— Вы видите тут что-то смешное, Лаэрте? — спокойно спросил Беррингтон, и смех как рукой сняло. — Не указывайте нам на свои ошибки, мы и так прекрасно поняли, что вы полный неудачник.
Сезар возмущенно фыркнул, но предпочел не отвечать.
— Вы знаете Санторо лучше, чем кто-либо из нас, Жаклин, — тон Беррингтона изрядно смягчился. Он взял ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони. — Подумайте хорошенько и найдите его слабое место. И тогда мы надавим туда так, что он умрет от боли.
5
Возвращение в Старый квартал
— Вот твои вещи, — Роджерс подал небольшую коробку. — Забирай и вали, без тебя тут народу полно.
Амадео поправил пиджак и взял из рук надзирателя коробку, однако открывать не стал.
— Спасибо вам, — сказал он. — Если бы не вы, я давно бы уже сдался.
Обычно каменное лицо Роджерса смягчилось, но он не позволил себе иного проявления чувств, кроме как похлопать Амадео по плечу.
— Надеюсь тебя больше никогда не увидеть, Солитарио. По крайней мере, в чертовой арестантской робе. Костюм тебе идет больше, — он придирчиво оглядел Амадео. — Не забудь надеть пальто, на улице жуткий холод.
Роджерс не заметил, что говорит и ведет себя, как заботливый отец, но у Амадео защемило сердце. Человек, потерявший сына, и человек, потерявший отца, прощались, зная, что больше не увидятся, но не могли сказать друг другу ничего, кроме бессмысленных слов.
— Знаю, — Амадео оглянулся через плечо на падающий на улице снег. — Сегодня праздник. Обещайте, что проведете его не один. Рождество — не лучшее время для одиночества, а я случайно услышал, как Кортес приглашал вас в бар.
— Ах ты, хитрый жук! — Роджерс легко стукнул его кулаком в плечо. — Вот в чем секрет твоего успеха, Солитарио — ты слушаешь и наблюдаешь. Давай, иди уже, пока я не передумал.
Амадео крепко пожал надзирателю руку. И наконец ступил за порог тюрьмы.
На улице валил снег. Амадео на мгновение остановился и прикрыл глаза, ощущая хлопья, тающие на лице и стекающие по коже тяжелыми каплями.
Он взял с надзирателя Роджерса обещание не проводить праздник одному, но сам не мог иначе. За пять месяцев Йохан ни разу не пришел, но Амадео не мог его за это винить — свобода меняет так же, как и тюрьма. Может быть, друг нашел работу, может, переехал в другой город — могло случиться все, что угодно. Амадео оставалось лишь смириться, но чувство горечи никуда не делось.
Отойдя подальше от тюрьмы, он остановил такси. Стряхнув снег с волос, уселся поудобнее и открыл коробку. Внутри лежали ключи от особняка, от джипа, бумажник, три скрученных в цилиндры пачки денег, которые он заработал в тюрьме, мятая визитка Ребекки и пластиковый прямоугольник.
Пропуск в "Азар".
Амадео взял карточку и всмотрелся в свое же лицо. Ясный, незамутненный взгляд, еще не знающий, что такое предательство. Легкая полуулыбка. Совсем не похож на того мужчину, который мелькнул в стекле двери, когда Амадео вышел из здания тюрьмы.
— Куда едем? — спросил водитель. — Вы так и не сказали.
Амадео рассовал содержимое коробки по карманам, раздумывая, куда податься. У него был дом, которого он теперь лишился — Лукас наверняка уже продал особняк. Ксавьер его не ждет, Йохан пропал. Ребекка… Работает на Ксавьера, да и кто он такой, чтобы она помогала, да еще бесплатно.
Пальцы скользнули в карман и наткнулись на карточку. Пропуск жег руку, требовал, чтобы его достали, чтобы им воспользовались. Пусть и в последний раз.
— Компания "Азар", — сказал он терпеливо ожидающему водителю и протянул две купюры. — Напротив Центрального парка.
Через четверть часа он стоял перед зданием "Азар". Вокруг многое изменилось, но напротив так и остался красивый, сейчас заснеженный парк, где они когда-то гуляли с отцом. Сама компания выглядела так же внушительно, как и четыре года назад. И, кажется, охраны стало больше.
Это подтвердилось, когда Амадео зашел внутрь — к нему тут же подошел одетый в черный строгий костюм охранник. Еще трое остались на своих постах, однако вперили в незваного гостя испытующие взгляды.
— Цель визита? — бесстрастно спросил сотрудник службы безопасности.
— Я здесь работаю с сегодняшнего дня, — Амадео достал пропуск и покрутил у носа мужчины в надежде, что пропускная система за четыре года не изменилась. — Только вот не запомнил, как пройти на свое рабочее место.
— В какой отдел?
— Финансового планирования.
— К тому лифту. Четвертый этаж, — он указал нужное направление.
Амадео поблагодарил и пошагал туда. Тут, похоже, ничего не претерпело изменений. Лукасу больше нравилось играть в директора крупной компании, сидя в кожаном кресле с бокалом виски в руке и куря дорогую сигару, чем заниматься реорганизацией компании.
Амадео приложил пропуск к панели рядом с лифтом, и дверцы разъехались в стороны. Значит, систему безопасности не меняли. На табло одна за другой загорались красные цифры, вскоре лифт мелодично просигналил, и Амадео вступил в коридор, в котором был бессчетное множество раз.