Молчанов стянул свой плащ, посчитав, что камень мог завалиться под него. Небольшой серебристый предмет вывалился на песок. Священник присмотрелся - это была его фляга. Павел не без труда открыл рот - язык прилип к небу, а челюсти крепко сомкнулись. Глубоко задышал. Сразу же почувствовал прилив сил, сначала встал на колени, упираясь руками, затем распрямился и на коленях подполз к фляге и склонился над ней. Неизвестно, каким чудом после страшного шторма и нескольких часов, которые он провел в море, фляга не выскочила из внутреннего кармана пальто. Неизвестно, почему Молчанов перед началом шторма решил ее наполнить выдержанным коньяком. Совершенно непонятно, почему священник до сих пор ее не обнаружил, за столько дней пребывания здесь. Может быть, она должна была появиться именно в этот момент, когда Павел в конец отчаялся. Он не знал, почему все вышло именно так, но ему доподлинно было известно - если что-то и могло вернуть ему силы и надежду, так это несколько глотков хорошего коньяка.
Молчанов открутил флягу и приложился к горлышку. Напиток разогревал кровь, прочищал горло. Сделав несколько глотков, он заставил себя оторваться. Ему расхотелось умирать, потому он решил не выпивать все за раз. Нужно думать о будущем. Молчанов встал на ноги и принялся разминать мышцы. Его самочувствие определенно улучшилось, даже боль в груди уменьшилась. Вместе с тем, он принялся рассуждать, почему его до сих пор не ищут, и пришел к выводу, что его искали, но не могли найти. Он должен был подать какой-то сигнал, чтобы его заметили. Ведь здесь может быть куча подобных островков, а во время шторма его могло отнести в любом направлении. Но, даже если его не искали или считали погибшим, имело смысл подавать сигналы, потому что их могли заметить проходящие корабли. Для этих целей идеально подходил костер, но у Павла не было спичек, а кроме как с их помощью он не умел разжигать огонь. Впрочем, слышал, что его можно получить при помощи трения. Нужно достать щепки, кору деревьев, которая легко воспламеняется и две палочки. Для выбивания искры можно было воспользоваться камнями. Так что положение было не таким уж безвыходным. Только вот что ему предпринять в первую очередь.
- Отправляться на поиски ночью, да еще и в незнакомый лес - безумие, - рассудил Павел, - потому в первую очередь я должен дождаться утра.
Он провел ночь подальше от берега, подобравшись к густому лесу, который рос посреди острова. Спать было уютнее - холодный морской ветер не обдувал его со всех сторон, потому на утро состояние его несколько улучшилось. Проснулся он в приподнятом настроении и, не смотря на ужасное жжение в груди, встал и принялся ходить по берегу. Ноги настолько отвыкли, что ступни некоторое время неприятно покалывало, но затем он расходился. Когда мышцы, наконец, разработались, Павел понял, что буквально горит - жар был чудовищный, скорее всего у него было воспаление легких. Но о том, что с этим делать он будет думать позже, а сейчас необходимо обойти остров, собрать хворост и постараться развести костер. Обязательно найти источник пресной воды и хоть какую-то еду. Молчанов достал флягу из внутреннего кармана пальто и сделал несколько больших глотков. Коньяк кончался. Это новость его огорчила, но теперь уже он твердо решил бороться до конца. Окончательно собравшись с силами к полудню, Павел отправился в лес, по возможности не заходя слишком далеко, и собрал необходимое количество хвороста. Сначала он пытался тереть тоненькие палочки друг о друга, но ничего не выходило, затем содрал с деревьев немного коры, нашел два небольших камня и принялся выбивать искру над корой. Со всем этим он провозился до трех часов, но ничего толкового не вышло. Задор, который появился у него вчера, когда в пальто отыскалась фляга, теперь пропал, оставив только тупую боль. Осознав, что первоначальный план провалился, Павел принялся искать другое решение. И очень быстро сообразил, что кроме как отправиться на поиски пищи и еды, ему больше ничего не остается. Однажды ему приходилось слышать, что если на острове и есть источники пресной воды, то они должны впадать в море. Потому он решил начать поиски, отправившись бродить вдоль берега. Закончилась эта идея ничем. Разве что, Молчанов понял, что попал на крохотный островок - через три часа, или около того, он вернулся к тому же месту, с которого начал поиски. И тут он впервые почувствовал отчаяние и потребность воззвать к Богу, от которого отвернулся много лет назад.