Читаем Под куполом полностью

Она видит, как одна из девушек возвращается назад. Кэйла Бевинс возвращается назад. Она там стоит и смотрит на землю, на глупенькую Джулию Шамвей, которая о себе думала, что она умная. Глупая Джулия Шамвей в детских трусиках. Или Кэйла вернулась, чтобы сорвать с неё остаток одежды и закинуть её на крышу сцены, чтобы она вынужденная была возвращаться домой голой, прикрывая себе руками пизденку? Почему люди такие жестокие?

Она закрывает глаза, чтобы удержаться от слез, а когда раскрывает их вновь, Кэйла изменилась. Теперь у неё нет лица, только что-то похожее на подвижный кожаный шлем, на котором не видно ни сочувствия, ни любви, ни даже ненависти.

Только… любопытство. Да, именно так. А что будет с этим, если я сделаю ему… так?

Джулия Шамвей ничегошеньки больше не стоит. Джулия Шамвей ничего не значит; найдите самое непотребное ничтожество, загляните под него, и вот там-то сучит копытами она, Шамвей-муравей. Она также муравей-арестант; муравей-арестант в спортивном зале, совсем голый, на котором ничего не осталось, кроме развитого убора на голове, у которого виднеется последнее воспоминание — душистый, пухленький свежеиспечённый хубз[493], который держит в руках его жена.

Она и кот с горящим хвостом, и насекомое под микроскопом, и муха за мгновение до того, как в дождевой день язвительные пальцы какого-то интересующегося третьеклассника оторвут ей крылышки, игрушка для истосковавшихся бестелесых детей, и вся Вселенная лежит возле её ног. Она Барби, она Сэм, который умирает в машине Линды Эверетт, она Олли, который умирает в пепле, она Элва Дрэйк в тоске по своему мёртвому сыну.

Но, главное, она маленькая девочка, скукоженная на дощатом полу эстрады на общественной площади своего города, маленькая девочка, наказанная за свою наивную заносчивость, маленькая девочка, которая ошибалась, считая себя большой, тогда как она крохотная, считая себя значащей, тогда как она не значила ничегошеньки, считая, что мир к неё внимателен, тогда как в действительности мир — это огромный мёртвый локомотив с двигателем, но без прожектора. И вкладывая в плач всё своё сердце, и ум, и душу, она умоляет:

— ПРОШУ, ПОЗВОЛЬТЕ НАМ ЖИТЬ! Я ВАС УМОЛЯЮ, ПОЖАЛУЙСТА!

И какой-то крохотный миг она — кожеголовая в белой комнате; она девочка, которая вернулась (по причинам, которые самая себе объяснить не в состоянии) назад к парковой сцене. На один ужасный миг Джулия — та, которая это сделала, а не та, которой это было сделано. Она даже тот солдат с пистолетом, гакермонстр, который постоянно возвращается в сны Дейла Барбары, тот, которого он не остановил.

А потом она — просто она.

Смотрит вверх на Кэйлу Бевинс.

У Кэйли бедная семья. Её отец валит лес в ТР-90 и выпивает в пабе во Фреше (заведении, которое в надлежащее время станет «Диппером»). У её матери на щеке большое розовое пятно, поэтому дети зовут её Вишневой Головкой или Земляничной Мордой. У Кэйли совсем нет хорошей одежды. Сегодня на ней старый коричневый свитер, и старая клетчатая юбочка, и стоптанные ботинки, и белые носки с растянутыми голенищами. Одно колено разбито, вероятно, сама упала или кто-то толкнул её на игровой площадке. Это Кэйла Бевинс, хорошо, но сейчас лицо у неё кожаное. И хотя оно беспрерывно меняет формы, ни одно из них даже близко не похоже на человеческое.

Джулия думает: «Я вижу, как ребёнок смотрит на муравья, когда муравей смотрит вверх со своей стороны увеличительного стекла. Когда она смотрит вверх за миг до того, как сгореть».

— УМОЛЯЮ, КЕЙЛИ! ПРОШУ! МЫ ЖИВЫЕ!

Кэйли смотрит на неё сверху и ничего не делает. И тогда скрещивает перед собой руки — это человеческие руки в этом видении — и через голову снимает с себя свитер. В голосе её, когда она начинает говорить, нет любви, нет сочувствия, нет раскаяния.

Но в нём, возможно, есть жалость.

Она говорит.

<p>12</p>

Джулию откинуло от коробочки, словно чья-то рука её отбросила. Последнее задержанное дыхание вылетело из неё прочь. Прежде чем она успела сделать вдох, за плечо её схватил Барби, выдернул затычку со шпинделя и натолкнул её ртом на него, с надеждой, что не поранит ей язык или — Бог избавь — не вгонит жёсткую пластиковую трубку ей в нёбо. Он никак не мог позволить ей вдохнуть отравленного воздуха. С такой кислородной недостаточностью, как у неё сейчас, начнутся или судороги, или она просто напросто умрёт.

Откуда бы не вернулась, но, похоже было, что она не потеряла голову. Вместо того чтобы отбиваться, она мёртвой хваткой вцепилась руками в шину от «Приуса» и начала лихорадочно сосать со шпинделя. Он ощутил, как её тело большими волнами пронизывает дрожь.

Сэм наконец-то перестал кашлять, но теперь родился какой-то другой звук. И Джулия тоже его услышала. Она ещё раз присосалась к шине и подняла глаза вверх, большие, широко раскрытые в её глубоких, притенённых глазницах.

Лаяла собака. Это должен был быть Горес, потому что он — единственная собака, которая осталась. Он…

Барби схватил её за руку, так крепко сжав, что она подумала: «Сейчас он её мне сломает». На его лице застыло выражение простого удивления.

Перейти на страницу:

Все книги серии Кинг, Стивен. Романы

Похожие книги

Звездная месть
Звездная месть

Лихим 90-м посвящается...Фантастический роман-эпопея в пяти томах «Звёздная месть» (1990—1995), написанный в жанре «патриотической фантастики» — грандиозное эпическое полотно (полный текст 2500 страниц, общий тираж — свыше 10 миллионов экземпляров). События разворачиваются в ХХV-ХХХ веках будущего. Вместе с апогеем развития цивилизации наступает апогей её вырождения. Могущество Земной Цивилизации неизмеримо. Степень её духовной деградации ещё выше. Сверхкрутой сюжет, нетрадиционные повороты событий, десятки измерений, сотни пространств, три Вселенные, всепланетные и всепространственные войны. Герой романа, космодесантник, прошедший через все круги ада, после мучительных размышлений приходит к выводу – для спасения цивилизации необходимо свержение правящего на Земле режима. Он свергает его, захватывает власть во всей Звездной Федерации. А когда приходит победа в нашу Вселенную вторгаются полчища из иных миров (правители Земной Федерации готовили их вторжение). По необычности сюжета (фактически запретного для других авторов), накалу страстей, фантазии, философичности и психологизму "Звёздная Месть" не имеет ничего равного в отечественной и мировой литературе. Роман-эпопея состоит из пяти самостоятельных романов: "Ангел Возмездия", "Бунт Вурдалаков" ("вурдалаки" – биохимеры, которыми земляне населили "закрытые" миры), "Погружение во Мрак", "Вторжение из Ада" ("ад" – Иная Вселенная), "Меч Вседержителя". Также представлены популярные в среде читателей романы «Бойня» и «Сатанинское зелье».

Юрий Дмитриевич Петухов

Фантастика / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика