Читаем Павел и Авель полностью

Подойдя к побережью, с которого превосходно виднелись знаменитые меловые скалы Дувра, а также и сам Дуврский замок, считавшийся ключом от Англии, с его прямоугольными толстыми башнями, Лиза отложила две шляпных коробки, единственное что она взяла в качестве груза, и достала из личного баула небольшой керосиновый фонарь. Она запалила в нем огонь и высоко подняв над головой сделала условный знак.

Морозявкин с графом смотрели за ее манипуляциями с крайним недоумением, суда на рейде стояли как казалось слишком далеко, чтобы кто-нибудь заметил фонарное пламя. Однако не прошло и четверти часа, как из воды показалось что-то, напоминавшее хребет большого кита.

– Боже мой! – воскликнул Вольдемар, хлопая глазами и одновременно протирая их. – Что же это?

– Это потаенное судно, сударь! Оно вывезет нас из Англии. Мы не можем воспользоваться ни каретой, ни обычной лодкой – за сушей и за морем следят английские шпионы, – пояснила Лесистратова.

– Какое же потаенное судно может быть в нашем XVIII веке? – поразился граф Г.

– Во первых, у нас уже почти XIX столетие, а во-вторых, да будет вам известно, что еще в 1720 годе от Рождества Христова мастер потаенных судов крестьянин Ефим Никонов, Прокопьев сын, таясь от чужого глазу, соорудил в Петербурге на Галерном дворе самое первое потаенное судно во всем свете! Оно могло подходить к вражьим судам под самое дно.

– Чей-чей он сын? Крестьянский? – усумнился Морозявкин. – Да что эти скотники смыслят в корабельном деле? Они могут только коровам хвосты крутить. А ежели мы все утонем в сем корыте как котята?

– Сейчас уже есть новые проекты – Роводановского и Торгованова, и этот, сделанный также большим мастером, чье имя большой секрет! Ну довольно слов – грузите все на борт…

– И что же мы на нем, так и будем грести до самого Питербурха? – Вольдемар никогда не любил физический труд, заразившись сей нелюбовью от графа.

– Только до корвета, что стоит на рейде. Грузите же!

Через полчаса все нажитое в Лондоне имущество было погружено внутрь потаенного судна, которое чуть не утонуло под его тяжестью. Друзья погрузились в него как Иона в чрево кита, матросы навалились на особые рычаги, которыми двигались судовые винты, так как другой механизации в виде корабельных машин в то время не предусматривалось, и вот уже спустя час с четвертью все трое вместе с баулами оказались на родной, милой сердцу палубе российского корвета «Увертливый», и корабельные склянки отбили конец их скитаний по чужим странам. Подняв паруса и ощетинившись орудиями, трехмачтовый корабль снялся с якоря и взял курс через Северное и Балтийское моря к столице Российской Империи.

<p>Глава 19. Родные пенаты</p>

Описание обратного путешествия не отличалось бы особым разнообразием, но тем не менее нельзя не отметить, что все мачты и снасти корабля казалось так и рвались вперед, дабы побыстрее доставить путников к любезному их сердцу Отечеству. Каюты, в которые поместили в одну графа Г. и Морозявкина, а в другую Лизу, были оформлены просто и по-военному, но разумеется никто не вздумал сетовать на это. Время от времени граф и Вольдемар пытались уговорить Лизоньку показать им записи в той волшебной тетради, которую они обрели с таким трудом, но не преуспели в сем стремлении – Лесистратова строго блюла неприкосновенность государевых секретов.

Самый скрип рей и шлепанье парусов, и те звучали как музыка в ушах утомленных иноземным солнцем. И хотя кошелек мамзель Лесистратовой изрядно похудел во время ее практически татарских набегов на Пикадилли и прочие улочки Лондона, теряя гинеи одну за другой, она не слишком расстраивалась, рассчитывая на изрядное вознаграждение по приезде в стольный город.

Морозявкин как водится курил трубку и шутил с матросами, граф Г. очаровал всех в кают-компании, где сидел по правую руку от капитана, Лиза кокетничала с молодыми симпатичными офицерами, словом жизнь текла своим чередом, и вот уже впереди показался Кронштадт, и ни соленые волны, бившиеся с отчаянием в корабельные борта, ни буйные ветры, ни людская воля – ничто не помешало их возвращению.

Невозможно описать словами ту трогательную сцену, что разыгралась как только шлюпка с путниками пристала к родимому берегу. Вольдемар, хоть и был вечный странник, но зарыдал, пал на колени, и облобызал придорожные камни, мадемуазель Лесистратова в порыве чувств обняла березу, что и посажена-то была у пристани именно для этой цели, а граф Г, этот мужественный и казалось лишенный сантиментов человек, и тот опустился на землю, желая прижать ее к сердцу. Русская речь, звучавшая повсеместно, производила на них целительное впечатление, резкие крики торговок на улицах, ругань извозчиков, все казалось не грубым, но милым и родным. Они были дома и чувствовали это всей душой.

Перейти на страницу:

Все книги серии Необыкновенные приключения графа Г. на сломе веков

Сказ о тульском косом Левше и крымской ай-Лимпиаде
Сказ о тульском косом Левше и крымской ай-Лимпиаде

Государь император Александр Павлович после Венского конгресса путешествовал по Европе и увидев у англичан на подносе чудо – миниатюрную ай-Лимпиаду, сработанную знаменитым мастером Сивым Жопсом, повелел устроить в Крыму (Таврии) в 1816 году. Олимпийские игры на манер древнегреческих ристалищ. Граф Г. и его приятель Морозявкин, а также служащая Тайной экспедиции Лиза Лесистратова при участии донского казака Платова и мастера Левши берутся построить олимпийские сооружения в кратчайший срок.Из-за знаменитого «года без лета» (после извержения индонезийского вулкана) вместо летних Игр приходится устраивать зимние, выкупать земли у агрессивных местных аборигенов, заботиться об экологии, спешно строить канализацию, нанимать самолучших иностранных тренеров, искать спортсменов-олимпийцев по окрестным селениям, решать проблемы с постоялыми дворами («ай-лимпийская деревня»), с гошпиталями для травмированных, с веселящим дурман-зельем – допингом и проч. Подбираются крикливые комментаторы с губерний, бегуны («Зайка») и силачи («Ванька Полудубный»), иностранцы жалуются что борцы-кавказцы – настоящие звери, ружья русские чистят кирпичом, а олимпийским духом тут и не пахнет, местная Баба-яга отмечает что всюду русский дух. Государь с графом Нессельроде проводят инспекции ай-лимпийской стройки.С огромными усилиями царский бюджет оказывается распилен и все стадионы и лыжни сданы в срок. Открытие ай-Лимпиады проходит с матрешками, тройками и балалайками, из самой Греции везется олимпийский огонь. Тут же изобретаются биатлон и марафон по снегу в снегоступах, но так как иностранные судьи оказываются неподкупны, а крепостные россияне ленивы от природы («Мы никому ничего не должны»), победа российских ай-лимпийцев вызывает большие сомнения. Левша берется подковать их всех, граф обещает всем вольную, казак Платов раздает тумаки и грозится запороть – и наконец-то россияне побеждают и забирают максимум наград. Торжественное награждение всех от лица императора и церемония закрытия ай-Лимпийских Игр в виде закрытия ворот в Таврию, калитки стадиона и сундука с наградами, завершает сказочные соревнования.

Андрей Баранов

Юмор / Юмористическая проза

Похожие книги