Читаем Семь дней страсти полностью

— Я знаю, что это звучит глупо, — у гостя порозовела кожа, — но деревенские так рассказывают. Говорят, здесь появляется женщина и скитается по вашим коридорам.

— Женщина?

Камбертсон поднял глаза, но Ланкастер не увидел в них подозрения, которое ожидал там увидеть. Наоборот, его налитые кровью глаза до краев были наполнены покорностью.

— Некоторые говорят, что видели ее гуляющей по скалам. Там, где она умерла.

Николас не знал, что сказать. Если Синтию видели, то легенда о привидении была бы только на руку.

— Новые служанки, нанятые миссис Пелл, действительно испугались и сбежали. Я, признаюсь, и сам слышал здесь какой-то подозрительный шум.

— Значит, это правда? Это Синтия?

— Ну… Я думаю, что это вполне возможно.

— Да. Она покончила с собой и осуждена на вечные муки. — Камбертсон смял шляпу в руках и стал ходить по комнате. — Я уверен, она во всем винит меня.

Ланкастер беспокойно огляделся вокруг. Он не станет заставлять Синтию припудривать лицо мукой, нахлобучивать налицо капюшон и принимать внешность привидения, только чтобы извести отчима.

— Миссис Камбертсон не вернется домой, — пробормотал отчим Синтии. — Она тоже винит меня, я даже не сомневаюсь. Но я не знал. Я, конечно, слышал слухи, но… это не имеет никакого значения. Теперь еще человек Ричмонда околачивается рядом…

— Его слуга? — Ник насторожился. — Кого вы имеете в виду?

— Это Брэм, — нетерпеливо махнул рукой Камбертсон. — Ричмонд называет его секретарем, но он совершенно не похож на секретарей, которых я когда-либо встречал. Всегда просто маячит где-то поблизости, молчит и наблюдает. Он и похож на Ричмонда, только на двадцать лет моложе, понимаете?

Нет, Николас совсем не понимал его.

— Этот человек был здесь? Недавно?

— Прошлым вечером он приходил к Оук-Холлу. Сказал, что Ричмонд хочет знать, когда вернется домой моя дочка-красавица.

— Но она умерла.

Страх, как молния, пронзил сердце Ланкастера.

— Речь идет о моей маленькой Мэри, — покачал головой Камбертсон. — Этот бессердечный негодяй не дал нам даже месяца, чтобы погоревать и опомниться от случившегося.

Нуда, конечно, малышка Мэри, вспомнил Ланкастер.

— Этот Брэм когда-нибудь встречался с Синтией?

— Ну, конечно, встречался, — сердито ответил Камбертсон.

Проклятие. Если он увидит девушку, то случится беда.

— Я слышал, она напала на вас, пока вы спали.

— Гм… Что, простите?

— Ну, привидение. Я слышал, оно набросилось на вас. Это случилось в полночь?

— Э-э… Думаю, да. Должно быть, так.

Камбертсон что-то проворчал в задумчивости, потом быстро осмотрелся вокруг, остановившись на каждом уголке комнаты, и направился к двери.

— Может, вы передадите ей, что я ее простил? Мне бы не хотелось, чтобы она пришла в Оук-Холл.

— Вы ее простили? Хорошо, я передам ей это, как только в следующий раз она появится у моей кровати.

— Ну да. — Камбертсон помял в руках шляпу, прежде чем надеть ее на голову. — Вы смелее меня. До свидания.

Когда входная дверь закрылась, на пороге появилась Синтия с красным от гнева лицом.

— Он простил меня?

— Кто такой этот Брэм? — потер подбородок Ник.

Синтия прекратила нервно расхаживать по комнате и обхватила себя за плечи.

— Ты же слышал, что сказал отчим. Это человек Ричмонда.

— Что он делает для Ричмонда?

Ланкастер не мог сказать, что последние годы пристально наблюдал за Ричмондом, но он никогда ничего не слышал о его компаньоне.

— Я не знаю.

— Твой отчим предположил, что он может быть сыном Ричмонда.

— Может быть. Они очень похожи.

Хмурое лицо Синтии отвлекло внимание Ланкастера от этой загадки. Ему не понравилось, как она поежилась и потерла руками плечи.

— Почему ты так нервничаешь, когда говоришь о нем?

— Я ни о ком из них не хочу говорить!

Ник, конечно, мог это понять. Особенно когда Синтия коснулась рукой рта. Он еще раньше заметил у нее шрам на губе. Бледно-розовая зазубренная полоска пересекала губу как напоминание о свежей боли.

Ланкастер прошел через комнату и кончиками пальцев дотронулся до Синтии. Из ее глаз пропала некая отстраненность, она убрала руку от губ и отступила назад. Он шагнул за ней.

Когда Синтия прижалась к стене, он провел пальцами по ее щеке и едва коснулся шрама.

— Это он тебе сделал, да?

Синтия ничего не стала отвечать. Ее глаза были полны печали и разочарования.

— Ричмонд или его человек?

Она вздохнула, и Ланкастер почувствовал тепло ее дыхания на своей коже.

— Ричмонд, — прошептала Синтия. — Брэм никогда не прикасался ко мне.

— Но Ричмонд прикасался?

Слепая ярость обожгла его грудь, явившись абсолютным дополнением к той страсти, которую она в нем разжигала.

— Прости, — выдохнул Ник.

Она покачала головой, и что-то внутри его сломалось. Он не хотел знать ответ, но все равно задал этот вопрос:

— Что он сделал, Син?

— Он просто… Я разозлила его. И он хотел напугать меня, я думаю, а я не испугалась, и стало еще хуже.

Каждое ее слово словно пламенем обжигало кожу Ланкастера. Да, Ричмонду нравилось вселять страх во всех вокруг.

Перейти на страницу:

Похожие книги