– Ты что, не вводишь своих оперативников в курс дела? – спросил Джонатан, бросив на мисс Симпсон холодный взгляд. – Они сообща возглавляют самый большой преступный синдикат в России. Вот что в наши дни означает «удалиться от дел» для бывших сотрудников КГБ. Последнее, что я о них слышал, – это что они распространили свою деятельность на Украину и Казахстан. Вот почему меня так заботит то, что они явились сюда, где у них нет спецслужб или полиции. Кроме того, здесь у нас и без того волнения, и, если страсти не улягутся, может произойти государственный переворот. Так что их пребывание тут – просто мор и чума.
Александер снова поднял бинокль, чтобы понаблюдать за домом.
– Я не ошибусь, если предположу, что ФБР и даже твой собственный директор не знает, что ты и твои парни в Канаде?
– Моя непосредственная начальница решила, что мы сами можем позаботиться об этом деле, Панчи, не впутывая боссов обоих наших агентств. Если бы всему этому дали законный ход, на это ушло бы слишком много времени. Поскольку тут такое творится, мы решили, что лучше будет не высовываться. Послушай, Сагли и Деонович не зря явились сюда. Какая бы причина ни привела их в Канаду, уже одно то, что они находятся в замке без приглашения, у нас в Штатах называется «резонным основанием» для предъявления обвинения, – объяснила девушка.
– Мне тут попался туманный рапорт вашего бюро госбезопасности, где говорится, что эти два маньяка, возможно, наконец, доигрались до того, что русские начали действовать против них. Похоже, российские власти заставил насторожиться неофициальный ход кого-то из американской разведки, предъявившего улики насчет причастности Сагли и Деоновича к убийствам. Так что эти двое, возможно, появились здесь в результате того сообщения. Может статься, они наконец-то в бегах. Вы не знаете, кто мог послать русским властям информацию, агент Симпсон?
Линн мгновение смотрела Александеру в глаза, после чего кивнула в сторону дворца:
– А теперь скажи мне, Панчи, что в этом чудовищном доме могло заставить парочку гангстеров рискнуть появиться на континенте, где в случае поимки их немедленно, бесцеремонно, без лишних разбирательств повесят?
Бинокль снова опустился, и Джонатан глубоко вдохнул. Да, он так и думал: именно Линн послала сообщение московским властям.
– Ничего нового, просто антиквариат для туристов, над которым можно ахать и охать. Возможно… Эй, Фуке! – крикнул он, повернувшись к десятку людей, которых привез с собой.
– Да, сэр, – отозвался один из них, человек с сильным франко-канадским акцентом.
Повесив через плечо автоматическую винтовку, он оставил остальных канадских агентов и подошел в Александеру.
– В этом дворце, кажется, остановилась какая-то передвижная выставка на тему истории золотопромышленности? – спросил у него Джонатан.
– Вообще-то да. Мы получили детальный отчет, касающийся охраны этой выставки. Там нет ничего важного, поэтому мы не стали присоединяться. Просто какое-то старое приисковое оборудование, письма домой женам горняков, всякие такие штуки. Относятся к концу прошлого – началу этого столетия.
– Шутите? Зачем двум убийцам интересоваться такими вещами? – удивилась Линн.
Александер кивнул своему человеку, отсылая его обратно к канадской «Команде-А».
– Их не должно интересовать ничто из того, о чем он сказал. И это само по себе меня тревожит, – вздохнул он еще раз.
Линн повернулась, сунула голову в арендованную машину, взяла с сиденья папку и протянула ее Джонатану:
– Это прислало наше местное отделение в Сиэтле. Они «одолжили» документы в тамошнем полицейском управлении.
Александер открыл папку и первым делом увидел фотографию места преступления. Старик, растянувшийся на кровати. В голове и правом боку у него зияют пулевые раны. Кровать, на которой он лежит, пропиталась кровью. Джонатан перевернул страницу и посмотрел на вторую фотографию, сделанную полицией Сиэтла. Этот снимок куда сильнее выбивал из равновесия. Двенадцать человек, связанных, с кляпами во рту, каждого расстреляли и положили на пол кружком, головами в центр, ногами наружу.
– Круг жертв, без сомнений, доказывает, что это дело рук Деоновича и Сагли. Такой круг – их визитная карточка. Голова к голове, именно так они всегда оставляют свои жертвы. Символ завершенности. Во всяком случае, так говорят наши психологи, – рассказала Симпсон.
– А третье фото? – спросил Александер.
Перевернув страницу, он увидел четкий снимок Сагли и Деоновича. Ясно были видны длинный «конский хвост» Сагли и характерная короткая стрижка Деоновича. Бросалась в глаза разница в росте между ними: Деонович башней возвышался над низкорослым Сагли.
– Этот снимок, сделанный в аэропорту Сиэтл-Такома, прислал мне тот самый анонимный источник, о котором я упомянула. Мы пришли к выводу, что их сфотографировали сразу после прибытия в страну, – ответила девушка.
– «Анонимный источник» – звучит, мягко говоря, тревожно, – сказал Александер, переводя взгляд с фотографии на Линн.