Читаем Принцип иллюзии (СИ) полностью

Саран перекатилась на спину, потянулась, раскинув руки... и наткнулась на Эдриана. Он лежал на своей половине кровати. Неподвижный, тихий, бледный. На толчок он даже не отреагировал. Саран поспешно убрала руку, но потом снова тронула шамана за плечо поверх одеяла. Ноль реакции. Снова прислушалась. Выждала, наверное, целую минуту - Эдриан не дышал. Ночная Заступница...

Лежащая поверх одеяла рука шамана не была холодной, но и особенно теплой - тоже. Комнатная температура. Саран резво вскочила, охнув от боли, схватилась за бок. Замерла, глядя во все глаза на безжизненное тело. В голове прошмыгнула абсурдная мысль: как она объяснит смерть Эдриана Луиджи? Да и где она его найдет? В номер он так и не вернулся.

Саран быстро обулась, подхватила коробку с деньгами и документами и вылетела в коридор. Но лицу, как паутинка, мазнул установленный Эдрианом щит. Вполне себе работающий, активный. Она дернулась обратно - и наткнулась на стену. Защита работала. Только теперь, окончательно проснувшись, Саран осознала, какую глупость сделала. Зачем было паниковать? Ведь только вечером обещала себе, что не станет дергаться. Конечно, бездыханное тело шамана рядом на кровати могло напугать кого угодно... но зачем сходить с ума?

Даже не надеясь на успех, Саран попыталась протолкнуть в номер коробку. Разумеется, не получилось. Из соседнего номера вышел мужчина в костюме, таща за собой чемодан на колесиках. Хмуро глянул на Саран и пошел к лестнице. Пластиковые колесики отбили грузную чечетку по ступеням, потом послышались голоса внизу: низкий и недовольный - мужчины, усталый и спокойный - администратора. Не прошмыгнуть ли мимо, пока никто не смотрит?

Саран, крадучись, спустилась по лестнице, дождалась, когда администратор отвернется, и быстрым шагом вышла на крыльцо. Было прохладно - даже свитер не спасал. Но еще неприятнее стало, когда Саран поняла, что синего кроссовера, ставшего уже таким знакомым, на стоянке нет. Она обошла гостиницу кругом, выглянула за ворота и три раза прошлась вдоль припаркованных автомобилей, выискивая нужный. Кроссовера не было. Луиджи носило непонятно где. Эдриан то ли умер, то ли успешно делал вид. Обратно в номер не попасть.

Вокруг постепенно просыпался и оживал сельский пейзаж. Из-за деревянных заборов гоготали гуси, лаяли, требуя завтрака, собаки, бренчали ведрами хозяйки. Где-то включилось радио. Саран не сдержалась: прильнула к щели между досками и заглянула в ближайший двор. Тут же наткнулась на пристальный кошачий взгляд - рыжий зверюга неопределенных кровей смотрел серьезно и слегка подергивал кончиком хвоста, словно предупреждая. Охраняет, надо же. Чтобы ни одна лиса не просочилась, курей не подрала.

Саран отошла от забора и побрела в сторону шоссе. Хотелось есть. Но возвращаться в 'Обод' она не решилась. Точно ведь начнутся вопросы. В конце концов, номер Луиджи снял на свое имя - интересное, которое из? - после этого уехал и не возвращался, и заселились в итоге совсем другие личности. Причем у одной из них, весьма подозрительной и легкомысленной особы, в руках была идиотская обувная коробка с двумя паспортами и футболка, выпачканная кровью. И ни ключа, ни представления, что делать дальше. Саран вытащила из коробки тонкую пачку рублей и засунула ее в задний корман шортов.

Недалеко от съезда с шоссе она наткнулась на сельский магазинчик, только что открывшийся. Внутри вкусно пахло свежим хлебом и уже не так приятно - подгнившими фруктами. Небогатый ассортимент после московских гипермаркетов откровенно удручал. Но что поделать? Саран купила большую сдобную булочку и бутылку минералки, потом уселась на травку недалеко от входа и принялась завтракать.

- Бутылка кефира, полбатона... - пробормотала она, стараясь не впасть в грех уныния.

Только вернувшись из Англии, Даша с упоением рассказывала про романтику студенческих общежитий: пьянки-гулянки, зубрежку до рассвета, гастрономические изыски и вынужденное новаторство в быту. Слушать было весело, представлять - не очень. Вот и теперь: если вообразить, что сидишь в тепле и комфорте и рассказываешь кому-нибудь про приключения, - так красота и благолепие. А на самом деле: ноги мерзнут, руки липкие, и муравьи то и дело норовят забраться под штанину.

Когда у обочины притормозил серебристый седан, Саран даже внимания не обратила. Кто-то решил зайти в магазин. Если не крутиться и не разглядывать прохожих, меньше шансов, что кто-нибудь полезет с распросами. Но водителю седана явно стало любопытно. Он остановил машину и направился прямиком к Саран. Она нехотя подняла голову:

- Доброе утро.

- Ты что здесь делаешь?

Казалось, Луиджи изо всех сил старается не рассмеяться. Саран быстро упаковала остатки булочки в полиэтилен и поднялась, отряхивая одежду.

- Когда я проснулась, Эдриан был мертв.

- То есть как?

Эргенте не испугался, просто удивился.

- Он не дышал. Судя по температуре тела - на протяжении нескольких часов.

Перейти на страницу:

Похожие книги