Читаем Страх — это ключ полностью

Долго ждать не пришлось. Через минуту я услышал в коридоре быстрые шаги, кто-то с резко выраженным и явно американским акцентом сказал «Извини, Мак», а затем донесся звук тяжелого удара, который заставил меня вздрогнуть. В замке повернулся ключ, дверь открылась, и я помог втащить в комнату тяжелую ношу.

Ройал был в полной отключке. Пока я тащил его, фигура в дождевике закрывала дверь на замок. Затем фигура начала освобождаться от зюйдвестки, пальто и сапог, и оказавшаяся под одеждой темно-бордовая униформа была, как всегда, безукоризненной.

— Неплохо, — прошептал я. — Этот американский акцент обманул бы и меня.

— И Ройала он обманул. — Кеннеди наклонился и посмотрел на синяк, который уже появился на виске Ройала. — Кажется, я стукнул его слишком сильно. — Это заботило его столь же сильно, как заботило бы меня, раздави я тарантула. — Ничего, выживет.

— Выживет. Ты, похоже, долго ждал этого момента и получил удовольствие. — Я сбросил пальто и старался как можно скорее влезть в штормовку. — Все готово? Ты все доставил в мастерскую?

— Послушай, Толбот, — с укоризной сказал Кеннеди, — у меня было целых три часа.

— Ну извини. А если этот друг начнет приходить в себя?

— Я снова слегка стукну его, — мечтательно ответил Кеннеди.

Усмехнувшись, я вышел. Я не знал, на сколько генералу удастся задержать Вайленда, но подозревал, что ненадолго — Вайленд спешил.

Возможно, я сделал себе же хуже, сказав, что правительственные агенты ждут лишь малейшего улучшения погоды, чтобы добраться сюда и расспросить генерала, но Вайленд наставил на меня пистолет и грозился пристрелить, и я был вынужден схватиться за соломинку.

Направление шквалистого ветра изменилось, и мне пришлось идти против ветра. Теперь он дул с севера, и я понял, что ураган прошел севернее и направился к Тампа. Через несколько часов ветер поутихнет, а море немного успокоится. Но сейчас-то ветер был очень сильным, и, отворачиваясь от него, я шел почти спиной вперед. Мне показалось, что впереди кто-то пробирается, держась за спасательный леер, но я не стал присматриваться.

Время осмотрительности и тщательного разведывания подстерегающей меня опасности прошло — настало время действовать по принципу «пан или пропал».

Перебравшись на другую сторону, я быстро пошел по коридору, в котором несколько часов назад мне удалось переброситься парой слов с Кеннеди, но повернул направо, а не налево, как тогда, остановился, чтобы сориентироваться, и поспешил к широкому трапу, который, по словам Мери, вел на буровую палубу. Навстречу мне попалось несколько человек, но я шел как ни в чем не бывало. Дверь в одну из комнат была открыта — и я увидел сквозь табачный дым, что там полно народу. Явно все работы на буровой и верхней палубах были прекращены, но буровиков это не волновало — их десятидневная вахта оплачивалась с момента отъезда на буровую до возвращения на берег; меня это тоже не волновало — я направлялся именно на рабочую палубу, и прекращение работ лишь облегчало мою задачу.

Повернув за угол, я наткнулся на двух мужчин, которые, казалось, весьма горячо спорили о чем-то. Это были Вайленд и генерал. Вайленд прервал свою речь, чтобы посмотреть на меня, когда я, извинившись за толчок, пошел по коридору дальше. Уверен, что он не мог опознать меня почти на глаза натянул я зюйдвестку, поднял высокий воротник, но лучшей маскировкой стало то, что я перестал хромать. Однако, несмотря на все это, я прямо-таки спиной ощущал его буравящий взгляд, пока не свернул за угол.

Я не знал, шел ли мне на пользу этот явный спор между генералом и Вайлендом. Если генералу удалось заинтересовать Вайленда каким-либо спорным вопросом, имеющим жизненное значение для них обоих, то это шло мне на пользу; если же Вайленд спорил о чем-то, что считал ненужной задержкой, то все могло обернуться очень плохо. Если он окажется на той стороне платформы раньше меня, то последствий я даже представить себе не мог. А посему не стал думать о последствиях, а бросился бежать, не обращая внимания на редких встречных, не понимавших причины такой бешеной активности в этот хорошо оплачиваемый выходной, добежал до трапа и бросился наверх, прыгая через две ступеньки.

Мери в пластиковом дождевике с капюшоном ждала меня наверху перед закрытыми дверями. Она отшатнулась, когда я внезапно появился перед ней.

На мгновение я опустил воротник, чтобы она могла узнать меня.

— Вы?! Она внимательно посмотрела на меня. — Ваша нога... Куда делась ваша хромота?

— Я никогда не хромал. Просто колоритная деталь.

Этого оказалось достаточно, чтобы отбросить меня в сторону. В следующее мгновение мы катались по полу, нанося друг другу удары руками и ногами, царапаясь и пытаясь выколоть друг другу глаза.

Тяжелая штормовка сковывала мои движения, и хотя она несколько ослабляла его удары, но и мои удары делала слабыми. Он очень стремился превратить радиостанцию в груду обломков, мне же этого совершенно не хотелось — от нее зависело буквально все. Мы возились у стойки, и одна ножка стойки уже едва держалась.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авантюра
Авантюра

Она легко шагала по коридорам управления, на ходу читая последние новости и едва ли реагируя на приветствия. Длинные прямые черные волосы доходили до края коротких кожаных шортиков, до них же не доходили филигранно порванные чулки в пошлую черную сетку, как не касался последних короткий, едва прикрывающий грудь вульгарный латексный алый топ. Но подобный наряд ничуть не смущал самого капитана Сейли Эринс, как не мешала ее свободной походке и пятнадцати сантиметровая шпилька на дизайнерских босоножках. Впрочем, нет, как раз босоножки помешали и значительно, именно поэтому Сейли была вынуждена читать о «Самом громком аресте столетия!», «Неудержимой службе разведки!» и «Наглом плевке в лицо преступной общественности».  «Шеф уроет», - мрачно подумала она, входя в лифт, и не глядя, нажимая кнопку верхнего этажа.

Дональд Уэстлейк , Елена Звездная , Чезаре Павезе

Крутой детектив / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Самиздат, сетевая литература / Любовно-фантастические романы / Романы