Читаем Слабак, или Месяц после смерти полностью

- Поттер, ты рано. Я не успел подготовиться к твоему приходу - видишь, фейерверки не распакованы, и цветы на ковровую дорожку посыпать не успели, и… мнямпф!

- …

- Не то чтобы мне не нравился такой способ приветствия, но всё-таки… что-то случилось, Гарри?

- Драко, давай пользоваться тем, что мы живы, а?

- Ничего не имею против. Когда начнём? Отдышаться после поцелуев дашь, или сразу примемся кутить? Достать огневиски? Или по девочкам?

- Для начала сотвори со мной что-нибудь… ужасно непристойное, м-м? А потом мы откроем бутылку того вина, которое ты предлагал вчера, и молча выпьем по бокалу, хорошо?

- По одному?

- Угу. Напиваться не входит в мои планы. Затем мы поужинаем и будем делать вид, как будто так было и будет всегда, ладно? Как будто в мире больше нет никого, только ты и я…

- Знаешь, раз теперь у меня есть палочка, я даже могу попробовать расширить комнату и сотворить фальшивый камин. Хочешь провести вечер у камина?

- Очень! Только… как понять фальшивый? Электрический?

- На твоём лице написано такое отвращение, что я даже не буду спрашивать, чем тебе насолил электрический камин… Нет, фальшивый он потому, что к каминной сети не подсоединён. Огонь в нём разжечь можно, а вот переместиться - фиг.

- А кресло будет? Одно на двоих?

- Я попробую.

- Сделай его пошире - вдруг нам захочется в нём не только посидеть, но и…

- …полежать? А месье знает толк в извращениях. Только в ванную я с тобой больше ни ногой. Слишком тесно и скользко. Похоже, там можно только мыться. У меня теперь полно синяков.

- Во время процесса ты не жаловался. И сам только что напомнил - есть увеличительные чары.

- Не рискну их использовать на маггловской технике, которая там понастроена - ещё поломается, тогда вообще вода литься перестанет. И мне придётся, как коту, мыться собственной слюной.

- А хорьки разве себя не вылизывают?

- Не знаю, не интересовался. Но могу попробовать.

- …Драко, так как насчёт непристойного? По-моему, мы слишком много говорим для людей, собирающихся заняться кое-чем поувлекательнее.

- Ладно, уговорил, начну пробовать с тебя.

- Что именно?

- Практиковаться в вылизывании.

- Звучит… интересно.

- Весь в твоём распоряжении, Гарри. Но для чего-нибудь по-настоящему возбуждающего на тебе чересчур много одежды. Иди сюда, будем срочно исправлять ситуацию…

25 МАЯ 1998 ГОДА, ПОНЕДЕЛЬНИК

- Всё-таки мне самое место в Святого Мунго.

- И тебя с добрым утром, Драко. С чего бы такие мрачные мысли?

- Да вот проснулся, гляжу на тебя и думаю, насколько же это ненормально - вторые сутки подряд (Гарри, ты только вдумайся!) иметь полную возможность брать тебя за яй… в общем, за любые места, причём не в переносном смысле.

- А пялиться на меня, пока я сплю - нормально?

- Между прочим, неприлично подглядывать! Дал бы знать, что проснулся.

- Вот ещё! И потерять возможность полюбоваться твоей умильной гримасой?

- Поттер! Я вовсе не умилялся!.. Ну, может, совсем чуть-чуть… ты такой взъерошенный со сна… Нет, правда - пора в Мунго.

- А как же насчёт взять меня за разные места? Чтобы попасть в колдопсихиатрию, нужно нечто более существенное, чем взгляды!.. Ах!

- И как, по твоим ощущениям, я продвигаюсь в существенном?

- Не… неплохо, и даже… очень неплохо… Ох, Драко, а там?..

- Сейчас будет тебе и там, сексуальный вымогатель. Дорвался до плотских удовольствий, да?

- М-м-м… можно подумать, тебе оно… ох… не нравится. До импотенции нам обоим очень… ах… далеко. О-о-о! Перестань дразнить и приступай к делу по-настоящему!.. Хотя стой! Сейчас мы… подожди, надо только повернуться, ага…

- Крюкорог тебя забодай, ты чего творишь?

- Я читал, есть такая поза… сейчас, сейчас… Вот! Теперь мы можем… м-м-м… одновременно… м-м-м…

- Ох!.. Даже и не представлял, что ты интересовался подобной… ах… литературой. Но ты, пожалуйста, продолжа-ай!..

- Читать?

- Действовать!!!

* * *

- Надо не забыть вычеркнуть из рождественского списка желаний «одновременный оргазм с Гарри Поттером». Чего Санту напрягать, коли сам справляюсь.

- Мне тоже пора в Святого Мунго.

- А тебе по какой причине?

- За извращения. Сам посуди: получать удовольствие от твоих язвительных реплик - это надо качественно умом двинуться!

- Тут ты не прав. Удовольствие ты, конечно, получил, и именно от моего колючего языка, но в другом… э-э-э… контексте. А сейчас у тебя просто посторгазменное благодушие и примирение со всем миром, включая меня.

- Драко… ты правда изменился. Вернее нет, может, не ты изменился, а твоё отношение ко мне. Почему? Что я такого сделал?

- …

- Драко? Ты… ты побледнел, и морщинка опять… Малфой!

- Ты умер, Гарри.

- Ну да, я… да. И что?

- Ты не понимаешь.

- Объясни, и я постараюсь.

- Не могу. По крайней мере, сейчас - не могу. Может быть, как-нибудь позже.

- Учти - я не забуду… Слушай, как насчёт завтрака? Я могу даже сам приготовить.

- Потрясающе! Гарри Поттер в роли моего домовика. Не забудь надеть кружевной фартучек на свои обнажённые телеса, и это станет моим самым любимым эротическим воспоминанием.

- Фартучек - можно, но, извини, обнажёнку обеспечить отказываюсь. Я обещал твоему отцу вести себя прилично.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное