— К лошади подходите с левой стороны, — продолжал он свои наставления. — Похлопайте по крупу, поговорите с ней. Кони любят, когда с ними разговаривают... только тихо, ласково. — Бен шагнул в стойло серой кобылки, и она послушно посторонилась. — Теперь накиньте поводья на голову... недоуздок должен проходить за ушами... мундштук возьмите в левую руку... заставьте разжать зубы... — он продемонстрировал все операции. Вот так! Теперь можно выводить лошадь из стойла.
Дело показалось Кену довольно простым. Не сомневаясь, что справится с первого раза, он подошел к своей избраннице, рыжей кобылке по кличке Сокса. Он любовался ею еще вчера, когда выгружали животных. Шерсть Соксы была гладкой, блестящей; на коленях передних ног светились белые отметины.
Кен похлопал лошадку по крупу, стараясь втиснуться между ней и перегородкой стойла. Сокса фыркнула и чуть подалась в сторону. Припомнив, как Аджей накидывал поводья, Кен попробовал повторить его движения, но ремни перепутались. Со второй попытки ему удалось правильно расположить поводья на шее кобылы, однако недоуздок все время лез ей в глаза. Сокса терпеливо моргала, не пытаясь сбросить узду. Теперь Кен запустил пальцы ей в рот, чтобы разжать челюсти. Он поразился, какие огромные зубы у лошади казалось, ей ничего не стоит перекусить пополам его руку! Кен поднес к губам Соксы мундштук, но она снова фыркнула, замотала головой и узда свалилась на пол.
Наконец, после нескольких попыток уздечка была надета, и Кен вывел кобылу наружу. Хрул, державший под уздцы вороного жеребца, был уже на полпути к реке; на спине коня устроились оба мальчика. Бен с серой кобылой возвращался с берега, шкура лошади потемнела от воды.
— Подожди, парень, — буркнул он, — я помогу тебе взобраться ей на спину.
Кен давно мечтал проехаться верхом, но лошадь была такая огромная... Он робко похлопал кобылу по спине, и она скосила на Кена большой карий глаз. Ему показалось, что в ее взгляде застыло недоумение — мол, чего же ты ждешь? Бок Соксы был теплым и бархатистым на ощупь, а исходивший от нее сильный запах тревожным и странно приятным.
Аджей подсадил его, и Кен взгромоздился на лошадь, свесил вниз вдруг ставшие ненужными ноги. Сокса и ухом не повела. Хребет у нее оказался страшно острым, сидеть было неудобно, у Кена возникло ощущение, что его распиливают пополам. Ладно, подумал он, будем считать, что все идет нормальным порядком.
— Молодец! — Бен похлопал его по колену. — Настоящий ковбой! Теперь, значит, так: хочешь свернуть налево, потяни за левый повод, направо — за правый. Потянешь за оба — она остановится. А чтобы скакать далеко и быстро, ослабь поводья и стукни ее каблуками по бокам. Смотри, как это делается!
Аджей ухватил Кена за сапог и стукнул им лошадь. Сокса прыгнула вперед, и Кен распластался у нее на шее, цепляясь за гриву.
— Эй, Бен, повтори-ка, как ее остановить! — завопил он, инстинктивно натягивая повод. Кобыла послушно замерла на месте.
— Вот это самое и делай, — ухмыльнулся Аджей и повел свою серую в сарай.
Кен обнаружил, что изо всех сил сжимает коленями холку Соксы; похоже, ей это не нравилось. Он сел поровнее, отпустил поводья, и кобыла двинулась вперед в плавном неторопливом ритме. Переведя дух, Кен чуть расслабил мышцы, но тут же снова вцепился в повод — лошадь почуяла запах воды и перешла на рысь.
— Папа, папа, посмотри на нас! — раздался впереди голосок Тодди. Кен вздрогнул и поднял голову. Тод и Хрисс сидели на спине вороного, свесив ноги с одного бока; Тод цеплялся за черную гриву, а Хрисс обнял приятеля руками и хвостом. На лице маленького хрубана застыло восторженно-боязливое выражение.
— Быстрее, Хрул, быстрее! — завопил Тодди. Улыбнувшись, хрубан пустил жеребца рысью. Кен, забеспокоившись, махнул рукой, отпустив повод — и тут Сокса скакнула вперед. В следующий миг он понял, что сидит на земле, отплевываясь от попавшей в рот пыли и травы.
Кен посмотрел вверх. Его взгляд скользнул по правой руке, все еще сжимавшей поводья, к морде лошади, темным силуэтом вырисовывающейся на фоне зеленоватого неба. Она издала слабое ржание и, словно извиняясь, дунула ему в лицо.
Подскакал Бен на гнедой кобыле и спрыгнул на землю.
— У тебя талант, парень, — сказал он серьезно, когда Кен, пошатываясь, встал на ноги. — Будешь классным наездником!
Затем, без лишних слов, ветеринар сплел руки в замок, подставил кулаки Кену и тот снова очутился на спине Соксы. Бен теперь ехал рядом, толкуя, что начинающие наездники валятся с лошади по пять раз в день и этого не надо бояться.
После купанья, на обратном пути к служившему конюшней сараю, Аджей рассказывал своим помощникам, как надо ухаживать за лошадьми.
— Тодди еще слишком мал, чтобы чистить лошадей, — озабоченно сказал Кен. — Ему и до спины не достать.
— Зато я с нее не свалился, — напомнил отцу мальчик. — И потом... потом... я могу встать на ящик!
— Если парень не боится лошадей, то и нам не стоит за него тревожиться, — заметил Кен. — Они хорошо относятся к детям. — Ветеринар обменялся с Тодди и Хриссом лукавой улыбкой.