п. 734 Яшма, как и жемчуг, были самыми распространенными украшениями в те времена. Ими украшали волосы, платья и т. п. особенно распространены были браслеты. Желание стать яшмой или чтобы любимый стал яшмой с тем, чтобы с ним не расставаться — встречается и в других песнях М.
п. 736 В песне говорится о двух очень распространенных в те времена способах гадания, часто упоминаемых в песнях М.: гадание вечерами у перекрестка (юкэ), когда идут к перекрестку и слушают разговоры прохожих, и второе—по шагам (аура), когда загадывают желание на число шагов.
п. 741 Полагают, что эти 15 песен не были посланы одновременно. Ответа на них здесь нет (МС).
п. 743 Песня носит юмористический характер, как и песни, помещенные в кн. XVI. Последняя строка переведена согласно толкованию К. Мае.
п. 746 Песня написана в ответ на подарок, присланный старшей дочерью Саканоэ.
п. 747 “Одежду… я вниз надену” — т. е. подарок близок сердцу, очень дорог. Об обычае дарить одежду см. п. 636.
п. 756 Из переписки сестер.
В примечании к тексту говорится, что старшая дочь из Тамура и старшая дочь из Саканоэ — дочери первого секретаря, или начальника правой канцелярии при государственном совете Отомо Сукунамаро, его владения назывались Тамура, оттого его старшая дочь и именуется “старшая дочь из Тамура”, или девица из дома Отомо в Тамура, младшая ее сестра — старшая дочь из Саканоэ называется по названию владения своей матери — селения Саканоэ. В М. — девять ее песен, все они адресованы сводной сестре, жене Якамоти.
п. 757 Села Тамура и Саканоэ, где жили сестры, находились поблизости друг от друга.
п. 761 Птица средь течения быстрых рек не может добыть себе пищи, поэтому служит здесь образом беспомощного человека.
п. 766 Девица из рода Фудзивара — предполагают, что дочь Фудзивара Маро. В М. — одна ее песня.
в. 771 В песне использована народная поговорка: “И во лжи есть доля правды” (усо-о иу ни мо ницукавасии усо-о иу моно дэс).
п. 773 Смысл песни не совсем ясен. Считается, что в основе ее лежит какая-то легенда.
Адзисаи (Hydrangea macrophylla) — цветы, быстро меняющие окраску, японская гортензия, цветет пурпурными и лиловыми цветами в шестом-седьмом месяце.
Моротора (Моротира) — лицо неизвестное.
п. 783 В тексте под заголовком петитом указано, что имя девицы из рода Ки — Осика.
В песне отражен обычай, широко распространенный в те времена в Японии, судя по песням М.: когда подносили подарок (водоросли и т. п.), то вместе с ним посылали песню, в которой говорилось, как трудно достать этот подарок, чтобы подчеркнуть свою любовь к данному лицу. Кому был послан подарок, неизвестно.
п. 783 Под таким заголовком в М. помещен ряд песен (691, 692, 700, 714, 720). Возможно, что адресат их один и тот же.
п. 785 Сравнение недолговечности жизни с росой — влияние буддийских учений о бренности земной жизни. Это сравнение получило широкое распространение в классической японской поэзии Х— XIII вв.
п. 786 По поводу этой песни есть много толкований. Чаще придерживаются толкования К., считающего, что здесь речь идет о молодой девушке из семьи Фудзивара Кусумаро. Слива — метафора девушки, “цветы… никак не расцветут” — т. е. она не отвечает на любовь.
п. 787 Песня выражает радость Якамоти по поводу частого прихода слуги Фудзивара Кусумаро, приносившего вести от своего господина.
п. 788 Молодая слива — метафора молодой девушки.
п. 790 Речь идет об обещании, данном Фудзивара Кусумаро.
п. 791 Ответ на песни Якамоти, присланные во второй раз.
Фудзивара Кусумаро — сын Фудзивара Накамаро, имел звание асоми. В 761 г. был губернатором провинции Ямато, в 763 г. совмещал должность государственного советника (санги) и губернатора провинции Хитати. В 764 г. принимал участие в мятеже, поднятом отцом против правящего дома, во время которого был убит. В М. — две его песни (789, 790).
КНИГА ПЯТАЯ
п. 793 Кому адресована песня Табито, неизвестно. Некоторые считают ее ответом на соболезнование по поводу смерти жены, выраженное ему императорским послом (см. п. 1472). Скорбь Табито о смерти любимой жены представлена в М. циклом стихов в кн. III.
Песне предпослано предисловие, написанное в высокопарном стиле, как принято было писать в те времена.
“Несчастье за несчастьем обрушились на меня. Непрерывно поступают ко мне соболезнования по поводу тяжелой утраты. Скорбью полно мое навеки разбитое сердце, в одиночестве лью я терзающие душу слезы. Только благодаря поддержке двух моих друзей я продолжаю в горе и печали влачить жизнь на склоне лет. Кисть моя не в силах выразить всего, что я хочу сказать. Такова скорбь, которая существовала и существует во все времена, прошлые и настоящие”.
“Кисть моя не в силах выразить всего, что я хочу сказать” — выражение из “Ицзина” — китайской классической “Книги перемен” гадательно-философского содержания VII–VIII вв. до н. э. (см. Ю. К. Щуцкий, Китайская классическая “Книга перемен”, М., 1960).