Читаем Стриптиз полностью

Их видели уходящими в сторону Круазетт. Мари-Лу вернулась в семь часов утра, и так как у нее не было ключа, ей долго пришлось стучать в дверь, ожидая, пока услышит и проснется Селита.

— Прости меня, подружка. Представь себе, он поставил будильник на шесть часов, не предупредив меня, и заявил, что сделал это для того, чтобы я ушла, не привлекая внимания служащих отеля. Он живет в «Карлтоне», занимает большие апартаменты с салоном. Я запомнила номер — триста первый. Мы туда не входили вместе. Опасаясь портье, он мне сказал: «Через десять минут вы подниметесь в триста первый номер и ничего не спрашивайте». Он воображал, что я буду ожидать, бродя взад-вперед по улице. Естественно, что все это время я болтала с Луи — ночным портье.

И с тех пор комедия разыгрывалась каждый месяц. Швейцарцу не приходило в голову переменить партнершу. Он терпеть не мог никаких неожиданностей, ничего, что может усложнить жизнь, и хотел, чтобы все шло по раз заведенному порядку.

Из-за его присутствия Селита чуть было снова не изменила свои планы, ибо при мысли о том, что ей придется возвращаться сегодня одной, девушке стало не по себе. Без денег она не могла покинуть Канн, но ничто не мешало ей перестать цепляться за Леона и заинтересоваться каким-нибудь другим мужчиной.

Совершенно кстати оказался снова здесь человек в твидовом сером костюме, сидящий на том же месте, что и накануне, со своим обычным спокойным видом и с раздражающей ее улыбочкой. Она была убеждена, что он приходит сюда ради нее, она явно его заинтересовала. Присутствовал ли он во время этой сцены с туфлей?

А почему бы ей не начать именно с ним все сначала?

Она наклонилась к Людо, который только что налил ей виски.

— Ты знаешь, кто это?

Он посмотрел в указанном направлении и покачал головой.

— Я тоже задавал себе этот вопрос. Он явно не из Канна, но не иностранец, а француз. У него большая машина с откидным верхом. На прошлой неделе, когда я подрабатывал в яхт-клубе, он был там среди сливок общества.

Мужчина угадал, что говорили о нем и им интересовались. Театральным жестом он вынул из своего бумажника с золотой монограммой визитную карточку и попросил бармена передать ее Селите.

Та прочитала:

«Граф Анри де Деспьерр».

Было указано два адреса, один в левой стороне, другой в правой. Первый гласил: «Замок де Деспьерр в департаменте Йериго», а второй — 23, улица Франциска I, Париж».

Она направилась к нему, вернула визитную карточку и сказала очень холодно:

— Спасибо.

— Позвольте вам предложить выпить.

— Не сейчас. Я только что выпила виски, а еще раньше шампанское. К тому же скоро мне нужно идти готовиться к выступлению.

— Я знаю расписание.

Она заметила, что Леон со своего места у входа наблюдает за ними, и у нее еще раз возникло желание все бросить и начать заново.

— Вы еще долго пробудете в Канне?

— До того момента, пока моя супруга не обнаружит, что ей тут надоело.

Она заметила обручальное кольцо на его пальце, а также перстень, на печати которого был выгравирован, как она теперь понимала, герб его рода.

— Вы разочарованы? — поинтересовался он.

— Почему?

— Вы могли бы питать разные иллюзии. Ведь когда плохи дела с одним, возникает естественное желание попытать счастья с другим.

— Что вы хотите сказать?

Он ничего не ответил, только посмотрел в сторону хозяина.

— Кто вам об этом рассказал? — спросила она.

— Никто. Просто у меня есть глаза. Вы странная девушка, Селита.

Имя ее он прочел, конечно, на витрине, где висят фотографии, но как бы то ни было, она чувствовала себя смущенной.

— Ваши подруги уже там, наверху. Я полагаю, вам пора одеваться. Что вы сегодня танцуете? Французский канкан?

У него был такой вид, будто он немного смеется над ней, мило поддразнивает на манер старшего брата, а ее это раздражало. Поджав губы, она покинула его, не говоря ни слова, и поднялась в артистическую.

Начинались выступления. Кетти уже выходила на площадку. Мари-Лу кончила натягивать колготки из черной сетки и, немного поколебавшись, ибо она дала слово не разговаривать с Селитой, прошептала:

— Сегодня вечером я…

— Знаю, я его видела…

Мари-Лу не была создана для сложных ситуаций, а деля жилище с Селитой, оказалась в более трудном положении, чем остальные.

— Ты знаешь, это не я…

— Не тревожься из-за меня!

— И Мадо тоже не хотела. И все-таки.

— А!

— Уверяю тебя. Она чувствует себя потерянной здесь, в новой для нее среде, и она уцепилась за Наташу, или, точнее говоря, Наташа взяла ее в свои руки, а малышка не осмеливается…

Снизу донесся голос мадам Флоранс:

— Мари-Лу!

— Иду, мадам!

Она одернула свое платье из черного атласа, посмотрелась последний раз в зеркало и бросилась на лестницу. Селита, в панталонах с оборками и в бюстгальтере, надевала чулки, когда в свою очередь прибыли Наташа и Мадо.

Через фрамугу она видела, как они шли по служебному помещению, ей удалось уловить жест Наташи, которая подтолкнула новенькую к лестнице, ибо та явно не решалась.

Они обе знали, что она одна находится наверху. Неужели Мадо вообразила, что Селита ей сейчас закатит сцену или выцарапает глаза, как кошка?

Перейти на страницу:

Похожие книги