Успешный бизнесмен Кирилл Бойцов встретил Катерину Воронцову благодаря странному совпадению, и между ними мгновенно возникло притяжение. Но слишком уж много было преград для простого человеческого счастья. Катерина старательно гнала от себя мысли об эффектном и обаятельном соседе. А недоверчивый Кирилл не торопился впустить в уютный, созданный на троих с дочерью и сыном мирок очаровательную, но гордую незнакомку. Он не учел только, что однажды помощь Катерины может оказаться необходимой…
Современные любовные романы18+
Выслушав Сонино сбивчивое и торопливое объяснение по телефону, он так и не понял, что именно произошло.
Уж как не понять!
Если Валентина в панике, значит, случилось нечто выдающееся! Сильно выдающееся из всяких рядов!
Чертыхнувшись про себя, он отложил неизменно важные дела, задвинул совещание и поехал разбираться с происшествием, ввергшим боевую домработницу в панику.
Кирилл осторожно, не производя шума, поставил портфель у двери, освобождая на всякое непредвиденное развитие событий руки, мимолетно пожалел рубашку и запонки, тут же ругнул себя за неожиданное жлобство, открыл дверь пошире, морально готовясь увидеть любую ситуацию, и неслышно шагнул через порог.
Ну, к данной ситуации он не мог бы себя подготовить – ни морально, никак, поскольку, для начала, ее надо было бы предположить, а сие стремительно приближалось к популярной некогда программе «Очевидное–невероятное».
По коридору, согнувшись пополам, пятилась прямехонько на него женщина. Правда, всей женщины, как таковой, видно не было, зато на Кирилла Степановича отчетливо надвигался женский задик, снабженный офигенно длинными ножками с изумительными точеными лодыжками.
Обладательница всей этой красоты сноровисто собирала тряпкой воду с темного элитного итальянского паркета, резкими движениями выжимала в стоящий рядом с ее правой ногой таз, шлепала орудие производства на пол, сдвигалась еще на один шаг к входной двери, то есть к Кириллу, подтягивала за собой таз, попутно отчитывая заходившуюся в припадке псину.
Мотя, носящая величавое полное имя Матильда, являлась наихилейшим йоркширом – мелкая, даже для этой карманной породы, в проплешинах на тельце, категорически не зараставших шерстью, невзирая ни на какое лечение, впустую потраченные на него дорогущие препараты и Сонькино терпение вкупе с любовью. Собственно, Соня и притащила домой это несчастье, найдя псину на помойке возле школы.
– Животное, заткнулось бы ты! – не отрываясь от основного занятия, говорила Моте незнакомка. – Тебя даже собакой назвать нельзя, так, чих природы! Божья ошибка и недогляд! Да еще одарил же он тебя премерзейшим лаем, а! Если ты хозяев такими вот звуками потчуешь, то большой вопрос, как тебя за это до сих пор не удавили. Хотя, судя по твоему задрипанному виду, попытки предпринимались. Ты бы призадумалась, огрызок!
Но нынче Матильда была в ударе. А выносить издаваемые ею звуки никакое человеческое терпение не способно. Но Кирилл поймал себя на том, что не прекращает «арию», отдав команду, более того, улыбается, слушая комментарии барышни, и с превеликим удовольствием рассматривает ножки и попку, туго обтянутую легкими льняными бриджиками, открывающими во всей красе идеальные икры и лодыжки.
Тело в рассматривании принимало весьма даже активное участие.
Хотя…
Когда это они – инстинкты то бишь – уместно проявлялись? Что хотят, то и воротят!
Но к делу!
– Мотя, цыц! – рявкнул господин Бойцов.
Мотя заткнулась в сей же момент, уселась и с обожанием уставилась на хозяина, выражая всем своим видом ожидание торжества справедливости и выдворения из владений чужого человека.
Девушка, услышав резкую, громкую команду, подскочила от неожиданности, развернулась на звук и испуганно уставилась на Кирилла.
Осмотр женской груди занял пару секунд и был прерван внутренним окриком претендующего на интеллигентность разума, заставившим переместить взгляд на лицо изучаемого объекта.
– Что здесь происходит? – начальственным, требовательным тоном поинтересовался Кирилл.
И вдруг он ее узнал!
«Так! Что за дела?!» – наслоился на раздражение вопрос, следом за которым пришло разочарование.
Минуту назад он чувствовал нечто легкое, искрящееся в том, как он улыбается, слушая ее разговор с Мотей, рассматривает с удовольствием и глубоким одобрением ее формы и поругивает себя за эти рассматривания, и все мужское, недремлющее – лето, солнце, немного хулиганства, искры!
Узнавание – и все изменилось!
Потухло, испортилось, став банально циничным. А потому что он влет, сразу предположил, что она его разыскала с определенной целью! Естественное, между прочим, предположение!
Вполне естественное! А что еще он мог предположить?
– Что вы здесь делаете? – арктически ледяным тоном затребовал немедленного ответа господин Бойцов.
Испуг от его неожиданной и громкой команды собаке исчез из ее глаз быстро, сменившись узнаванием и легким удивлением. Она улыбнулась, как на приеме, светски, без участия в улыбке глаз, что выглядело бы даже комично: босая, с половой тряпкой в руке, а туда же – на бал!
Если бы он ее не узнал – комично! А при таком раскладе что они имеют – подтверждение всех его мгновенных подозрений.
Вот на все сто пудов!
Она развела руки в стороны, указывая на разлитую по полу воду:
– Спасаю вашу собственность.
– Со своей собственностью я разберусь сам! – отрезал Бойцов, не меняя арктической холодности тона.