Читаем Gunship Over Angola полностью

Early the next morning, the nine Alos left Ombalantu and arrived at Cuamato just before sunrise. A quick local intelligence update informed us that during the night there had been a lot of vehicle movement from the direction of the FAPLA positions. Based on past experience, it was likely that FAPLA had used the night hours to pull back rather than risk any further confrontation with the SADF.

Our formation of eight gunships and my trooper got airborne just as the sun peeked over the easterly horizon, and we headed at treetop height for the original PLAN base target around 25 kilometres away. As we approached just to the east of the FAPLA positions that had caused so many problems the previous day, our formation leader, Lieutenant Billy Port, began describing to the five of us who’d not been there the day before exactly where the FAPLA camp was located.

The radio call went something like this: ‘Okay, okes, you see the fence of dried bushes coming up – that is the southern border of the camp. The northern border is where the thick bush starts and the headquarters is where—’

He didn’t finish the sentence.

Without warning, a whole barrage of FAPLA weaponry opened fire on us from dug-in positions along a 200-metre-long line of trenches and camouflaged structures, situated roughly in the middle of the FAPLA camp. One moment there was nothing happening, and the next it was as if a massive warehouse filled with fireworks had spontaneously ignited.

Fortunately, we were already as close to the ground as it was possible to get and so were able to dodge the barrage. Immediately, the plan to attack the original PLAN objective was put on ice and we spent the rest of the morning, supported by ground-attack Mirages and Impalas, in subduing the FAPLA base.

In the afternoon, as the overrun FAPLA base was being swept by our ground troops, I flew well-known war correspondent and photographer Al J Venter around the area to get an idea of the scale, orientation and layout of the battlefield. He later used photographs taken that day in his book The Chopper Boys.

After I dropped him off at Cuamato, I took two brigadiers, one of whom was Bossie Huyser, the SAAF commanding officer in South West Africa, to the FAPLA camp. After switching off the engine, the flight engineer disappeared into the maze of trenches to look for an AK-47 for personal use. (All combat aircrew could choose what weapons they wanted to include in their on-board survival equipment, and the AK-47 was a preferred choice. It could always be relied on to fire when needed, irrespective of any abuse it might have suffered. We had all seen videos of an AK-47 that had been immersed in mud for six months being lifted out of the corrosive goo and immediately cocked and fired.)

I attached myself to the two brigs but had the (in my case) rare foresight to carry my own AK-47 with twin magazines taped together while we strolled along inspecting the overrun FAPLA camp. About ten metres in front of us, a young sapper carrying a metal detector was preparing to negotiate the steep entrance to one of the many underground bunkers when, from within the bunker, a FAPLA soldier who was hiding there shot him. The force of the AK-47 bullet lifted the sapper clean off his feet and catapulted him backwards as if he’d been snatched by a giant invisible hand.

We rushed forward and pulled the seriously wounded young man out of harm’s way. The area around us suddenly bristled with activity as soldiers emptied entire magazines into any bunker entrance they could find.

Twenty metres away, the commander of the ground troops, a Major Blaauw, shouted forcefully, ‘Make sure that all the bunkers are clean!’ before he dashed forward, pulled the safety pin from a fragmentation grenade and tossed it into a bunker in front of him.

He was standing in front of the entrance to the bunker when the grenade exploded inside with a muffled thump. A huge tongue of flame blasted out of the entrance and completely engulfed him, searing any exposed flesh and melting the hair on his head so that it resembled a shiny skullcap.

Without hesitation, I turned and headed at breakneck speed for my Alo. My mind was in a frantic whirl, but then time seemed to slow, as it did when the screws were on. I shouted loudly for medical personnel to attend to the casualties and to bring them to the chopper as soon as they could be moved so that I could fly them both to Cuamato. From there, the Pumas could get them to expert medical care at Oshakati or Ondangwa.

Then I yelled for my engineer, Theo Munroe, to get the hell out of whatever trenches he was in and get back to the Alo III trooper. Lastly, I called for the two brigadiers to stay put at the LZ, as I would return to collect them after I’d done the casualty evacuation. Before long, both the major and the sapper were bundled aboard and we took off for Cuamato, barely three kilometres away.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии