Его волновала близость этой женщины. Он избегал ее прикосновений, чувствуя, что еще немного, – и ему не удастся совладать с собой. Духи, которыми она пользовалась, явно не соответствовали флотским стандартам: они возбуждали его. Видя ее пышные волосы, каскадом волн ниспадавшие на обнаженные, кремового оттенка плечи, Спок ощущал в себе совершенно дикие желания. Он слишком долго не замечал красоту этой женщины! Он должен обладать ею! Ему отчаянно, до умопомрачения, хотелось удовлетворить внезапно вспыхнувшую страсть!..
Его руки сами собой потянулись к ее изящному телу, но замерли в воздухе, словно наткнувшись на какую-то невидимую преграду…
Сейчас в его голове царила невообразимая сумятица: «Это эмоциональное поведение… Вулканец не должен так себя вести…». Много столетий назад им удалось вытравить эмоции из своей психики, пытаясь таким путем покончить с опустошительными войнами. На Вулкане это прекрасно сработало. Доктрина абсолютного мира требовала беспристрастного, лишенного чувств анализа любой ситуации. Разумеется, вулканцы не отвергли полностью идею применения силы, например, в целях самозащиты. Только безэмоциональный, управляемый чистой холодной логикой ум мог по настоящему оценить эти редкие сочетания обстоятельств. Эмоции были убийцами. Он не смел поддаться очарованию Кандры Авитс. Это зажгло бы в нем пламя страсти и толкнуло бы на путь, от которого все вулканцы добровольно отказались более тысячелетия назад.
– Лейтенант, пожалуйста, оставьте меня в покое. Мне нужно время, чтобы обдумать происходящее.
– Спок, у вас нездоровый вид. Вам необходимо обратиться к доктору Маккою.
– Этот врач почти не разбирается в физиологии вулканцев. М'Бенга более компетентен в данном случае.
– Пусть будет М'Бенга. Вы хорошо себя чувствуете?
В ее глазах была искренняя тревога за него. Спок был тронут. Никто еще не заботился о нем так, как Кандра. Чувства любви, заботы о том, кто тебе дорог, нежность и ласка, являясь нелогичными, были ему незнакомы и предстояло или познать их, или отторгнуть окончательно.
– Я не болен. Мне нужно время для медитации.
– Я… я буду рядом, Спок. Если нужно будет, позовите меня.
– У меня есть коммуникатор… И мне не понадобится ваша помощь, лейтенант. Пока вы могли бы помочь доктору Треллвон-да.
– Доктор вполне может сам произвести сейсмические измерения, – ответила Авитс, не на шутку обеспокоенная состоянием Спока. Она сделала шаг к нему, но тут же замерла на месте, пораженная странным мерцанием в его глазах. Ей стало ясно, что сейчас Споку необходимы одиночество и покой. С сожалением Кандра покинула небольшую кабину наблюдательного модуля, оглянувшись всего лишь раз на бесстрастную фигуру дорогого ей существа. Спок сидел на полу, скрестив ноги и закрыв глаза.
Вулканец погрузился в транс медитации и сейчас плыл между мирами, поднимаясь от солнца к солнцу, дрейфуя в потоке солнечного ветра, погружаясь в гравитационные колодцы и вновь взмывая в космос. Его тело расслабилось. Удары сердца стали настолько редкими, что лишь доктор, поднаторевший в анатомии вулканцев, смог бы обнаружить пульс.
Его разум успокоился, и тревожные эмоции, несколько дней мучившие Спока, исчезли бесследно. Стало возможным, удалив следствие, исследовать детально и бесстрастно причину. Физическое влечение? Абсурд! Оно вело лишь к ревности и иссушающей разум любви. Не подходит… Любовь? Это всего лишь термин, придуманный людьми для обозначения одного из видов безумия, которым они часто страдали. Состояние «пон фар» было для них почти непрерывным. Весьма нелогичный способ удовлетворения потребностей расы в размножении. Семилетний цикл гораздо более логичен. Логика… Спокойствие. Техника медитации, совершенствовавшаяся на протяжении полумиллиона лет, умиротворила пришедший в смятение разум и заставила его функционировать в соответствии с предназначением. Его получеловеческая часть вторглась в чуждые ей сферы. Самым надежным средством против подобного вмешательства была тотальная логика. Он должен стать живым, дышащим компьютером и взвешивать каждое решение на весах логики. Если введенные данные окажутся недостаточными, он их не будет экстраполировать. Вот и все. Этот путь привел человечество к безумию. Экстраполяция окрашивает действительность… в цвета надежды, амбициозности и другие еще более гнусные эмоции, присущие только человеку. Спок отверг все эмоции. На него снизошло хладнокровие и окутало в свои ледяные одежды. Ледяной холод – и крошечное пятнышко яркого света, более яркого, чем свет звезды. Спок попытался определить характер этого пятнышка, подманить его поближе, но оно прыгал почти рядом и постоянно ускользало от него.