– Что же, рассказывайте, Владимир Владимирович, как вы обнаружили пропажу револьвера, – улыбнулся он. – А заодно не забудьте поведать, как вас посетила гениальная мысль вообще вспомнить о хранящемся в сейфе оружии!
Воронцов посмотрел на сыщика испуганными глазами. Из разговора Гурова он прекрасно понял, что тот общался со своим начальником. И характер разговора не оставлял никаких сомнений по поводу их отношений.
Директору театра, конечно же, не раз приходилось слышать о крутом нраве мужа своей ведущей актрисы. Но Воронцов считал все эти разговоры не более чем досужими сплетнями. Оттого и испугался, когда увидел в деле «крутость» полковника. И подумал, что такой человек может легко и голову свернуть, забыв о том, что он сотрудник милиции, а значит, должен действовать строго в рамках закона.
Гуров едва сдерживал довольную улыбку, наблюдая за реакцией Воронцова. Сыщик, конечно же, мог поговорить с Орловым наедине, попросив хозяина кабинета выйти на пару минут, или же выбрать для разговора с генералом более мягкий тон. Но он хотел этим разговором именно запугать Воронцова. И, похоже, добился своего.
– Даже не знаю, с чего начать, – робко пробормотал директор театра. Этот детский наивный испуг в глазах почти шестидесятилетнего мужчины выглядел настолько глупо, что сыщик поморщился.
– Начните сначала, – посоветовал он хозяину кабинета. – И не разбегайтесь, прыгайте…
Воронцов несколько секунд внимательно рассматривал ногти на своих руках, будто собираясь с мыслями, а затем начал свой рассказ. Получилось у него довольно складно. Но именно эта гладкость и логичность рассказа насторожила Гурова.
По словам директора получалось, что он совершенно не обратил внимания на оружие рядом с трупом, когда уборщица, тетя Маша, с криками привела его в кабинет Левицкого. Не думал о револьвере Воронцов и потом, когда Свиридов допрашивал его. И лишь засыпая и вспоминая трагичные (именно «трагичные», так директор и сказал!) события прошедшего вечера, он вдруг осознал, что на полу рядом с трупом Левицкого лежало точно такое же оружие, как и хранившийся в его сейфе револьвер.
Воронцов даже собирался вскочить с кровати и, быстро собравшись, отправиться в свой кабинет, чтобы проверить наличие в сейфе «нагана», но жена удержала его. Она убедила директора театра в том, что Левицкого убили из абсолютно другого оружия. А даже если преступница… («Извините! Неизвестный», – поправился Воронцов) если он выкрал револьвер из сейфа, то это ничего не решает. В конце концов, подобное известие может подождать до утра, и нет смысла тревожить людей посреди ночи.
– Хорошая точка зрения, – усмехнулся Гуров. – Полезная во всех отношениях для собственного спокойствия. И как же вы обнаружили пропажу?
– Приехал на работу, открыл ящик стола, достал ключ от сейфа и увидел, что там пистолета нет, – пожал плечами Воронцов.
– Так вы не только боевое оружие держите в устаревшем сейфе, вы еще и ключи от него в ящике стола оставляете? – возмутился сыщик. – Боюсь, что вас следует подвергнуть принудительному лечению в психиатрической больнице. И это еще в лучшем случае.
– Ну так ключи все время там лежат, все об этом знают, – испуганно залопотал директор театра. – И никогда ничего не случалось!
– А вы всегда револьверы в сейфе держите? – усмехнулся сыщик. – В каком ящике были ключи?
– Вот здесь! – торопливо ответил Воронцов и резко выдвинул ящик письменного стола прямо перед собой.
– Я же не просил вас хватать его руками! – рявкнул на хозяина кабинета Гуров. – Отойдите к окну.
Воронцов послушно выполнил распоряжение, а сыщик обогнул стол и склонился над выдвинутым ящиком. Мельком посмотрев на массивные ключи от сейфа, небрежно брошенные поверх распечатанного конверта с реквизитами фирмы «Гранит», Гуров опустился на корточки и осмотрел внутренний замок ящика и тыльную сторону столешницы.
– Скажите, Владимир Владимирович, кто еще знает, что вы храните ключ от сейфа в ящике стола? – спросил сыщик, обернувшись к хозяину кабинета.
– Да я, собственно говоря, ни от кого и не прятался, – пожал плечами Воронцов. – Кабинет всегда заперт, к тому же внизу находится охрана.
– Однако на этот раз охрана не помогла, – довольно резко оборвал его Гуров. – Вы запираете стол, когда уходите домой?
– Конечно, – кивнул Воронцов. – Там ведь лежат довольно важные документы.
– А когда вы сегодня утром открывали ящик, замок был заперт? – Гуров хитро прищурился.
– Естественно. – Воронцов явно не понимал, к чему клонит сыщик. – Как и всегда.
– И вы проверили, насколько он хорошо заперт, прежде чем вставить ключ? – Гуров продолжал сидеть на корточках возле стола.
– В этом нет необходимости, – пожал плечами директор. – Я всегда просто вставляю ключ и открываю замок.
– Тогда подойдите сюда и полюбуйтесь. – Сыщик подозвал Воронцова к себе. – Что вы на это скажете?