Пробуждение было каким-то тревожным и беспокойным. Вскинувшись с кровати, я утер взмокший лоб и подхватил меч, и длинный кинжал, лежащие поверх одежды. Стараясь, чтобы ничего железом не зацепить, аккуратно вынул клинки из ножен. Чувство тревоги не утихало, а наоборот, нарастало, как набирающая разгон снежная лавина. За окном была ночь и свет обеих лун, падающий в застекленное грубым стеклом окно, указывал на то, что до утра еще как минимум два-три часа. Где-то в районе коридора скрипнула половица, и я автоматически и не раздумывая начал строить структуру заклятия ускорения реакции. Минута, и сила растеклась по телу, наполняя его молниеносным ускорением. Сотворить ночное зрение, было так же делом на пол минуты и не подвешивая его, я сразу же активирую и его. Следом начал создавать заклятие воздушного пресса, оно было одним из самых простых и мало занимающих времени на построение. Сейчас же каждая минута и секунды, были на счету. Кровь разогнанная адреналином и заклятием, шумела и бухала в уши в такт с биением сердца. И этот ритмичный стук сердца словно бы отсчитывал стремительно утекающие секунды, отмеренные мне до встречи с кем-то или же чем-то приближающимся ко мне.
Будить шаманку было рискованно, потому как она могла зашуметь, и тот или те, кто сейчас шарится в ее доме, мог либо навалится гуртом, либо быстро свалить. В любом случае, если начнется свалка, целительница проснется, а уж я, позабочусь о том, чтобы никто раньше этого срока не смог подобраться к ней. Кинув тоскливый взгляд на одежду и доспехи лежащие у входа в спальню, я мысленно чертыхнулся своей беспечности. Расслабился я однако, и легкий стук на кухне, это подтвердил. Хорошо хоть, что знак богини был всегда на мне, да и староимперский браслет обхватывал левое запястье. Прокрадываясь мимо доспехов и амуниции, подхватил только ремень с многочисленными кармашками и поясной сумкой и перекинул его через плечо. Лечение заклятиями, это конечно хорошо, но как показала практика, эликсиры для применения в непрекращающемся бою, были намного практичней и лучше.
Отодвинув завешивающую дверной проем штору, я буквально нос к носу столкнулся с тремя эльфами. Громко зазвенев мой меч и клинки двух идущих первыми эльфов столкнулись и высекли искры. Косой удар и дзанкнув по кольцам кольчужной бармицы, закрывающей затылок ушастого, мой меч рассек шею противнику. Присев, пропускаю вражеский клинок над собой и сделав выпад, загоняю меч под короткую кольчужную юбку.
Рывок мечом на себя и потемневший от крови клинок с хрустом вышел из раны. Удар плечом в заваливающегося эльфа и тело оторвавшись от пола, улетает в третьего. Отскочивший воин, запнулся об тело своего товарища и это стоило ему жизни. Подскочив к нему, отбиваю его саблю в сторону, и мой кинжал, с хрустом войдя в глазницу, доделал дело. Крик, хрип и горячая кровь залившая руки и грудь. Секунды, и три трупа остывают на полу, заливая своей еще горячей кровью гостевую комнату шаманки. Отдергивается занавеска и выставив кинжал, в комнату забегает Нерсия.
— Что это за… — испуганно ошеломленно начала она спрашивать, но я не дал ей продолжить и сбил на пол, как оказалось, вовремя.
Зазвенели разбитые стекла и две стрелы дрожа оперением, застряли в стене, как раз там, где до этого стояла шаманка.
— Как только, я свяжу их боем, поддержи меня магией или же возьми мой лук. Некогда разговаривать, а то сейчас подожгут дом и плотно возьмут на прицел, дверь и окна. Не высовывайся пока я не займусь ими. Если хорошо пошумим, то скоро из села подойдет помощь, но до этого нам надо продержаться. Все, я пошел, — и метнувшись на кухню, кидаю в окно один из табуретов.
Рывок обратно в разгромленную гостевую, закрыв лицо, выставляю перед собой руки и прыгаю в пробитое стрелами окно. Звон разбитого стекла, и я вылетев из оконного проема вместе с обломками рамы и стекла, жестко приземляюсь. Не задерживаясь ни на секунду, перекатываюсь в сторону.
— Айлир, я не успеваю, он очень быстр! — прокричал на эльфийском один из стрелков, контролирующих оконный проем.
Стрелок два раза успел выстрелить и на этом его боевой путь закончился. Своему напарнику он закричал как раз перед тем, как я двигаясь зигзагами, подскочил к нему и меч свистнув, перерубил лук выставленный в напрасной попытке защитится, и сами руки, этот лук держащие. Кинжал улетает во второго стрелка и тот, схватившись за пробитое бедро, громко кричит. Перекат, и стрелы, предназначавшиеся мне, воткнулись в безрукого стрелка. Передо мной поленница, из которой я вчера вечером набирал дров для бани, а за кучей дров, шестеро надвигающихся эльфов, двое, это лучники сменявшие луки на мечи и четверо мечников.