Я обошёл Оливию. Моя грудь вздымалась от гнева. Не знаю, что произошло потом. Сплошные крики, люди, пытающиеся меня удержать, но я мог лишь различить лицо Дона сквозь красную пелену. Слишком много рук удерживало меня, не сосчитать. Знаю, что подошло ещё несколько человек, только чтобы удержать меня от того, чтобы я не разорвал Дона на миллион кусочков. Дон вылетел из тренажёрного зала, я промчался через зал, не обращая внимания на ужас, застывший в глазах окружающих. Я направлялся прямо в свой личный зал, слыша маленькие шаги прямо за собой. Он вывел меня из себя и, чёрт возьми, я ненавижу это, потому что знаю, что заслужил. Всё, что он делает, — это из-за меня. Я даже не могу вспомнить имя его девушки сейчас... вот, что действительно ужасно. Я всегда винил её за то, что случилось. Я всегда твердил себе, что это она была неверна своему парню, не я. Это правда в какой-то степени. Я имею ввиду, что чертовски уверен в том, что не принуждал её к сексу. И даже более. Я могу сказать, что это была полностью её инициатива. Сейчас я чувствую себя чертовски неуютно, потому что не могу не думать о том, что та девушка была для Дона его Оливией. Что если она была той самой, с кем он хотел провести остаток своей жизни, но она предала его? Я не собираюсь называть её шлюхой или проституткой, да, но как мне называть себя после этого? Это была не только её вина, не полностью.
Ладно, к чёрту всё. Дон совершил по отношению к нам много плохого, так что я не собираюсь жалеть его, но каждый раз, когда я вижу его лицо, всё время думаю о его намерениях в отношении Оливии. Ничего не могу с собой поделать. Я скорее умру, чем позволю ему наслаждаться её обнажённым совершенством. И достало же ему мужества появиться здесь, чтобы поговорить с моей девушкой!
Я резко поднял пятидесятикилограммовую грушу с пола и бросил её, отчаянно нуждаясь хоть в каких-то действиях, чтобы не слететь с катушек. Я хотел драться. Прямо сейчас. Я ходил по залу, ни разу не взглянув на Оливию, которая вошла в дверь и медленно приближалась ко мне.
Я чувствовал, как напряжение накатывает на неё волнами, и когда, наконец, посмотрел на неё, то увидел, как отчаянно она пыталась спрятать его. Моё сердце забилось быстрее в груди, посылая адреналин и ярость по венам. Там была и боль, боль, от которой перехватывает дыхание. Я задышал быстрее и глубже, выдыхая через нос, чтобы успокоиться.
— Я был так близок, чтобы отправить всё это к чертям, — сказал я ей. — Требовался всего один удар, и я готов был его сделать. — Я потряс головой. — Почему он так влияет на меня?
— Дон раздражает... все хотят наподдать ему, просто он такой человек.
Не смог удержаться и мои губы чуть дрогнули.
— Я думал, что, если побью его, он уйдёт.
— Он как таракан. Невозможно избавиться от него навсегда, — сказал Деррил, почёсывая свою черноволосую макушку. Я и не заметил его за спиной Оливии. — Возможно, он всё время будет маячить где-то поблизости, и ты должен научиться справляться с этим не кулаками, а используя мозги.
Джексон небрежно облокотился на манекен и сказал:
— У тебя есть то, что он хочет, и он не успокоится, пока не опередит тебя. Но проблема в том, что он
— Что вы хотите, чтобы я сделал?
Оливия пожала плечами, её длинные тёмные волосы рассыпались по плечам.
— Всё просто. Не обращай на него внимания и просто проходи мимо. Такие люди, как Дон, не любят, когда их не замечают. Он жаждет острых ощущений от внимания. Просто не давай ему этого.
Боль в груди притупилась, постепенно ослабляя мой гнев. Я и не думал, что в моей жизни так много поддержки. Это отлично.
— Хорошо, — выдохнул я. — Я теперь в профессиональной лиге... я должен думать о своей карьере.
Деррил похлопал, встряхнув секундомер, висевший на шее.
— Теперь, когда расставлены все точки на «и», мы должны продолжать тренировку. Бой, начинаем.
***
После встречи с Доном тренировка пролетела в миг, и Деррил, казалось, был впечатлён моим «агрессивным» подходом. Очень помогало то, что я представлял лицо Дона на теле Джексона, хотя не думаю, что друг оценил это. Особенно когда я ударил слишком сильно и разбил его губу. Оливия наблюдала за тренировкой сидя на полу, но ушла, когда мы перешли в клетку.
Позже она появилась, чтобы сказать мне, что отправляется домой и встретится со мной у меня дома сегодня вечером. Я проводил её до машины, чтобы убедиться, что она в безопасности, хоть она и сказала, что это было не обязательно.
— Готов? — спросил Деррил, выключая свет и вырывая меня из воспоминаний о сегодняшнем утре.
Уже поздно, солнце садится и света недостаточно. Всё, что я хочу — это отправиться домой, принять душ и провести остаток ночи в постели с Оливией.
— Да. — Я схватил свою футболку и надел её.
Я чувствовал слабость в руках. Мы весь день провели в тренажёрном зале, работая над улучшением техники, поэтому мне хотелось отдохнуть.
Мы вышли из зала, и я осмотрел основное помещение, прежде чем закрыть дверь на замок.
— Завтра в шесть утра.
Я кивнул.
— Да.