Читаем Первый день спасения полностью

- Только хлеб я в атомную лужу уронил, - угрюмо предупредил мальчик в язвах.

- Делов-то куча, - пренебрежительно ответил старший мальчик, деля еду. - Я корку отломал, а мякишко не промокло. Лопайте как следует. Я слышал, завтра всех в рай поведут.

- Шли бы они со своим раем, - буркнул мальчик в язвах. - Врут, врут...

Девочка жевала хлеб и пела колыбельную с набитым ртом.

- Не засыпает, - обиженно сказала она, проглотив. - Головки нет, вот глазки и не закрываются, - опять замурлыкала и опять прервалась. - В наше трудное время, - взрослым голосом разъяснила она, - с детьми столько хлопот.

С грохотом посыпались обломки, и профессор ссыпался вместе с ними. Дети уставились на него. Девочка заслонила куклу собою, губы ее сложились жалобным сковородником.

- Явление, - сказал старший мальчик и, не вставая, взял в руку камень. - Тебе чего, дядя?

- Ребята... - пробормотал профессор, - да что же... Откуда вы здесь? - Он едва не плакал.

- Зеленый, - сказала девочка и серебристо рассмеялась.

Профессор упал на колени и рывком сдернул зеленую маску противогаза морозный воздух, казавшийся чистым и свежим, окатил его распаренное лицо.

- Я не зеленый! Я - как вы! Идемте... в машине тепло, кофе... я не вру!

- Псих, да? - осведомился сухорукий.

- Да нет, - досадливо отозвался старший. - Заскучал просто. Припасов до дуры, а скормить некому. Айда, этот не отстанет.

- Ребята! - крикнул профессор отчаянно.

Мальчики помладше, прихватив хлеб, подошли к старшему с двух сторон; опираясь на их плечи, он встал на немощных ногах, и все четверо пренебрежительно неспешно двинулись к узкому лазу, ведшему дальше в глубь развалин. Сухорукий обернулся на миг и крикнул профессору: "Надень резинку, простудишься!" Профессор молчал и только поворачивался за ними он чувствовал, что ему нечего сказать. Девочка с куклой, путаясь в полах пиджака, юркнула первой в темную щель; затем протиснулись мальчишки. Тогда профессор бросился за ними - и не смог протиснуться. Он извивался, пытаясь проскользнуть в бетонные неровные челюсти, готовые разодрать комбинезон, и в этот момент в шею ему несильно ударил камушек, и девочка серебристо рассмеялась сзади. Профессор обернулся. Ребята успели уже какими-то им одним известными ходами обежать вокруг; продрогшая фигурка в расстегнутом полосатом пиджаке до щиколоток босиком стояла на острых обломках с другим камнем в лапке и смеялась.

- Дура, сейчас стрельнет, - сказал невидимый сухорукий.

Девочка прянула за стену, успев-таки бросить - камень глухо тукнул в бетон. Профессор рванулся за нею. Но никого уже не было - только мертвая синяя тишина.

- Ребята!! - срывая голос, закричал профессор. - У меня и оружия-то нет! - И пошел вдоль груды развалин, заглядывая в каждую щель и крича. С губ его слетал пар, светившийся голубым светом в лучах нескончаемой, неимоверно далекой электросварки голубого солнца.

Из темного входа в купол раздался приглушенный, долгий механический стрекот и смолк.

Профессор узнал его. Это работало печатающее устройство компьютера. На станции кто-то был.

Бесплотно и неважно проплыла в голове мысль об автомате, оставленном на сиденье автомобиля, но тут же, словно возвращенный запоздалым эхом, раздался в ушах профессора его собственный голос: "У меня и оружия-то нет!" Напоследок глубоко дыша воздухом необозримого простора, неподвижным и стылым, профессор двинулся вперед. Песок с мягким шумом подавался под ногами.

Тускло освещенная пультовая на втором этаже была завалена ворохами бумажных лент; рыхлые груды шевелились и колыхались от сквозняка. Профессор замер, нерешительно выбирая, куда поставить ногу, и тут человек в одном из кресел у пульта - в гермокостюме и надетом поверх странном, самодельном черном балахоне, напоминающем отдаленно рясу, - заметил его и закричал, будто расстался с профессором полчаса назад:

- Иди, иди сюда! Я что-то не могу встать.

Профессор шагнул вперед, топча проминающиеся кольчатые сугробы, испещренные вереницами нулей.

- Отлично! - возбужденно крикнул человек в балахоне. - Наконец-то! А что, уже мир? - как-то обескураженно спросил он. - Шлем можно снять?

- Уже давно мир, - ответил профессор спокойно и присел на краешек вертящегося стула. - Но шлем пока оставьте, хорошо?

- Хорошо... - растерянно ответил человек в балахоне. Помолчал. Понимаешь... Он не соглашается.

- Кто?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аччелерандо
Аччелерандо

Сингулярность. Эпоха постгуманизма. Искусственный интеллект превысил возможности человеческого разума. Люди фактически обрели бессмертие, но одновременно биотехнологический прогресс поставил их на грань вымирания. Наноботы копируют себя и развиваются по собственной воле, а контакт с внеземной жизнью неизбежен. Само понятие личности теперь получает совершенно новое значение. В таком мире пытаются выжить разные поколения одного семейного клана. Его основатель когда-то натолкнулся на странный сигнал из далекого космоса и тем самым перевернул всю историю Земли. Его потомки пытаются остановить уничтожение человеческой цивилизации. Ведь что-то разрушает планеты Солнечной системы. Сущность, которая находится за пределами нашего разума и не видит смысла в существовании биологической жизни, какую бы форму та ни приняла.

Чарлз Стросс

Научная Фантастика