Читаем Риф, или Там, где разбивается счастье полностью

Дарроу объявил, что заглянет к ней вскоре после ланча, а утро было уже в самом разгаре, так что Анна, все еще сомневаясь в своей стойкости, решила немедленно поехать по адресу, который дала миссис Фарлоу. По дороге она пыталась припомнить, что слышала о сестре Софи Вайнер, но, кроме восторженного рассказа девушки о том, какая прелесть эта неведомая Лаура, могла вспомнить лишь некие смутные намеки миссис Фарлоу на ее артистические способности и матримониальные неурядицы. Дарроу упоминал о ней, но лишь однажды и очень скупо — та, мол, проявляет, видимо, очень малый интерес к благополучию Софи и во всяком случае географически слишком далека от нее, чтобы оказывать какую-то практическую поддержку; и Анна размышляла, какое стечение обстоятельств свело сейчас сестер. Миссис Фарлоу говорила о ней как о знаменитости (в какой области, Анна не могла вспомнить); но у миссис Фарлоу знаменитостей был легион, а имя на клочке бумаги — миссис Мактарви-Бёрч — ни в малейшей мере не ассоциировалось у Анны со славой.

Ожидая в грязном вестибюле отеля «Чикаго», Анна ясно представила себе, что скажет Софи, — казалось, та уже стоит перед ней, — и душа ее упала с высоты своей смелости, когда долго отсутствовавший портье наконец вернулся с сообщением, что мисс Вайнер больше не проживает в отеле. Сомневаясь, что правильно его поняла, Анна спросила, не имеет ли тот в виду, что молодая дама отсутствует в данный момент; но портье ответил, что та съехала накануне. Иных сведений у него не было, и, поколебавшись секунду, Анна отправила его обратно, узнать, не сможет ли миссис Мактарви-Бёрч принять ее. Она подумала, что Софи, возможно, взяла с сестры слово не выдавать ее тайну, как и с миссис Фарлоу, и что личное обращение к миссис Бёрч способно дать не столь отрицательный результат.

После долгого тревожного ожидания портье возвратился с утвердительным ответом; и ветхий запинающийся лифт повез ее мимо двух запущенных лестничных площадок на третью.

Там провожатый направил ее по извилистому коридору, пропитанному запахом прибывшего морем багажа, и наконец она оказалась перед дверью, из-за которой до нее одновременно донеслись сильная вонь табачного дыма и звуки приглушенной перебранки. Она постучалась, и спор внутри затих; через минуту дверь распахнулась, и появился красивый молодой человек со встрепанными волосами и в помятой одежде, из чего она заключила, что он только что долго валялся на диване, это подтверждали и разбросанные придавленные подушки. Диван и рояль с корзиной увядших роз на нем, жестяная коробка с печеньем и опустошенный поднос, на котором приносили завтрак, заполняли почти все пространство узкой гостиной; в оставшемся свободном углу сидел, со смиренным видом изучая подкладку своей шляпы, еще один мужчина, низенький и смуглый.

Анна нерешительно застыла на пороге, но, когда она назвала имя миссис Бёрч, молодой человек вежливо пригласил ее войти, одновременно бросив нетерпеливый взгляд на молчаливого наблюдателя в углу.

Тот, подняв глаза, круглые и навыкате, остановил взгляд не на молодом человеке, а на Анне, и несколько мгновений изучал ее так же внимательно, как до этого внутренность шляпы. Она чувствовала, что ее пристально рассматривают, все подмечая и оценивая; и когда он наконец поднялся и направился к двери, казалось, вывод был сделан положительней, чем он по какой-то причине надеялся. На пороге он встретился взглядом с молодым человеком, обменявшись итогом визуальной разведки, столь же исчерпывающей, сколь мгновенной; и эта короткая сценка странным образом так много сказала Анне, что она не удивилась, когда молодой человек, подтолкнув к ней кресло, по-компанейски предложил ей сигарету. На ее вежливый отказ он заметил, что сам он закурит, если она не возражает; и пока он в поисках спичек шарил в широких карманах и за фотографиями и письмами, заполнявшими узкую каминную полку, она рискнула еще раз осведомиться о миссис Бёрч.

— Одну минутку, — улыбнулся он, — думаю, у нее массажист.

Он говорил на гладком английском, лишенном национального характера, который, как и взгляд его глаз с длинными ресницами, и чарующая, всегда готовая появиться улыбка, предполагал долгую учебу всем искусствам выгоды. Наконец, обнаружив спички на полу рядом с диваном, он закурил сигарету, откинулся на подушки и на слова Анны, что, к своему огорчению, ей приходится беспокоить миссис Бёрч, ответил, мол, ничего страшного, та всегда заставляет всех ждать.

В облаках дыма от все новых сигарет они какое-то время продолжали болтать на нейтральные темы, но, когда наконец Анна снова намекнула на желательность увидеть миссис Бёрч, он вылез из своего угла дивана, легко пожимая плечами и бормоча: «Совершенно безнадежна», и неспешно удалился в соседнюю комнату.

Анна еще продолжала спрашивать себя, давно ли и при каком стечении обстоятельств много раз бывавшая замужем Лаура приобрела партнера, наделенного столь выдающейся способностью чаровать, когда молодой человек вернулся и объявил:

— Она говорит, вы можете зайти, если вас не смутит видеть ее в постели.

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука Premium

Похожие книги