Читаем Сборник ВРЕМЯ ЗАДАВАТЬ ВОПРОСЫ полностью

Задуматься среди потех.

Конечно же, и так всё ясно,

И слышится на все лады:

Смысл жизни – это так прекрасно –

Быть неизменно молодым!

Нас наша молодость прельщает

Переизбытком дерзких сил,

Которые наобещают

Всего, чего ни попроси.

Мы все всегда – всё те же дети,

Таим капризности черты,

Ведь более всего на свете

Мы верим в детские мечты:

Что будем сильными, большими,

Умней, удачливее всех,

И будет всё, как мы решили,

Без раздражающих помех.

И мы влюбляемся в возможность

Всё наилучшее иметь

И отвергаем осторожность

Чего-нибудь не сметь хотеть.

Ох, это головокруженье

От самого себя любви,

И это воли напряженье

Стать много больше, чем людьми!

За право грезить без предела

Себя мы в рабство отдаём –

Погоней за бессмертьем тела

Мы в душу вечную плюём.

Но будет, будет отрезвленье!

И мы, мечтаньям вопреки,

Перерождаемся прозреньем –

Как мы от правды далеки:

Как часто оскорбляем душу

Наивной, вязкой суетой,

И время не находим слушать

Закон, премудрый и простой.

И круг вопросами замкнётся,

И сын поймёт Закон Отца,

И с ним уже не разминётся –

Ведь той дороги нет конца…

В чём сын Отца не понимает?

Неужто в том, что прав Отец,

Когда ему предоставляет

Свободы царственный венец?

САМОЕ ТЯЖЁЛОЕ – ПОВЕРИТЬ…

Самое тяжёлое – поверить,

Что ещё нужны твои стихи,

Что в них кто-то обнаружит двери

В мир, где слёзы совести легки.

Если плачет совесть – это счастье

От познанья самого себя,

А не беспросветное ненастье,

Раздражающее всех и вся.

Слёзы совести всегда обильны,

Им в душе конца и края нет.

Ложь и гнев становятся бессильны,

Покаянный получив ответ.

И душа очистится слезами,

Не давая слова нам сказать.

Оттого научимся мы сами

Всё, что совершилось, понимать.

СПОРЫ

В множестве споров не сразу познаешь

Истину, что образумит тебя:

В спорах с собой ты себя обретаешь,

В спорах иных распыляешь себя.

ГОНЦЫ И ГОНИТЕЛИ

Мы поголовно все в раздорах,

Хоть и талдычим об одном,

Погрязнув в непутёвых спорах

О чём-то в принципе простом.

Мы делим истину на части,

Чтоб свой кусочек правды взять,

И ей присущей силой власти

Себя гонцом её назвать.

И каждый так себя объявит,

Подняв трезвон во все концы,

Но истина свой счёт предъявит:

Гонители мы – не гонцы.

И в ней, и в нас – в единстве сила.

А распря, разнобесья знак,

Витиевато и красиво

Всех тянет нас в безумья мрак.

И БУДЕТ ХАОС, ПЕРЕМНОЖЕННЫЙ НА ХАОС

Из хаоса сама собой родится красота –

Как в эту глупость уверения возможны?

Встречается, конечно, и святая простота,

Но будем, всё ж, в своих оценках осторожны.

Ведь зачастую в глупость маскируется обман,

Стремящийся потешить отрицателя гармоний,

Который неустанно прививает скепсис нам,

Чтоб разуверились мы в мир потусторонний.

Вообрази: что есть – без Созидающего мир?

Да попросту набор шаров, крутящихся в пространстве.

И если жёстких предписаний им не даст арбитр,

Крутиться будут в собственных желаний рабстве.

И будет хаос, перемноженный на хаос,

Где каждый сам себе наметит цель и путь,

Отдав другим лишь то, ненужным что осталось,

Надеясь, что устроится всё как-нибудь.

ЗЛОБНЫЕ КАРЛИКИ

Злобные карлики,

Жуткие вралики,

Видят вокруг лишь врагов.

Стать великанами,

Пусть и обманами –

Менталитет их таков.

Зубы попорчены,

Но вновь заточены,

Чтобы кусаться больней.

Песни приятные,

Но непонятные,

Кажутся правды милей.

Предубеждения,

Жажда отмщения –

Их зажигательный гимн.

В них нет сомнения

Жить своим мнением –

Мол, все обязаны им.

Вам не понравится,

Это не здравица,

То, что скажу я сейчас.

Злобные карлики,

Пошлые смайлики –

Это про вас и про нас.

НАБАТ

Вы войну ещё какую ждёте?

Да уже вовсю идёт война!

Или вы без пушек не поймёте,

Что вот здесь, сейчас, средь нас она?

Что война идёт за наши души,

За любовь в них, радость и покой.

Что врагу покой души не нужен,

Да и ум не нужен никакой.

Враг стремится в нас посеять злобу,

Чтоб цвела раскидистым кустом.

Чтобы мы, чуть что, хватали обух,

Как проворный зомби-костолом.

Чтоб с душою вместе мы не пели,

Искренне свет жизни возлюбя.

Чтобы мы себя убить хотели,

Ненавидя мир вокруг себя.

Бить в набат – обязанность иль удаль?

Ведь кто бьёт, рискует битым быть:

У набата есть синоним «взбуда»,

А так хочется про всё забыть!

Враг наш вечный хитростью обилен,

Но мы вспомним праведный завет:

«Злобный враг силён, да не всесилен.

И любви сильнее силы нет!»

НУ-КА, ВСПОМНИМ ПРО УПОРЫ

Ну-ка, вспомним про упоры,

А то сели нам на пятки

Эти вёрткие ребятки,

Говорливой ушлой сворой

Взявшиеся портить жизнь.

Дурака мы не сваляем,

Так как чётко представляем

Всё коварство толеранства,

Равноправия и братства,

Знаемых неплохо вблизь.

Пусть кривят свои усмешки

Безупречные снаружи,

Прожужжавшие всем уши

Воли злой простые пешки –

В наши души им не влезть!

Ведь они трусливей мыши:

Кто свой голос сам не слышит,

За себя уже боится,

Так как может очутиться

От своих познавшим месть.

Им всегда толпой комфортно

На пределе красноречья,

Прикрывающем увечье

Всех людей делить по-сортно,

Клеветать и ворожить.

А простая честность-правда

Им нелепая шарада –

Не способна бездуховность

Осознать души способность

Истиной-любовью жить.

Вот упор наш – русским словом,

Умным, добрым, полнозвучным,

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых харьковчан
100 знаменитых харьковчан

Дмитрий Багалей и Александр Ахиезер, Николай Барабашов и Василий Каразин, Клавдия Шульженко и Ирина Бугримова, Людмила Гурченко и Любовь Малая, Владимир Крайнев и Антон Макаренко… Что объединяет этих людей — столь разных по роду деятельности, живущих в разные годы и в разных городах? Один факт — они так или иначе связаны с Харьковом.Выстраивать героев этой книги по принципу «кто знаменитее» — просто абсурдно. Главное — они любили и любят свой город и прославили его своими делами. Надеемся, что эти сто биографий помогут читателю почувствовать ритм жизни этого города, узнать больше о его истории, просто понять его. Тем более что в книгу вошли и очерки о харьковчанах, имена которых сейчас на слуху у всех горожан, — об Арсене Авакове, Владимире Шумилкине, Александре Фельдмане. Эти люди создают сегодняшнюю историю Харькова.Как знать, возможно, прочитав эту книгу, кто-то испытает чувство гордости за своих знаменитых земляков и посмотрит на Харьков другими глазами.

Владислав Леонидович Карнацевич

Неотсортированное / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии