Читаем Лунный зверь полностью

— О! — Свинячьи глазки вернулись к Пендрейку и задумчиво уставились на него. Потом человекозверь произнес: — Вот что, незнакомец, лучше колись побыстрее.

Гнусавость речи, свойственная Западу, почти помешала Пендрейку понять, что он присутствует на собственном суде. Ему пришлось заставить свой разум преодолеть это психологическое препятствие. Наконец до него дошло, что от его слов зависит его жизнь, и он пустился в объяснения. Закончив их, Пендрейк перешел в наступление, повернулся на каблуках и оказался лицом к лицу со своим тюремщиком.

— И Моррисон, — звонким голосом произнес он, — присутствующий здесь, подтвердит каждое мое слово. Он скажет, что я говорил все это в бреду. Я прав, Моррисон?

Пендрейк пристально смотрел на лицо молодого человека и с мимолетным холодным злорадством отметил написанное на нем выражение ужаса. Глаза Моррисона расширились, после чего Моррисон выдохнул:

— Да, все правильно, Большой Олух. Вы ведь помните, что сказали, чтобы я слушал все, что он будет говорить. Он…

— Засох-х-хни! — взревел Большой Олух, и Моррисон тут же заткнулся, словно воздушный шарик с пищалкой, из которого выпустили воздух.

Пендрейк не испытывал никаких угрызений совести, что надавил на этого маленького трусишку. Он видел, что чудовище внимательно разглядывает его, и в выражении его было что-то… Пендрейк забыл о Моррисоне, когда Большой Олух заговорил удивительно мягким голосом:

— Побейте его слегка, ребятки: мне хочется посмотреть, как парень переносит наказание.

Через минуту он остановил их:

— Ладно, хватит!

Пендрейк едва сумел подняться на ноги, и теперь ему не нужно было притворяться и играть: он, возбужденный этим… королевским судом… совсем уж было позабыл о собственной слабости. Он стоял на нетвердых ногах и услышал, как человекозверь произнес:

— Ну, ребятки, что мы будем делать с ним?

— Убить его! — раздался хриплый крик из нескольких глоток. — Швырнуть его дьявольской бестии. У нас уже давно не было никаких зрелищ.

— Это не причина для убийства кого бы то ни было, — отрезал худощавый мужчина в конце толпы. — Дай волю этим парням, и они будут устраивать подобные зрелища каждую неделю, так что вскоре никого из нас не останется в живых.

— А, Крис Девлин, — рявкнул какой-то мужчина, — ты и так очень скоро отправишься туда.

— Повыступай, повыступай, — огрызнулся в ответ Девлин. — Мы о тебе не забудем.

— Хватит! — раздался окрик Большого Олуха. — Незнакомец останется жить. Можешь некоторое время жить с Моррисоном. И послушай, Пендрейк, я хочу поговорить с тобой после того, как ты выспишься. Слышали, парни? Впустите его, когда он придет сюда. А теперь — пошли вон, все!

Пендрейк оказался за частоколом чуть ли не раньше, чем осознал, что ему подарили жизнь.

<p>Глава 16</p>

Пендрейк поел и поспал, потом снова поел и поспал. Когда он проснулся в третий раз, то понял, что больше нельзя откладывать посещение Большого Олуха.

Но еще несколько минут он полежал не вставая. Вовсе не потому, что его спальня обладала какими-то особыми удобствами. Струившийся со стен свет был слишком ярким для человеческих глаз, не давая той темноты, которая необходима для того, чтобы спокойно уснуть. Постель, хотя и была мягкой, имела вогнутую форму. Такими же были и два длинных стула, лишенных спинок. Дверь, что вела в соседнюю комнату, имела в высоту два фута и напоминала вход в йглу — ледяную хижину эскимосов.

Раздался скрип. В дверь просунулась голова, за которой протиснулся худощавый длинноногий мужчина. Когда он выпрямился, Пендрейк узнал Криса Девлина, выступившего на суде против его смерти.

— За мной следят, — начал Девлин. — Поэтому мой приход сюда ставит и тебя под подозрение.

— Чепуха, — отмахнулся Пендрейк.

— Ну-ну! — Девлин внимательно посмотрел на него, но тот спокойно встретил его взгляд. Потом Девлин продолжил: — Я вижу, ты уже начал задумываться над тем, что происходит вокруг!

— И много чего надумал, — подтвердил Пендрейк.

Девлин устроился на одном из вогнутых стульев.

— Призна-а-аюсь, — протянул он, — ты пришелся мне по душе. Мне бы хотелось задать тебе вопрос: тот прием, который ты применил на Трогере… ты где-то тренировался?

— Я могу проделать это и с Большим Олухом, — спокойным тоном заявил Пендрейк.

Он увидел, что на Девлина его слова произвели впечатления, и криво улыбнулся про себя: он неплохо мог применять психологические трюки, к примеру, напускать на себя уверенный вид.

— Слишком плохо, — начал Девлин, — что человек с такими талантами и силой духа несколько глуповат. Ни один человек не способен справиться с Большим Олухом. Кроме того, он избегает прямых нападений.

Пендрейк быстро произнес:

— Сейчас самое важное для меня узнать: на скольких людей ты можешь положиться?

— Около сотни. Еще двести до сих пор не определились и могут перейти в наш лагерь — они просто выжидают, куда склонится чаша весов. Так что остается двести человек, настроенных против нас, и они могут заставить еще сотню сражаться на их стороне.

Перейти на страницу:

Все книги серии Ван Вогт, Альфред. Сборники

Похожие книги