– Гримм… они похожи на людей, но они живут в другом мире. Таких рос там много, и у каждой расы был свой король. – объяснил я, и заметив, что она хочет задать еще один вопрос, я ее опередил. – Не перебивай и слушай, – хмуро посмотрел я на нее, и она замолкла. – Проклятие мальчика было очень странным. Чтобы он ни делал, его всегда преследовала неудача. И он был слаб – не мог использовать силы Гримм, – я фыркнул, вспоминая уроки магии. – Отец его не любил. Только и делал что вздыхал, и называл его «провалом» и «ошибкой». День за днем, день за днем мальчик терпел все это. Терпел ради улыбки одной женщины, которую он любил. Любил так сильно, как никого другого, и называл ласковым словом «мама». Королева тогда ему казалась не такой, как остальные. Она всегда улыбалась ему, хоть и виделись они не очень часто. Она никогда ему не грубила. Иногда даже гладила его по голове или обнимала его. Королева была единственной, кто выказывал заботу о мальчике.
Вот на этом моменте я понял, что мой голос стал тише. Странно, я думал, что уже давно отпустил все обиды.
– Когда принцу было четыре года, Король строго-настрого запретил мальчику выходить из его комнаты пока их гости не уйдут. Сидя на кровати в своей небольшой комнатке, мальчик мечтал о том моменте, когда снова увидит Королеву. Лишенный материнской любви и заботы, он целыми сутками мог думать об этой женщине… – я остановился в середине рассказа.
«И зачем я все это рассказываю?» – задумался я, но опустив взгляд увидел, что девочка с интересом слушает. – «Ну да ладно».
– Лежа на своей кровати, мальчик неожиданно услышал странный шум. Он был так прекрасен... Столько голосов… Он за свою жизнь не видел и десяти человек, потому ему было очень любопытно, что там. Мальчику стало очень интересно. Но он не ослушался приказа отца, подавил все свое любопытство и сидел, заткнув уши. Шум не прекращался, но к звуку сотен голосов добавилась прекрасная мелодия. Мелодия пьянила, но мальчик держался. Ради Королевы, увидеть которую он мечтал гораздо больше…
Я снова остановился, но уже для себя. Похоже, сколько бы лет ни прошло, этот момент жизни все еще вызывает у меня гнев. Гнев на самого себя. Почему я был таким?
– Вот, мелодия стихла, а голоса пропали. «Все закончилось», обрадовался принц. И он был прав, – я оскалился. – Закрыв глаза, мальчик пытался уснуть, довольный собой. Но вдруг дверь в его комнату открылась, и вошла так им обожаемая Королева. «Мама», обрадовался мальчик и бросился было к ней. За что получил удар. Он не понял, что случилось, хотя удары получать давно уж привык, правда не от Королевы. За первым последовал второй. А за ним и крик: «Лучше бы ты не рождался! Урод! Ненавижу тебя! Твои глаза такие же как у нее!». Она кричала и била его раз за разом, раз за разом. И больнее всего мальчику было от ее слов, и той ненависти, что проявилась в ее глазах.
Я снова остановился. Теперь потому, что второй акт сказки закончен. Также всегда, верно? Сначала вступление, потом грустная сцена, следом кульминация и эпилог с посылом. Что же, все это в моей сказке есть.
– Израненный, сломанный, преданный, одинокий. Принц впервые в своей жизни плакал. Не издавая ни единого звука, он рыдал в подушку. И тогда к нему пришла… – я задумался, как назвать «ее». – Джин. Девочка немного старше его самого назвалась «Джин» и сказала, что заберет его оттуда. И мальчик согласился.
Я вздохнул, прежде чем закончить.
– Так мальчик оказался в «Подземном Городе», где нашел свое счастье. И с тех самых пор он никогда не привязывался ни к кому так, чтобы не суметь от них отказаться. Даже самые любимые, стоит им сделать от него один шаг, потеряют его навсегда. Вот так и живет принц – другим приходится мириться с этим, или уходить. Он никого и никогда не держит. Даже самых, самых близких.
Я понял, что увлекся, только через несколько секунд.
– Ну так вот, мораль сей басни такова… – начал я с улыбкой объяснять, но… – Да вы издеваетесь… – задергался у меня глаз, когда я увидел, что девчонка спит. – И для кого я вообще все это рассказывал?! – прорычал я, но негромко, чтобы ее не разбудить.
– О, я была совсем не против послушать эту заманчивую сказку, – радостный женский голос буквально одним предложением вогнал меня в холодный пот. – Я так много узнала о господине «Гримм», и мою радость просто нельзя описать словами!
«Это точно похоже на издевательство!» – скривился я, когда передо мной появилась улыбающаяся девушка, одетая в стиле готик-лолиты.
– Рад был рассказать СКАЗКУ, – выделил я последнее слово, пытаясь этим сказать, что с реальностью эта история не имеет ничего общего.
– Конечно-конечно, – как и обычно «мило» улыбнулась она.
Ну разумеется она не поверила. Эту историю не должен был слышать никто взрослый. Так для чего я рассказал эту сказку? В надежде, что она будет верить в «Джина», которым для меня стала моя нелюбимая первая девушка, и которым для нее мог бы стать я. Дети должны верить в лучшее.
Что я ненавижу больше детских слез? Детское отчаяние. Именно поэтому я рассказал Нао то, что не знают ни Алиса, ни даже Гаврил.