Они сидели в глубоких креслах, лицом друг к другу. Доктор Холлик не взял ни блокнот, ни ручку – уже хорошо. Джейн заметила – ему изрядных усилий стоит не поставить ладони «домиком». Она выжидала: что станет делать Холлик, с чего начнет. Они успели поздороваться, обменялись замечаниями о погоде – пора было приступать к делу.
– Ваша мама рассказала мне, какая трагедия произошла в вашей жизни, Джейн. Я рад, что вы нашли время прийти сюда. Беседа подобна клапану, с помощью которого можно выпустить лишнее напряжение.
Холлик замолчал в ожидании ответа.
– Тут главное – не перестараться, доктор Холлик.
– Пожалуйста, зовите меня Джеффри, – сказал Холлик. Затем решил, что для Джейн это недостаточно демократично, и добавил: – А лучше – просто Джефф.
Джейн улыбнулась в ответ на его улыбку. Вот главное, самое сильнодействующее оружие Холлика; жаль, что он едва ли это сознает.
– Знаете, Джефф, я последнее время только и делаю, что говорю… а еще думаю. Надоело – сил нет. Я так измотана. Все мысли – о состоянии Уилла; порой я просто задыхаюсь, как представлю, до чего это несправедливо со стороны судьбы – так обойтись с моим женихом. В голове все время крутится: если бы только, если бы только…
Холлик скроил скорбную мину.
– Посмотрим, смогу ли я научить вас противостоять изнуряющим эмоциям. Я понимаю, что у вас на душе. Вам кажется, что стены смыкаются над вами, не так ли?
Джейн кивнула.
– Все мне сочувствуют. Бедные мои родители! Не могу видеть, как они страдают. Я их люблю, доктор Холлик… то есть Джеффри… то есть Джефф. – Джейн заморгала, улыбнулась, собралась с мыслями. – Только они ничем не могут помочь. Мне кажется, я одна способна найти лекарство для Уилла.
– Вы одна?
– Да, несмотря на то что самой мне очень плохо.
– Поэтому вы решили отпустить Уилла в Америку – чтобы его родители испробовали на нем новейшие достижения медицины? – Джейн вскинула брови, и доктор Холлик поспешил объяснить: – Вынужден признаться, что сегодня мне звонила ваша мама. Она все рассказала о ваших планах.
– Нет, не все. Потому что все ей самой неизвестно. Я не собираюсь ехать с Уиллом в Штаты. У меня собственные соображения насчет того, как убить мою боль.
Холлик, до сих пор невозмутимый, вдруг подозрительно напрягся.
– Именно поэтому, Джейн, мы сегодня с вами беседуем, – наставительно произнес он. – Крайне важно, чтобы вы осознали: ваш разум, ваши эмоции подверглись тяжелому потрясению – пожалуй, тяжелейшему из существующих в природе. А значит…
– Осознала, не беспокойтесь, – оборвала Джейн. – Я прекрасно понимаю: мне остается только смириться. Но смирение, знаете ли, не помогает противостоять боли. Нисколько не помогает. А мне нужно от боли дистанцироваться.
Холлик откашлялся.
– И каким же образом вы намерены это сделать?
Лишь теперь, когда на ее глазах милое лицо Холлика исказилось от страшного подозрения, Джейн поняла, каким набатом, должно быть, прозвучала ее фраза.
– Доктор Холлик, не волнуйтесь – я не собираюсь кончать самоубийством.
– Никто ничего такого и не думал… – замямлил Холлик.
Все вдруг стало понятно. Как Джейн раньше не сообразила – родители боятся ее возможного самоубийства.
– Очень даже думал… думали. Я же знаю: в моих словах «убить свою боль» вы усмотрели намек на суицид. Родители, наверно, считают, что я в таком состоянии могу любой фортель выкинуть. Поэтому и отправили меня сюда. – Джейн, к своему удивлению, говорила с подъемом. – Так вот, Джефф, – добавила она, сопроводив слова просветленным взглядом, – я намерена увидеть, как Уилл откроет глаза, и услышать, как он скажет: «Здравствуй, Джейн». А пока я отправлюсь в одно место – мы хотели поехать туда вдвоем. Там-то я и дистанцируюсь от боли. Это будет вроде паломничества.
– Кажется, понимаю. А куда вы едете, если не секрет?
Джейн все рассказала спокойным тоном, тщательно выбирая выражения. Джеффри Холлик воспрянул.
– Это просто восхитительно, – сказал он, когда Джейн, договорив, пожала плечами.
Она не ожидала такой реакции – думала, Холлик скривится, а у него глаза засверкали от восторга.
– Знаете, Джейн, я вообще-то ни в Бога, ни в магию не верю, да только чем старше становлюсь, тем больше убеждаюсь – нельзя недооценивать силу веры. Я говорю о любой вере – не только в религиозном смысле слова. Можно ведь верить во что угодно – например, друг в друга. Поистине вера творит чудеса. – Холлик покачал головой и добавил: – Но вот выдержите ли вы такое паломничество? Достаточно ли вы сильны – сильны духом, я хочу сказать?
Джейн вздохнула.