От резкого удара я перелетел через голову коня и шлепнулся в омерзительно пахнущую жижу. Мой конь, споткнувшийся о камень, неизвестно откуда появившийся перед ним, сломал шею. Его мертвое тело рухнуло в болото. Обдав меня тысячью брызг, оно стало тонуть в зеленой жиже. Понимая, что скоро последую за ним, я стал отчаянно бороться за свою жизнь. Но все было тщетно. Липкое болото не отпускало меня.
Увидев, что произошло, король остановился. Людвиг не торопился. Теперь ему нечего было опасаться. Я был почти безоружен. Все свое оружие я растерял еще в том кошмаре, что остался позади. При мне остался лишь молекулярный меч. Но сейчас он не мог мне помочь. Когда ты медленно погружаешься в болото, то меч – это последнее, что может тебе помочь.
Я уже по пояс ушел в болотную топь планеты Сторол. Планеты, почти вся поверхность которой покрыта этой жижей. Жижей, в которой даже существуют зачатки разумной жизни. Существуют в виде небольших существ, размером с панбольный мяч. Существ, похожих на колобков. На злых агрессивных колобков с множеством рук и острыми, словно иглы, зубами. Сами себя они зовут Аол, и у них имеются все признаки общественной организации. Организации, враждебно настроенной к другим аборигенам этой планеты. К человекоподобным Ролам. И к людям эти колобки относятся тоже враждебно. Они просто разрывают на части неосторожно сунувшегося в их болота человека.
Не знаю, обитали в этом болоте колобки или нет, но это было уже не так важно. Спустя минуту я все равно утону.
Я уже погрузился в болото по грудь, когда увидел, что король возвращается. Он вернулся специально, чтобы полюбоваться на мою смерть. Чтобы убедиться в том, что я действительно умру. Такого Людвиг не мог пропустить.
Приподнявшись в седле, он с любопытством и с нескрываемой радостью наблюдал, как я медленно ухожу в глубь трясины.
– Как здоровье, Джаггер? Сердечко не шалит?
Я знаю одного великолепного доктора – он вмиг избавит тебя от подобной напасти. Обращайся, если что.
– Я сам вырву тебе сердце, гнусная тварь! – крикнул я, с трудом дыша от сжавшей грудь болотной жижи. – Попомни мои слова. Вырву и брошу на съедение собакам. Меня ничто не сможет остановить. Даже смерть.
Людвиг посмотрел на меня, как на умалишенного и, повернув коня, поскакал прочь. “Счастливо умереть!” – крикнул он напоследок и скрылся среди скал.
Меня тотчас обступила тишина. Лишь изредка пузыри болотного газа, взрываясь громкими хлопками, нарушали тишину этого мрачного места. Устремив прощальный взгляд в красное небо Страны слез, я, в который уже раз за свою жизнь, приготовился умереть. В моей броне еще оставался небольшой запас воздуха. Минут двадцать я еще поживу. Буду жить все то время, пока мое тело станет погружаться в недра болота планеты Сторол. Буду сквозь стекло защитного шлема наблюдать жизнь, существующую в этом болоте. Крутящихся вокруг меня рачков Воал и пытающихся прокусить мою броню летающих жаб. Я буду медленно падать вниз, пока запас кислорода не иссякнет в резервуарах моей брони. Или пока на глубине огромное давление не раздавит мой панцирь.
Так бы оно и случилось, не приди мне в самый последний момент помощь. На поверхности болота уже оставалась лишь моя голова, когда рядом с ней шлепнулся крюк автоматической лебедки. Сквозь стекло защитного шлема я увидел Тука. “Держись, хозяин!” – крикнул киборг, и я, с большим трудом вырвав Правую руку из трясины, схватился за крюк. Тотчас гвардеец, включив автолебедку, стал вытаскивать меня из болота.
Поначалу медленно, потом все быстрее и быстрее, я стал выбираться из зеленой жижи. Пока последним рывком не выскочил из трясины, как пробка из бутылки игристого вина. Лебедка протащила меня несколько метров по поверхности болота и вытащила на берег. Твердый каменистый берег.
Почувствовав под ногами твердь, я без сил повалился на землю. На твердую землю Страны слез.
Сбросив заляпанный зеленой жижей шлем, я первым делом спросил:
– Тук, что с остальными?
– Дар погиб. Он умер у меня на руках. Я был бессилен спасти старшего наместника. Великий Тер принял его.
– А Лара? Что с девушкой?
– Не знаю. Последний раз я ее видел, когда она отбивалась от огромного слоноящера. Больше я ее не видел. Ни живой ни мертвой.
Я, обеспокоенный словами киборга, сразу же включил опознаватель маяков. Радиомаяк Молкома ответил сразу же. Он сигнализировал, что с парнем все в порядке. Маяк Лары молчал. Он мог молчать по двум причинам. Потому что Лара еще не успела включить его. Или же просто она была мертва. О втором не хотелось думать, и я переключился на другое. Я стал думать о том, как мне теперь отыскать Людвига, и внезапно великолепная мысль озарила меня. Я совсем забыл о том, что Квадрат перед смертью успел пометить короля радиомаркером. Я совсем упустил это из виду.
“Ну что ж, гнусный кровопийца, – подумал я, вновь надевая шлем. – Если маркер все еще на тебе – считай, ты покойник. Я достану тебя из-под земли.
Зная твое местоположение, я отыщу тебя, где бы ты ни прятался”.