«Соболь» протиснулся через узкий проезд между забором и торцом одного из контейнеров, а затем, петляя по Лабиринту рыночных задворков, выкатил к воротам. Затем он стал выворачивать на Кольцевую.
— «Девятка» за «Ниссаном» пошла, — доложил водила вполголоса.
— Нормалек! То, что доктор прописал, — порадовался Алик.
Таран пригляделся. Мама родная! Он сразу увидел эту «девятку» и узнал. Еще бы! Сам ведь на ней катался с Аней. Выходит, за «Ниссаном» был «хвост» от Колиной команды, и братья-кавказцы его четко засекли. Теперь «Ниссан» увел ее за собой, а «Соболь» мог спокойно двигаться своим курсом.
— Краткий инструктаж, граждане пассажиры, — объявил Алик, которому здорово полегчало от того, что «девятка» клюнула на удочку. — Значит, так. Сейчас мы приедем на Речной вокзал, можно сказать, прямо к трапу. Сперва на трап выйду я, побеседую немного. До этого из машины не высовываться. Когда все будет на мази — я подойду и скажу, чтоб вы поднимались на теплоход. Следовать строго за мной, никуда не отклоняться, ясно? Ребята занесут ваш багаж, за него не беспокойтесь. Вопросов тоже до прихода в каюту не задавать. Придем на место, поговорим обстоятельнее. Лады?
К этому времени микроавтобус уже съехал с МКАД на Ленинградку и влился в автомобильную струю, тянущуюся к центру города. Потом он мягко вкатил в обсаженный высокими деревьями проезд, ведущий к водохранилищу и причалам. Там вроде бы какая-то охрана стояла и даже был щит с надписью «Въезд по пропускам», но «Соболь» проехал мимо без остановки, а затем по небольшому пандусу выкатил прямо к причалу, около которого стояло два одинаковых, не то трех-, не то аж четырехпалубных теплохода с двумя косыми угловатыми трубами на корме. Чуть подальше к увенчанному высоким шпилем со звездой зданию Речного вокзала были пришвартованы еще несколько, поменьше, но тоже большие, белые и красивые даже сейчас, в пасмурную погоду.
«Соболь» остановился рядом с каким-то маленьким летним кафе, которое располагалось под горкой, уже на самом причале, метрах в двадцати от воды, но мотор не заглушил. Кафе то ли вообще не работало, то ли дожидалось хорошей погоды. Алик проворно отодвинул дверь, вылез и спортивным шагом пошел к трапу, по которому неторопливо поднимались редкие пассажиры. Навигация еще только начиналась, погода вовсе не звала к странствиям по прохладным водным путям, да еще и под дождиком.
Алик поднялся на борт, приятельски пожал руку какому-то невысокому мужику в синей куртке, стоявшему рядом с вахтенным матросом. Они чуточку отошли в сторонку, перебросились парой фраз, и Алик быстренько сбежал обратно к машине.
— Все на мази. Прошу за мной, не отрываясь! Полина, а за ней Юрка двинулись следом, позади них, подхватив багаж, поспешали дяди в темных очках. В таком же порядке они поднялись по трапу, а затем начали взбираться по лестницам куда-то наверх. Алик вывел своих подопечных в уютно освещенный коридор, отделанный мореными полированными панелями, а затем отпер ключом — у него, оказывается, был свой! — одну из кают по правому борту.
— Проходите, — сказал он, — присаживайтесь. Таран оглядел каюту. Слева от входной двери была небольшая дверца, ведущая в компактный санузел, справа платяной шкаф. Дальше каюту перегораживала шторка, которая в данный момент была разведена в стороны, и просматривалось широкое прямоугольное окно с белыми занавесками и выдвинутой до половины деревянной решеткой, собранной из косых планочек, как дверцы метеобудки, стоявшей в Юркиной школе как наглядное пособие в кабинете географии. По обе стороны от окна, у переборок, находились мягкие диванчики, а под окном был устроен столик, где стояли лампа под зеленым абажуром, вентилятор, графин с водой и два стакана. А под столиком находился небольшой холодильник. Еще два стула стояло в белых чехлах из жесткого полотна или тонкой парусины.
Юрка с Полиной уселись на диванчики, Алик присел на стул. «Носильщики», едва втащив багаж, тут же, ни слова не говоря, убрались за дверь, и Алик ее сразу же запер изнутри. Затем он надвинул на окно каюты деревянную решетку-ставню и пристегнул ее шпингалетами.
— Так спокойнее, — произнес Алик. — Значит, сначала я вам расскажу, что вы должны делать обязательно и чего не должны делать ни под каким видом, а потом можете спрашивать, если что неясно. Нет возражений?
— И не может быть, — хмыкнул Таран.