Читаем СТРУНА ИСТОРИИ полностью

В Европе этот период подъёма был в XI веке. И надо сказать, что жить-то там было почти не возможно. Потому что все эти феодалы, имевшие небольшие отряды, укрепленные замки, служившие только 40 дней в году, а все остальное время тратившие на то, что воевали друг с другом, убивали друг друга, грабили своих крестьян. Крестьяне, которые не могли с ними тягаться в драке, прятались в леса.

Безобразие было при этой очень строгой системе такое, что умный папа Урбан II[444] предложил им сначала устраивать «Божий мир»[445] — на время уборки урожая, чтобы никто никого не убивал. А потом, после этого, когда уберут хлеба, то — можно. Но потом скорей решили, что и это очень плохо. И хорошо бы, чтобы этих сильно пассионарных людей, было поменьше. И тогда было провозглашено: «Так хочет Бог! Освободите Святую Землю от мусульман[446]

Освобождать, собственно говоря, было нечего, потому что мусульмане — народ набожный, уважают Иисуса Христа и Пресвятую Деву Марию, и всех паломников туда беспрепятственно пускали. Но надо было сбросить излишних пассионариев. Им за то, что они ехали из Франции и из Западной Германии в Палестину, — отпускали грехи. Но им же нужны были деньги на проезд — бесплатно тогда не возили. Они закладывали свои имения или продавали их по мелкой цене, только чтобы их венецианцы и генуэзцы[447] на своих кораблях довезли. Или можно было через Венгрию пройти, через Балканский полуостров, добраться до Малой Азии и — повоевать, уже на этот раз с неверными: с турками, с туркменами.

Надо сказать, что эти (мусульмане. — Ред.) — страшно удивились, они никак не могли поверить, зачем это всё. Но потом, когда им объяснили, что эти франки (да проклянет их Аллах!) устроили свой джихад (ну, это они поняли — джихад и у них был), и, конечно, они этих крестоносцев после первого удачного похода[448] били почем зря.[449] И в конце концов, за 200 лет, это все кончилось. Но кончилось — почему? Европа все-таки изобиловала пассионарностью.

Если кто-нибудь читал роман Фейхтвангера «Испанская баллада», то вы помните, что там не в Палестину ехали и не в Константинополь, а воевали тут же, в Испании. Это было дешевле и повоевать можно. Кончилось абсолютным разгромом кастильского войска и гибелью этой самой героини, которая была фавориткой Альфонса XI[450] и, вообще говоря, — полной катастрофой.[451] Но повоевать им удалось!

И самое тяжелое для них было не то, что их убьют, а то, что, если кого король, в виде величайшей немилости, отстраняет от службы и говорит: «Поезжай в Бургос или Овьедо[452] и сиди там — у себя дома, наблюдай за морем и за горами».

Вот сидеть без дела для них было хуже смерти. Но после таких событий, как после битвы при Аляркосе,[453] естественно, что количество пассионариев уменьшалось. Почти все кастильское рыцарство, кинувшееся в безумную атаку на строй мусульман, погибло под стрелами берберийских стрелков, которые окружили его с флангов.

Те, которые уехали в Палестину, некоторое время держались в прибрежных крепостях.[454] Но как только Саладин (такой курд был, очень талантливый человек — Салах-ад-Дин), он взял Египет и организовал сопротивление, то тут же был захвачен Иерусалим, ради которого они воевали. Но они продолжали воевать. Они держались в прибрежных крепостях — Тарсе, Адане, Газе и получали поддержку от этих, от итальянских мореходов. Но их все равно прикончили. В XIII веке их прикончили, их не стало. То есть количество пассионариев — уменьшается.

И вот так везде: это было и у нас в России, и в Китае, и в Мусульманском мире, в Византии. (Л. Н. Гумилев показывает на графике «Изменение пассионарного напряжения в этнической системе. — Прим. ред.).

Вы видите: сначала идет подъём; потом — небольшой спад, потом — огромный подъём, потом — большой спад. И так несколько раз, такая «гармошка» образуется. Это показывает величину пассионарного напряжения в данной системе.

<p>ЛЕКЦИЯ 2</p><p>АРАБСКИЙ ХАЛИФАТ</p>

Надо сказать, что история написана неравномерно. И известна тоже неравномерно. Одни части лучше, другие — хуже. Поскольку нашей задачей является не обозрение всеобщей истории, а установление правильности того аспекта, с которого мы обозреваем историю, то надо выделить наиболее репрезентативные ее эпохи, эпохи, которые более наглядно, подробно изучены, более полны и имеют свои начала и концы.

Для этого, пожалуй, самое подходящее — это история Аравийского полуострова перед созданием религии ислама, объединившей целый ряд кочевников, там живших.

Перейти на страницу:

Похожие книги