мире. Но в том-то и дело, что говорит это обыкновенный мальчик Сережа Емельянов — герой повести Алексина «А тем временем где-то…». И тут уж мы сами не можем не восхититься: вот она, образцовая семья! А еще говорят, что идеальных семей не бывает…
Правда, при внимательном рассмотрении, а верней, прослушивании этого восторженного монолога в голосе рассказчика чувствуется надрыв, слишком уж преувеличенное восхищение. Да точно ли герой восхищается, может, он просто иронизирует? Отложим ответ на некоторое время, а пока последим за дальнейшими событиями.
Правильно, и даже с превышением