Читаем Седой полностью

– Я так и понял, хе-хе… – задребезжал смешочком Профессор. – Как у вас все ладится – Профессора побоку. Случилось что, скулеж поднимаете – дай совет. А я человек добрый, не могу отказать. Отмазались благодаря мне, все довольны, все смеются, а Профессору что? Дырка от бублика. Показываете то место, где рукав пришивается.

– Не трепись попусту, у меня ты обижен не был. И сейчас я тебя в долю возьму, если толковый совет дашь.

– Заметано. Выкладывай…

Прихлебывая мелкими глотками круто заваренный чай, Профессор слушал, не перебивая, что рассказывал ему Крапленый.

Допив чашку, он осторожно поставил ее на стол, пожевал сухими бескровными губами, прикрыл веками выцветшие от старости голубовато-серые глазки, задумался. Никто ему не мешал, в комнате было тихо, как в склепе.

Зуб было потянулся за сигаретами, но так и не вынул руку из кармана, таращил остановившиеся глаза на Профессора.

Неожиданно старик встрепенулся и с хищным прищуром, как-то не вязавшимся с его добродушным обликом, коротко бросил:

– Свои тут поработали, Крапленый, свои.

– Но кто, кто!?

– Не ори! – повысил голос Профессор. – Я не глухой. Ты и так уже фуфлом торганул[17], время упустил. Думать теперь нужно, много думать. Главное, менты на хвост не упали. Это хорошо. А со своими мы разберемся, это я тебе говорю.

– Узнаю кто, на кусочки порежу!

Крапленый запенился от злобы и вскочил на ноги.

– Сядь, бешеный… – тихо и устало сказал Профессор. – Поговорим спокойно. Есть у меня план.

Слушай…

Крапленый выразительно посмотрел на Маркизу. Та понимающе кивнула и повиляла крутыми бедрами в соседнюю комнату. Впечатлительный Зуб, с вожделением глядя ей вслед, тихо крякнул и завистливо покосился на Крапленого: везуха прет человеку, такие пенки снимает.

Все сгрудились вокруг Профессора…

<p>Глава 9. ПЕРВЫЙ СЛЕД</p>

Было уже около десяти часов вечера, когда капитан Тесленко вошел в подъезд своего дома. К груди он бережно прижимал папку, где лежал лоскут ткани. Нитки от такой же импортной тряпки были найдены на скамейке в сторожке ограбленного магазина. Впрочем, ткань про себя называл тряпкой только Тесленко, со зла, – он сбился с ног, разыскивая ее, насколько редкой и дефицитной она оказалась.

Помог случай – сотрудники таможни конфисковали «левый» товар у одного «труженика Востока» – пятитонный контейнер, сплошь забитый заграничной мануфактурой. Там и нашлась разыскиваемая капитаном ткань.

Экспертам пришлось здорово потрудиться, чтобы по обрывкам ниток установить цвет и фактуру ткани со сторожки и ее идентичность конфискованному образцу. И теперь капитан, отчаявшись в бесплодных поисках одежды, крохотный клочок из которой выдрал гвоздь, решил с помощью хитро задуманной «операции» привлечь к расследованию свою жену Антонину.

– …Господи, ну почему, почему я вышла за тебя замуж? У всех моих подруг мужья после работы сразу домой, а ты хотя бы к полуночи являлся. А зарплата? Кот наплакал, едва концы с концами сводим.

– Ну да… – с обреченным видом кивал Тесленко, изображая отсутствие аппетита после нахлобучки.

А у самого слюнки текли при виде остывающей миски с наваристым украинским борщом.

– Чего это ты сегодня такой смирный? – с подозрением спросила жена, остановив на полуслове свои упражнения в риторике.

– Что ты сказала? – вскинулся от неожиданности Тесленко.

По своему обыкновению, он пропускал слова жены мимо ушей. Его мысли в данный момент занимала тайна кастрюли, которая стояла на плите. Он гадал, что в ней может быть; хорошо бы его любимы куриные котлеты…

– Ты опять меня не слушаешь!? Ну, негодяй…

– Слушал! Ей-ей. Ну, в общем, это… То есть… – Он смешался и запутался в мыслях. – Антошка, прости подлеца. Совсем я замаялся. Виноват, каюсь, такая работа.

– Так, так…

Антонина, подбоченясь, подошла вплотную.

– Брехло, соленые уши. Я тебя насквозь вижу. Сколько лет я с тобой мучаюсь? Десять. И ты меня хочешь обмануть? Ну-ка, выкладывай, что надумал.

– Сыщик… – ухмыльнулся в ответ Тесленко, теплым взглядом окинув жену с ног до головы.

Была Антонина до сих пор стройна, черноволоса, легка на подъем. Поженились они поздно, и так уж получилось, что детей у них не было. И пара видная – смуглянка Антонина и он, косая сажень в плечах, русокудрый, румяный, до сих пор девки молодые заглядываются, а не дал Господь, не дал…

– Ладно, – сдался Тесленко и, не дав опомниться, обнял жену и поцеловал. – И за что я тебя люблю, такую язву, ума не приложу.

– Отстань, трепло… – для виду начала сопротивляться Антонина. – Ешь, блудный муж. Прощаю… но в последний раз.

«Две тысячи первое и последнее китайское предупреждение…» – едва не ляпнул повеселевший Тесленко. Но вовремя сдержался и быстренько принялся орудовать ложкой.

– Так что там у тебя? – требовательно спросила жена, усевшись напротив.

– Антошка, нужна твоя помощь, – решив отставить всякую дипломатию, ответил капитан. – Там у меня в папке ткань, импортная и, между прочим, очень редкая и дорогая. Нужно узнать, кто в городе носит одежду из этой ткани – костюм или, возможно, платье.

– И это все?

Перейти на страницу:

Похожие книги