А помощь Николая была не лишней. На жаре меня развезло в пух и прах, понимаю, что хочу что-то сделать, но не могу. Как школьник, который впервые набросался в подворотне.
— У, парень, да ты совсем плох, — обращается мой спаситель, а я едва слышу его, почему-то опять задремал на заднем сидении. — Ты уверен, что тебе именно сюда, а не домой?
— Нормально, на такси доберусь. Спасибо за помощь.
Я выбираюсь из машины, старушка желаем мне не раскисать и держаться. Салютую им на прощание и неторопливо иду к зданию.
— Александр Валентинович, с вами все хорошо? — обращается Сергей, старший из охранников.
— Терпимо, слушай, ты это… вызови мне лифт.
— Да вам желательно домой, давайте вызову такси.
— Ты думаешь, я бы туда так сразу не хотел? Ключи потерял, нужны запасные, а они где-то в сейфе, а сейф в кабинете.
— Вот, проходите. Может вас провести?
— Я сам, а ты работай, не отвлекайся.
— Слушаюсь. Приятного вечера.
— Куда уж лучше.
Пока лифт взбирался вверх, я пытался рассмотреть свое отражение в зеркальном отражении. Неплохо меня сегодня помотало по городу. Костюм испорчен, можно выбросить. Стаскиваю пиджак и пытаюсь его сунуть под руку, но он меня не слушается, падает на пол. Дверь лифта распахивается на нужном этаже, а я едва стою на ногах и пытаюсь бороться с пиджаком.
— Ты что надрался как свинья? Уваров, морда твоя бесстыжая!
— Ух, как жена! Это у вас в селе курсы стерв проходят, чтобы мужиков после запоя на пороге встречать?
Поднимаю голову и ехидно улыбаюсь, когда вижу, как быстро в лице меняется моя Хельга. Была бы у нее в руках скалка — вылитая Солоха. А мне просто повезло, что у нее только сумочка на плече висит.
— Ну, гад, сейчас ты у меня получишь!
16 глава
Ольга
Боевые действия с Викторией закончились приятным чаепитием. Она пила чай, я — кофе. На часах начало седьмого, а наш разговор зашел далеко в дебри. Она много расспрашивала о жизни в селе, восхищалась нашей выдержкой.
— Я до мозга костей городская жительница, никогда и мысли в голову не прилетало, чтобы вот все бросить и куда-то умчаться.
— А зачем куда-то мчаться, если это не ваше, — пожимаю плечами, ну в самом-то деле.
Например, моя мама не признает жизни в городе. Она привыкла работать на земле, кормить кур и прочую домашнюю живность. Мне порой казалось, что она получает от этого кайф, о котором я даже не подозреваю. Хорошо, что за годы учебы в универе, я порой имела возможность подработать, и все лишние деньги старалась вложить в обустройство дома. Теперь у мамы есть вода в доме, стиральная машинка, да еще много чего полезного и облегчающего труд.
— Засиделись, а я же еще хотела в супермаркет забежать, пирог сегодня хочу испечь. К понедельнику еще один испеку, обязательно попробуешь и оценишь.
— Обязательно. И да, Виктория Борисовна, не держите зла. Возможно, когда-то вы все узнаете и поймете, что не из-за сучечности я покусываю вашего Уварова.
— Да я уже это поняла. Разбирайтесь сами, но работу делайте вовремя.
— Постараемся.
— Обращайся, если что-то непонятно, помогу, чем смогу.
— До свидания.
Виктория ушла, а я еще несколько минут улыбалась. Все же приятно, когда забываешь о гордости и пытаешься поговорить по душам. Я не жалею, что сегодняшний день был эмоциональным вначале, а потом вот все свелось к приятному чаепитию.
Пока разговаривала с Марго, сортировала документы. Даже пришлось снять босоножки, потому что за день ноги гудели так, что покалывало в ступнях. Голос подруги сегодня звучал радостнее. Я узнала, что Марго решительно настроена посетить кино. Я ей пожелала удачи и облегченно выдохнула. Хоть как-то оживает моя подружка, а ведь на страдающее лицо смотреть нелегко. Каждый раз ее грустные глаза мне напоминают об Уварове и Черкасове, и в тот момент я дико злюсь.
С ужасом понимаю, что на часах скоро восемь натикает. Вот это я сегодня ударничаю. Что-то где-то сдохло, если меня так на работу поперло. Нужно бросать это дело, глаза и так слезятся из-за постоянного напряжения.
Хватаю сумочку и иду к лифту, в голове мечты о ведерке с мороженным. Я давно вынашивала идею, и теперь она никуда меня не отпускает. Все, сейчас же забегу по пути домой в магазин и выберу самое большое, чтобы и Маргоше хватило. Рассматриваю ногти, пока дожидаюсь лифт.
Лифт приятно дзинькает, сообщая о прибытии. Я даже рот открыла, увидев это чудо перед глазами. Как так? Вот как так можно вести себе уважаемому бизнесмену? Меня не смогли бы остановить даже семеро.
Я хватаю Уварова за руку и пытаюсь втащить в помещение. Он роняет пиджак, пытается его поднять.
— Горе ты луковое, да что же с тобой такое происходит?! Ты о Виктории подумал?!
— Она сильная женщина, все преодолеет.
— Конечно, выпив параллельно кучу таблеток.
Уваров смотрит на меня недоверчиво, а потом как-то надменно вырывает руку и пытается ровной походкой ковылять к себе. Да уж, в таком состоянии грации у него ноль. Едрит мадрид, да ему плевать на свой дорогущий пиджак, которому это чудовище уже приговор вынесло. Завтра же утром выброшу его в мусор.
— Ты куда намилылся?
— Ключи от квартиры потерял.
— Ты где вообще полдня пропадал?