Читаем Грета Гарбо. Исповедь падшего ангела полностью

В июле 1974 года здоровье Сесиля серьезно пошатнулось: у него отнялась кисть правой руки, ухудшились память и координация; но мужество не покинуло этого человека: он научился пользоваться левой рукой – писать, рисовать, делать фотографии.

В октябре 1975 года в Англию вместе с попутчиком Сэмом Грином приехала Гарбо. И – странное дело – она охотно согласилась на встречу и поездку в Бродчолк с Сесилем. «Сесиль был несказанно рад снова ее увидеть, и Гарбо тоже нежно льнула к нему и даже устроилась у него на коленях. Свои седые волосы она перевязала шнурком. Но когда Сесиль, едва передвигая ноги, направился в столовую, Гарбо повернулась к его секретарше Эйлин и прокомментировала: «Ну как, скажите, я могла выйти за него замуж? Вот за такого-то!»

На следующий день Гарбо стала готовиться к возвращению в Лондон, и тогда же Сесиль Битон сказал ей: «Грета, любовь всей моей жизни!» Актриса же взяла в руки книгу для посетителей и, нарушив неизменное правило, полностью написала на одной из страниц свое имя. «После этого она сделала все, чтобы ей больше не видеться с Сесилем. Когда в феврале 1978 года Сесиль прилетел в Нью-Йорк, он многократно пытался дозвониться до Гарбо, но телефон отвечал неизменным молчанием. От этого ему стало нестерпимо грустно. 18 сентября 1980 года, через несколько дней после того, как ему исполнилось семьдесят шесть, Битон скончался в своем Уилтширском имении Бродчолк. Когда его опускали в могилу, Гарбо не прислала даже цветка».

Пройдет еще несколько лет, и из жизни уйдет еще один, близко знавший Гарбо человек. Это будет ее вечная соперница Валентина, супруга Джорджа Шлее, проживавшая четырьмя этажами выше кинодивы. Стоял сентябрь 1989 года, а похоронили старушку в день рождения Гарбо – 18 сентября.

Спустя несколько дней после смерти Валентины лифтер, увидев выходящую из своих апартаментов Гарбо, поспешил сообщить ей, что мадам Шлее умерла. Услышав эту новость, восьмидесятичетырехлетняя женщина разрыдалась.

Грета Гарбо к этому возрасту хотя внешне и бодрилась, но передвигалась уже с трудом. В последующие недели содержимое апартаментов Валентины было выставлено на аукционе Кристи, так что Грете несложно было представить, что ждет ее тщательно собираемые вещи в недалеком будущем. К тому же те, кто бывал в квартирах обеих женщин и затем попал на аукцион Кристи, могли представить эту картину – что произойдет после смерти Гарбо – еще более отчетливо.

Газетчики в те месяцы стали еще более активны, понимая суть уходящего времени и упущенных возможностей; в газетах начали появляться фотографии Гарбо, сделанные папарацци во время ее нечастых вылазок к врачам.

15 апреля 1990 года Грета Гарбо скончалась в нью-йоркском госпитале.

* * *

Как-то давно Гарбо спросила свою приятельницу:

– Ну почему у меня нет мужа и детей?

И та отвечала:

– Ты это серьезно? Да миллионы мужчин сочли бы за счастье ради брака с тобой приползти к тебе на четвереньках!

– Нет, – отвечала Гарбо. – Мне еще не встретился такой мужчина, за которого я бы вышла замуж.

Впрочем, за этим кокетством скрывалась большая трагедия, ведь мужчины, за которых «она бы вышла замуж», встречались в жизни звезды. Другое дело, что она в своей безмерной гордыне проходила мимо них.

…Однажды в довольно зрелом возрасте Гарбо с горечью сказала своему Битти:

– Господи, чего бы я не дала, чтобы вернуть последние десять лет! Я бы вела себя совершенно по-иному. Если бы только я не упустила свой поезд!

<p>Фото</p>

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии