Читаем Язва полностью

Калитка была открыта. Это удивило Сергеева. Аккуратный и обстоятельный Фёдор Иванович её всегда запирал изнутри на врезной замок.

«Может, в лес вышел? – По узкой тропинке между ещё голыми кустами и парником Андрей направился к домику. – Но тогда тем более снаружи бы запер. Видимо, сдаёт Фёдор Иванович, становится рассеянным. Действительно на пенсию пора».

Обогнув парник, Сергеев перепрыгнул через ещё не обработанную грядку и остановился. Увиденное ему не понравилось совсем. Дверь в домике распахнута, на ветру болтается занавеска. И тишина. Андрей вдруг на себе почувствовал смысл выражения «шерсть встала дыбом». Если бы он был собакой, наверное, сейчас бы зарычал. Взлетев на крылечко, он откинул занавеску и ворвался в комнату.

В комнате, как всегда, был идеальный порядок. Самодельный столик у окна застелен чистой скатертью. Три разномастных стула аккуратно расставлены вокруг столика. Раковина с умывальником и белым вафельным полотенцем, небольшой набор тарелок и кружек на мойке. Печка-буржуйка, рядом в готовности ровные полешки. Всё на месте. Самодельная чердачная лестница на второй этаж. Под лестницей – Фёдор Иванович с неестественно вывернутой головой.

Сергеев снял ботинки и в носках, стараясь ничего не касаться, подошёл, присел на корточки. Глаза водителя открыты, на лице выражение удивления. Пульсации на сонной артерии нет. Тело ещё не остыло, а значит, то, что случилось, произошло совсем недавно.

«Полез на второй этаж, сорвался, неудачно упал, сломал шею?»

В прошлый приезд, наблюдая, как грузный водитель карабкается наверх, Сергеев пошутил: «Ты когда-нибудь себе шею сломаешь, Фёдор Иванович». «Не сломаю, я перила сделаю», – ответил тогда водитель. Не сделал.

Задерживаться дольше смысла не было, хозяину домика уже ничем не поможешь. Андрей проверил, не оставил ли на полу следов, вроде чисто. Стоявшим у двери веником подмёл крыльцо и прежним путём покинул территорию сада. На дорожке размазал отпечатки своих ботинок. Машина стояла, где он её оставил, вокруг ни души.

«Хорошо, что будний день, и хорошо, что сторож спит», – думал Андрей, разворачиваясь.

На грунтовке, торопясь, капитально пропахал днищем не до конца оттаявшую землю, после чего в работе двигателя появилось неприятное дребезжание. «Опять, наверное, защиту картера поджал. Надо будет к Сане на яму заехать».

Выехав на трассу, Сергеев свернул на первом повороте к какой-то деревне, заглушил мотор, откинулся на сиденье, закрыл глаза.

«Вроде бы всё складно, пожилой человек оступился на крутой лестнице… Несчастный случай, не первый и не последний. Вот только калитка не заперта. И на ногах короткие резиновые сапоги…»

Фёдор Иванович всегда садовые сапоги на крыльце оставлял. За чистоту боролся. И если вдруг, по какой-то причине, сапоги не снял, на полу должны были остаться следы. А следов не было. Кроме того, ни за что бы водитель наверх в сапогах не полез. На втором этаже у него спальня. При всём уважении к доктору, он и Сергеева наверх только в носках пускал. Короче, тот, кто «несчастный случай» устроил, допустил две ошибки. А в том, что в истории появился новый участник, у Сергеева сомнений не было.

«Надо быстрее в город, Анюту предупредить».

Сергеев завел двигатель. На въезде остановился у телефонной будки, набрал «02».

– Милиция? В коллективном саду «Радость», участок №27, в домике труп мужчины.

– Кто говорит?

Сергеев повесил трубку.

«Вот ты и попал в свой садовый рай, Фёдор Иванович. Только не по своей воле».

02 апреля 1979 года, 14.25. Управление КГБ по городу С.

О чрезвычайности происходящего свидетельствовали усиленный наряд милиции и необычно большое количество молодых людей с короткими стрижками, прогуливающихся перед известным в городе зданием «конторы» на Ленина, 17. В зале для совещаний срочно вызванные офицеры внимательно слушали начальника 2-го главного управления КГБ СССР генерал-лейтенанта Григоренко.

Сидевший в предпоследнем ряду лейтенант Воронов пожирал глазами живую легенду «Смерша» и, кажется, даже не дышал, боясь пропустить хоть слово. Разменявший седьмой десяток генерал был подтянут и бодр, говорил негромко, но чётко. Прилетевший вместе с Цвигуном руководитель контрразведки страны времени зря не терял. Прямо с аэродрома нагрянул в управление, затребовал личные дела сотрудников второго отдела и через полчаса собрал только что созданную оперативную группу.

– По имеющейся информации к происшедшему приложило руку ЦРУ. Ваша группа будет осуществлять наблюдение за известными нам фигурантами. Цель – выйти на резидента.

Генерал начал по одному поднимать сидевших в зале. Без каких-либо подсказок безошибочно находил взглядом нужного человека, называл звание и фамилию и формулировал задачу. Хотя видел собравшихся впервые, чёрно-белые фотографии три на четыре в личных делах не в счёт.

«Вот это школа! Высший пилотаж! – думал Воронов. – Такой действительно мог переиграть „Абвер“. Операции „Загадка“ и „Туман“ недаром вошли в учебники по радиоиграм».

Перейти на страницу:

Похожие книги