Здесь ничего не поменялось, всё осталось также как я запомнил. А именно тело Рагнара. Увидев его, я опять дал волю слезам, но уже не так сильно как в прошлый раз. Он был хорошим человеком, относился ко мне по дружески, хоть и не с самого начала. Его надо сжечь, того требовали традиции. Наши предки считали, что душа, если не уничтожить тело умершего, остаётся здесь до последнего, пока сосуд в котором она находилась, полностью не распадётся. Поэтому, желая родственнику поскорее отправиться в лучший мир, тело сжигали. Сейчас в это мало кто верит, но традиция осталась. Попросив у Окто его оружие, я выстрелом, аккуратно поджёг кусок ткани, и таким образом отправил сущность Рагнара к его предкам, мало ли, может быть это и правда.
Дождавшись пока от тела моего друга не останется только пепел, я наконец подошёл к компьютеру, где находился ещё один мой друг, Нейро. Положив руку на знакомый квадрат, услышал знакомый голос.
— Пользователь распознан. Хейдвальд. Жду команд.
— Я хочу чтобы ты вернулся обратно ко мне, наша миссия ещё не окончена.
— Неприемлемо.
— Почему?
— Данный носитель по всем характеристикам лучше носителя Хейдвальд.
— Мне нужна твоя помощь. Только с тобой у меня получится скачать нужную информацию. И вообще ты мой друг, я не хочу лишаться тебя.
— Я могу перекачать нужную вам информацию на физический носитель.
— Но этого носителя у нас нет. — Понемногу во мне начала появляться злость.
— Тогда ничего не могу сделать.
Я замолчал, не зная какие ещё аргументы привести, чтобы уговорить Нейро.
— Эй! Смотри! — Окто показывал куда-то в сторону, где находились видимо сервера. А там творилось странное. Часть оборудования было разрушено, и что-то внутри шевелилось, как будто много маленьких муравьёв. Подойдя ближе, увидел кучу червячков космического зверя. Они постоянно шевелились, ползали, прилипали к платам, тогда в том месте появлялась на секунду вспышка, и червячок продолжал ползти дальше.
Тогда я вспомнил о том самом ощущении, когда Нейро загружался в этот компьютер. Мне тогда показалось, что оно схоже с тем, что я испытал при прикосновении к ящеру на его планете. Значит я был прав, эта техника заражена зверем. В этот момент ко мне пришла идея.
— Окто, ты говорил, что в твоих руках есть орган, способный уничтожать тело зверя, именно с помощью него ты и спас меня, так?
— Да.
— Попробуй сделать тоже самое, только с этим компьютером.
— Хорошо.
Он положил свои хвосторуки на панели. Прошло несколько секунд и червяки превратились в желе, тут же начавшее стекать вниз.
Я вернулся обратно, и опять положил руку на квадрат.
— Пользователь распознан. Хейдвальд. Жду команд.
— Нейро, ты мне нужен.
— Согласен. Этот носитель испорчен. Я был не прав. Приложи руку ещё раз.
Сделав как он просит, почувствовал знакомые покалывания, вскоре прекратившиеся.
"Ну что, скучал по мне?"
"Конечно" — Я улыбнулся от уха до уха.
— Что такое? — Спросил Окто.
— Всё нормально. Нейро закачался ко мне в мозг.
— У него есть нужная нам информация?
"Нейро?"
"Да, более того, локаторы этой базы видят далеко, поэтому у меня есть гораздо больше информации. Я знаю где находится корабль хвосторуких, твой ковчег и ещё один такой же"
"Это наверное Гардианцы, они тоже намеревались лететь сюда."
"Возможно, на счёт этого я ничего не могу сказать."
— Ну что? Долго молчишь. — Подал голос Окто.
— Да, всё нормально. Нужная информация у меня. А ещё Нейро засёк второй ковчег, на котором летели другие представители нашей галактики. Это на самом деле очень хорошая новость. Надо узнать что с ними произошло, и возможно они станут нашими союзниками.
— Хорошая идея, но сейчас не до этого. Раз информация у тебя, надо лететь на материнский корабль. Быстрее доложить о выполнении миссии.
— Так то да, но как ты на своём корыте доберёшься? Твои друзья далеко, и так просто их уже не догонишь. Для этого нам потребуется помощь.
— Ну если так, ты наверное прав…
***
Через пару дней, отремонтировав с помощью Нейро истребитель Окто, мы вдвоём летели к Гардианскому ковчегу.
Глава 22
Я сидел рядом с моим новым другом, хвосторуким Окто, и наслаждался видами космоса. Куда хватало взгляда, везде были видны белые точки звёзд, а вокруг разверзлась чернота. Мне нравились такие виды ещё дома, на станции. Я любил иногда посидеть у окна и просто смотреть, попивая аероводу. В такие моменты приходило душевное равновесие, и не хотелось совершенно ничего делать. Как впрочем и сейчас. Тем более я имел на это право.