Читаем Нимфеи (Озеро Белых Лилий) полностью

Победители не стали преследовать отступавших — нимфеи никогда не отличались кровожадностью, чтобы убивать ради убийства. Они подобрали брошенное синегубыми оружие, оказали помощь раненым, положили на наскоро связанный плот павших, и печальная процессия отправилась к родным хижинам, конвоируя пленных, тащивших на себе тела убитых соплеменников.

Большинство же нимфеев осталось с нами, чтобы затем продолжить преследование похитителей. Когда отряд с пленными уже скрылся из виду, к моему плоту подплыли четверо нимфеев.

Двое из них поддерживали синекожего мальчика. Они осторожно положили свою ношу на настил, попросив осмотреть его: похоже, что-то случилось с левой рукой ребенка.

Тем временем синегубые бесследно исчезли, скрылся в тумане и плот с Сабиной. Мы пристали к острову, чтобы утомленные сражением люди смогли подкрепиться и немного отдохнуть. В гнетущем молчании они принялись раскладывать костры и жарить рыбу — чувствовалось, что победа над синегубыми вызвала не радость, а, скорее, грусть и сожаления. Я вправил своему пациенту вывихнутый плечевой сустав, а Плонг принес какие-то листья и обмотал ими плечо мальчика, пояснив, что это растение снимет боль. Парнишка вскоре уснул, а я, не в силах оставаться на месте, решил побродить по острову.

Занятый своими невеселыми мыслями, я мало обращал внимания на то, что меня окружало, лишь мельком отметив гигантские колосья каких-то травянистых растений — да и то только потому, что двигался вдоль борозды, откуда эти злаки торчали. Вот тогда-то я чуть не угодил в черный провал, внезапно возникший на моем пути.

Дрожь в коленях заставила меня присесть возле этой дыры с зазубренными краями, и я понял, что по счастливой случайности избежал довольно скверной участи — провал казался бездонным. Неожиданно эхо донесло до меня отголоски причитаний и плача. Сабина! Голос мог принадлежать только человеку, подобному мне! Что есть мочи я завопил:

— Кто там? Отзовись! Однако сколько ни напрягал я слух, но так и не смог уловить ответного отклика — только постепенно затихавшее эхо собственного отчаянного крика. Одумавшись, я понял, что оказался во власти слуховых галлюцинаций: горькие мысли о любимой как бы внезапно материализовались, ударив меня прямо в сердце. Немного посидев около предательской дыры, я вернулся в лагерь еще более несчастным, чем прежде.

Получив от Плонга свою долю рыбы, я устроился на плоту и предложил проснувшемуся пареньку разделить со мной трапезу. Он отказался и вскоре вновь погрузился в забытье. Машинально сжевав свой обед, я в ожидании сигнала к продолжению погони принялся рассматривать своего невольного спутника.

Еще прежде, оказывая помощь пострадавшему, я отметил, что глаза этого синекожего мальчика значительно больше напоминают обычные человеческие, хотя и гораздо крупнее их.

Радужная оболочка не отливала красным, что характерно для нимфеев, и не полыхала зеленым огнем, как у синегубых — она была коричневой.

Теперь же я обнаружил, что цвет его кожи значительно светлее, чем у похитителей Сабины, строение рук и ног приближалось к европейскому, да и волосы вовсе не напоминали плети водорослей.

Эти наблюдения возродили во мне былой научный интерес к обитателям волшебного озера с белыми лилиями. Может быть, этот мальчик — потомок смешанного брака между людьми и нимфеями или синегубыми? А возможно, он представитель совершенно самостоятельной человеческой расы, постепенно перешедшей к водному образу жизни.

Перебирая в памяти отрывочные воспоминания о гидрофилах среди растительного и животного мира, я вспомнил высказывания древних авторов о необычайной способности некоторых существ жить в воде.

В конце концов, и зародыш человека развивается именно в жидкости и лишь после рождения осваивает воздух! Так почему же не признать возможным возврат части человечества к водной среде обитания? После короткого отдыха мы вновь отправились в путь.

Похитители постарались запутать следы, отправив отряды в разных направлениях, и преднамеренно создаваемый подводный шум слышался буквально отовсюду. Однако мой экипаж сумел разгадать хитрость врага, и, когда к двум часам пополудни туман рассеялся, я, к моей радости, вновь разглядел на горизонте плот похитителей. Поощряемые моими криками, нимфеи удвоили усилия, и мы стали заметно настигать беглецов.

Вскоре я уже смутно смог рассмотреть женскую фигурку, закутанную в плащ-накидку, и стороживших ее церберов. Но теперь меня одолели сомнения: а что если похитивший девушку дикарь предпочтет утопить ее, лишь бы не отдавать свою добычу?

Стоя на плоту в полный рост, я вдруг как бы со стороны увидел два суденышка, скользившие по прекрасному озеру под высоким голубым небосводом. Бирюзовая вода, покрытые зеленью и цветами острова, великолепные, словно из тончайшего фарфора, чаши белых лилий — все призывало к счастью и неге.

Волшебные декорации этой сцены вовсе не соответствовали той драме, которая разыгрывалась сейчас под ласковыми лучами солнца!

Перейти на страницу:

Все книги серии Дикие времена

Похожие книги